Чтение онлайн

А двухгодовалого ребенка можно в наше время одевать, как хочешь. Насколько фантазии хватит.

Сам я кроме такой же серой бекеши с черной каракулевой опушкой весь в том, в чем из нашего мира провалился: лётная камуфла, сапоги юфтевые и свитер грубой домашней вязки. Шапка только черной смушки с лаковым козырьком от зимней униформы воздухоплавателя. Кокарду имперскую снять и готов.

Ранец - близнец торбы жены. Привет от Эллпэ. Спасибо тебе, добрый человек за всё.

Долго думал, не избавиться ли мне от френча с орденами и вообще от имперских бумаг в ранце. Но решил оставить на память. Родным доказать что не мог я им весточку подать.

– Так... поели? Всем пописать, потом будет и некогда и негде. Ничему не удивляться и больших глаз не делать. Хочешь что-нибудь спросить - спроси тихо на ушко. Шепотом. Рецкого языка тут никто не знает. Так что не стоит привлекать к себе лишнего внимания, - выдал я инструкцию.

Дождался окончания процедур окропления семьей лесного снега и взял сына на руки.

– Пошли, помолясь.

Жена послушно поплелась за мной, проваливаясь в намерзший наст. Остановилась. Спросила с надеждой.

– А ушедших богов мы увидим?

Я лишь рассмеялся в ответ.

– Не вижу ничего смешного в моем вопросе, - обиделась Элика.

– Нет их в нашем мире здесь. Если и были то транзитом проехали. Задокументировано разве, что некий ''Сын Божий'' посещал нас две тысячи лет назад. Но люди его не приняли и казнили жестоко. Распяли на древе. С тех пор на нашей Земле богов нет - одни религии.

– Жаль, - вздохнула жена.
– Пошли тогда. Некрасиво тут у вас.

Сам знаю, что по сравнению с Рецией Подмосковье красотами не блещет, блекло все, но меня задело. Не ожидал от себя такого географического патриотизма.

Вскоре наш путь пересекли натоптанные в лесу широкие дорожки и через пятнадцать минут между деревьями проглянули высокие многоэтажные дома бежевого кирпича. Потом лес расступился, и стала видна железная дорога с гудящей на ней оранжевой электричкой и сближающееся к ней Волоколамское шоссе полное машин спешащих в обе стороны по три ряда. Через шоссе за оградой старого парка виднелись крыши старого Красногорска.

В ясном небе висел над шоссе, грохоча лопастями, ''гаишный'' вертолет. ''Ментокрылый муссоршмит''.

– Это и есть мир ушедших богов?
– спросила Элика, казалось совсем не ошарашенная раскинувшейся картиной.

Мне показалось, что мой мир моей жене не понравился.

– Какой есть.
– Отвечаю.
– Не знаю как там насчет богов, но это точно похоже на мой мир. Где живут мои родители и остальные родственники. Только до них придется долго добираться. Настройся на тяжелый день.

– Когда с тобой было легко, - подколола меня жена.

На станции ''Павшино'', памятуя, что именно на этом перегоне контролеры любят ловить ''зайцев'' купил два билета до станции ''Тушино''.

В переполненный вагон заходить не стали. Отстоялись в тамбуре. Благо недолго.

Контролеров на этот раз бог отвел, так что зря я на билеты тратился.

На входе в метро, пока стояли в очереди за магнитными билетами, Элика не удержалась и спросила.

– Что это?
– и повела головой, как бы оглядываясь вокруг.

Несмотря на рабочие время в метро ломилась плотная толпа.

Обратно наружу народа выскакивало не меньше.

– Железная дорога, только под землей. Под всем городом, - попытался я ее успокоить.
– Метро называется.

– Долго нам на ней ехать?

– Долго. Причем с пересадкой. Но поверху мы и до завтрашнего дня не доберемся. В Москве метро самый быстрый транспорт.

– Поцелуй меня, чтобы хватило на всё терпения, - попросила жена и, получив испрашиваемое пошла по лестнице вниз. Посмотрела, как окружающие управляются с билетами, и, поступив также, смело прошла турникет и встала, ожидая меня, который проходил за ней с сыном на руках.

Полицейский сержант, флиртовавший на подземной станции симпатичную полиционершу, даже не посмотрел в нашу сторону. Его напарнице тем более было не до чего. Судя по её лицу, она решала самый важный вопрос в своей жизни: ''дать или не дать?''

А у Элики новое развлечение - эскалатор. Лесенка-чудесенка. Как маленькая, ей богу, еле оторвал. А вот подземные дворцы - творения Лазаря Кагановича она восприняла как должное. Наше счастье, что не попали мы в метро в ''час пик'' и проехали с относительным комфортом. Часть пути даже сидя.

Кавказцев в Москве стало больше, впрочем, как и таджиков и даже негров. Пытались некоторые горячие товарищи подкатывать к Элике в наглую, но инстинкт самосохранения у детей гор работает отлично. Разок, заглянув в мои глаза, и прочитав в них, что я за свою женщину буду их резать прямо здесь наградным кортиком и прямо сейчас, резко меняли курс. Некоторые даже с извинениями. Однако вылез я из метро я весь на измене и мокрый как мышь.

Наше счастье, что автобус на Воротынск - старый разболтанный незнамо как доживший до сегодняшнего дня украинский ЛАЗ, доканчивающий свой век на этой трассе, уже стоял у метро ''Теплый стан'' и водитель сам торговал билетами. Кавказцев вокруг не было и к жене никто не приставал, а то бы я точно кого-нибудь особо борзого зарезал. И это было бы не айс - оставлять Элику один на один с этим негостеприимным миром. Без знания языка к тому же.

Тронулись, пересекли МКАД, протырились в пробке по шоссе между ''Икеей'' и строительным рынком и дальше поехали свободней. До Внуково вообще как на автобане.

Я облегченно выдохнул сквозь зубы, глядя на чахлый лесок по обочинам шоссе и на самолеты, что низко над нами с ревом двигателей заходили на посадку во Внуково.

Ничего уже не хотелось, но пришлось отвечать на вопросы, возникшие у жены. Теперь это было относительно безопасно. Впрочем, вскоре она заснула, откинувшись на высокую спинку сидения. День был уж больно длинный и утомительный.

А вот Митя глазел по сторонам с интересом и любопытством.

– Смотри, парень, где жить придется. Где русским станешь, - с теплом прошептал я ему на ухо.
– Смотри на Русь.

Дальнобойщики, подобравшие нас на окраине Воротынска, скорее всего из жалости к нашему маленькому сыну, высадили нас на повороте к ППД # вертолетного полка, куда вело двухполосное асфальтовое шоссе, уже потрескавшееся и в частых заплатах, и дальше погнали куда-то свой носатый американский грузовик.

За полком родной хутор Кобчиков. Нам туда.

# П П Д - пункт постоянной дислокации. (Бюрократическое сокращение).

Пока шли в сторону полка, Элика вываливала на меня свои впечатления, потом выдала. Вполне категорично.