Чтение онлайн

– Я сказал – не идти туда, – сказал Тирр-джилаш. – Это значит – остановиться.

– Постараюсь запомнить это на будущее, – проворчал Фейлан. – А теперь можно мне встать?

Тирр-джилаш дал знак. Низзунаж поднял маленький черный пульт и направил на Фейлана. Магниты отключились.

– Спасибо. – Фейлан встал и потер локоть, которым снова больно ударился о ребра. Низзунаж целился в него – точно так же, как и при первом включении магнитов. Вероятно, это означает, что пульт дает узкий луч, вроде инфракрасного или ультразвукового. Спрашивается, почему не радиоволны?

– Хорошо бы, если бы в следующий раз вы меня как-нибудь предупредили, – ворчливо добавил Фейлан и дотронулся до подбородка, на котором появилась ссадина от удара о землю. Он стер налипшую красноватую грязь и травинки, потом раздвинул воротник комбинезона пошире. Все это Фейлан проделал для того, чтобы незаметно спрятать под воротник серый камень.

– Сейчас ты иди обратно внутрь, – распорядился Тирр-джилаш.

Фейлан посмотрел на тропинку, которая вилась между зарослями кустарника и скрывалась среди деревьев. Куда бы она ни вела, отсюда не увидеть. Да скорее всего там и нет ничего особенного – разве что джирришское отхожее место.

– Хорошо, пойдем внутрь, – сказал он Тирр-джилашу.

Фейлану пришлось очень постараться, чтобы незаметно выудить обломок кремня из комбинезона. Пока он раздевался, трое джирриш внимательно следили за ним, похожие на уродливых хищных птиц. Но Фейлан сумел-таки вынуть камень и спрятал его в левой руке. Он вытолкнул комбинезон из камеры через оконце и пошел мыться под душем.

Вентиляционная система камеры представляла собой череду попеременно открывающихся щелей в потолке, и действовала она на редкость эффективно. Фейлану так ни разу и не удалось добиться, чтобы запотела стеклянная стена. Но в душевой кабинке с открытым верхом все было по-другому. Фейлан пустил горячую воду… и под временным прикрытием пара рассмотрел свою находку.

Это было настоящее сокровище. Небольших размеров, как и все сокровища, – около пяти сантиметров в длину и трех в ширину. И не толще трех миллиметров по краям. Держать такой предмет в руке было не слишком удобно, но все же кремень был недостаточно острым, чтобы разрезать кожу джирриш или материал, из которого делали смирительные комбинезоны.

И все же это было уже что-то. Фейлан почувствовал себя гораздо увереннее, обзаведясь твердым и острым камнем, который при необходимости можно было использовать как оружие. Если удастся утаить камень от наблюдателей и заточить одну из кромок, то перед Фейланом откроется масса новых возможностей.

Правда, что это за возможности, Фейлан пока слабо себе представлял. Но, когда придет время, он обязательно что-нибудь придумает.

Фейлан вышел из душа и стал энергично расчесывать волосы пальцами, пряча кремень в другой ладони. Казалось странным, что ему так легко удалось подобрать и спрятать кремень. Но, поразмыслив, Фейлан понял, что при таком строении ладони, как у джирриш, наверное, просто невозможно незаметно держать что-то в руке. Сначала Фейлан собирался хранить камень в ботинке, под поджатыми пальцами ноги. Но оттуда камень было бы очень трудно доставать, поэтому он решил держать свою находку в другом месте. Надевая комбинезон, Фейлан присел на край койки, выдвинул на сантиметр самый крайний справа подкроватный ящик для вещей и опустил камень туда – между стенкой ящика и скомканным аварийным пакетом, который занимал большую часть пространства.

Оставшуюся часть дня Фейлан провел за привычными уже занятиями. Он производил в уме расчеты, запоминал детали наружной комнаты и придумывал новые планы побега. Несколько раз он ловил себя на желании открыть ящик и потрогать камень – убедиться, что он никуда не делся. Фейлану казалось, что прикосновение к твердой и гладкой поверхности кремня придаст ему решимости. Но Фейлан не поддался искушению. Он уже заметил, что ночью джирриш наблюдают за ним не так тщательно, как днем. Поэтому перепрятывать камень в более надежное место лучше всего ночью.

Перепрятывать камень не пришлось. Фейлан лежал на кровати и лениво наблюдал за техниками, которые возились в соседней комнате. И тут наружная дверь внезапно распахнулась, в помещение ворвались шестеро джирриш и устремились прямиком к камере. Двое держали в руках длинные серые палки, в точности как те, которые Фейлан видел у охранников пирамиды. Еще у двоих были увесистые, непривычной формы приборы размером со средний фонарик. Последние двое как будто не были вооружены.

– В чем дело? – спросил Фейлан, когда джирриш выстроились вокруг стеклянной стенки.

Двое безоружных направились к двери в камеру, остальные четверо прикрывали их с двух сторон. Все четыре предмета, которые, несомненно, являлись оружием, были нацелены в лицо Фейлану, прямо через стекло… И вблизи эти длинные палки показались Фейлану еще более опасными, чем издалека.

– В чем дело? – еще раз спросил Фейлан, на этот раз поспокойнее. У миротворцев на вооружении были реактивные снаряды и ракеты, а корабли джирриш стреляли из мощнейших лазерных пушек. Если эти «палки» и «фонарики», нацеленные на Фейлана, представляют собой портативные модели лазерного оружия, то они запросто испепелят его сквозь стенку камеры. Возможно, ее еще и поэтому сделали из стекла.

– Ты стой далеко, – сказали у Фейлана за спиной.

Он обернулся. Там стоял Тирр-джилаш. Джирриш то и дело высовывал и прятал язык, а его закрученный штопором хвост вертелся вдвое быстрее обычного.

– Что делать? – переспросил Фейлан.

– Ты стой далеко, – повторил Тирр-джилаш. Потом указал языком на место напротив душевой кабинки. – Стой там.

Не говоря ни слова, Фейлан прошел, куда велели. Охранники все время держали его на прицеле. Двое невооруженных открыли дверь и вошли в камеру. Один остался у двери, а второй направился к кровати Фейлана, открыл крайний ящик, отодвинул аварийный пакет и достал спрятанный камень.

Фейлан посмотрел на Тирр-джилаша.

– Неправильно, – сказал джирриш. – Не хранить.

– Понятно… – ответил Фейлан. У него пересохло во рту. Значит, он дал маху. Все его хитрости, все уловки ни к чему не привели. Тюремщики знали о камне, возможно, с того самого момента, когда Фейлан его подобрал.

Нет. Что-то тут не так. Камень пролежал в ящике уже часов двенадцать, не меньше. Если бы джирриш с самого начала о нем знали, они наверняка забрали бы его гораздо раньше.

Фейлан проследил взглядом за двумя джирриш, которые вышли из камеры и заперли за собой дверь. И вот что еще странно: они знали, где именно лежит камень. Они не обыскивали комнату, не смотрели в других местах – просто подошли и взяли. А судя по тому, с какой поспешностью они ввалились в наблюдательный отсек… Фейлан готов был поклясться, что джирриш узнали о камне совсем недавно.

Но как?

Первый джирриш обошел вокруг стеклянной стенки, приблизился к Тирр-джилашу, и несколько минут они о чем-то негромко разговаривали, вертя камешек в руках и рассматривая его со всех сторон. Фейлан глядел на них и перебирал в уме версии – но все они разлетались, как сухие листья в потоке воздуха за аэрокаром. Возможно, джирриш немного телепаты, они просто догадались, что у пленника есть камень. Или они очень сильные телепаты, но не все, а только некоторые, и такой телепат прибыл в комплекс только к ночи. Может быть, они только что произвели вечернее сканирование камеры, причем достаточно чувствительным прибором, способным обнаружить посторонний предмет объемом в пять кубических сантиметров и показать его точное местонахождение – в таком-то углу такого-то бельевого ящика. А может быть, у джирриш прямая связь с Господом Богом, и Богу угодно, чтобы Фейлан пробыл здесь подольше.