Горечь и мед
Шрифт:
Я вопросительно посмотрела на Филиппа. Он и бровью не повел. Отвернулся. Почему он не рассказал мне, что мы планируем сегодня видеться с его отцом? И во сколько? Уже почти ночь!
– Тогда можем открыть то, что есть дома. – проговорил Вадим. – Нам завтра с Ликой тоже с родителями видеться. Что-то вроде семейного вечера объединения.
Лика наконец оторвала голову от телефона и улыбнулась, смотря на Вадима через зеркало заднего вида.
– Какое-то важное событие? – спросила я, насторожившись. Неужели они собираются жениться так скоро?
– Да нет, – ответил он, как раз когда мы подъехали к воротам подземной парковки дома, где он жил. – Особого повода вроде как нет.
Они снова переглянулись, явно что-то утаивая. Мое любопытство пыталось взять верх над здравым смыслом. Но я решила укротить его и оставить расспросы. Будет еще время спросить у Вадима как-то невзначай. Или он просто расскажет Филу, а тот мне. В отношениях это ведь так и работает?
Вадим закрыл машину и мы двинулись к лифтам с парковки. Благо, сейчас не нужно снова проходить мимо неприятной консьержки. Она явно не одобряла новых гостей. Лика обхватила руку Вадима так стремительно, сразу как мы вышли из машины, будто кто-то мог сделать это вместо нее. Мы с Филом многозначительно обменялись взглядами и еле сдержали смех.
Поднявшись в квартиру, я первым делом обратила внимание на чистоту, царившую внутри. Рука Лики явно постаралась, чтобы привести холостяцкую берлогу Вадима в божеский вид. Даже его кроссовки около входа стояли как по линеечке. По цветам.
– Располагайтесь, – бросил Вадим. Он быстро прошел внутрь на кухни и снял буклет пиццерии, прикрепленных к холодильнику на красивый магнит с изображением морской волны и надписью “Доминикана”. – Маргариту и Пепперони?
– Для Евы ее любимую, – Филипп ткнул меня в бок и рассмеялся. Мы прошли на кухню и присели на высокие стулья за барной стойкой.
– А какая твоя любимая? – спросил Вадим, развернув буклет полностью.
Я посмотрела на него с недоверием. Мой “лучший друг” не знал, какая моя любимая пицца. Приплыли.
– С ананасами, – ответил за меня Филипп, заметив мое смятение.
– Ужас, – хохотнул Вадим и продолжил изучать предложения пиццерии.
– Возьми еще пиццу “Цезарь”, – попросила Лика, присаживаясь на стул напротив меня. – Пиццу с ананасами тоже можем взять, если хочешь, – обратилась она ко мне.
– Да не надо, – я улыбнулась ей, – Я и к остальным хорошо отношусь.
– Супер, – Вадим взял телефон и набрал номер, указанный на последней странице буклета. Девушка на другом конце трубки громко поприветствовала клиента. – Здравствуйте, мы хотели бы заказать три пиццы: Маргариту, Пепперони и Цезарь. – он озвучил наш заказ. – Все большого размера, да. – На этих словах Вадим подмигнул Лике. Я заметила это и смутилась.
Затем он назвал адрес доставки и попрощался. Пиццу должны были доставить в течение часа. Как раз к этому времени приедет Андрей с Лизой. Похоже, пиццы мне не видать.
– Включим музыку? – предложила Лика.
Вадим тут же принес портативную колонку из спальни и поставил ее на барную стойку. Лика подключила свой телефон. Композиции, которые она включила, не сильно мне нравились, но выбора не оставалось. От нее так и исходила аура напряженного отношения ко мне. Будто она старалась обозначить территорию.
Вадим достал бокалы с верхней полки шкафчика. Следом на столе оказалась бутылка белого вина.
– А есть что-то не алкогольное? Если нет, то я заварю чай. – проговорила я.
– Я тоже не буду пить. Не хочется. – сказала Лика и улыбнулась мне.
– В холодильнике есть сок, будете? – Вадим сразу же встал, не дожидаясь ответа. Он достал большой пакет яблочного сока. Мы одновременно кивнули.
Вечер проходил спокойно. И хоть парни сводили любую тему к баскетболу, отчего нам с Ликой приходилось молчать большую часть времени, я чувствовала себя хорошо. Как бы то ни было, но эта компания казалась мне приятной. Вадим – мой лучший друг и экс-любовь всей жизни, его девушка, которую я пока что вообще не понимала, и Филипп – моя чистая любовь. Я смотрела на то, как Лика ластится к Вадиму, пока он строил очередные теории о будущих соревнованиях, и у меня радовалось сердце. За то, что Вадим, наконец, отошел от беспорядочного числа девушек и остановился на одной. И я надеялась, что так будет и дальше.
В какой-то момент, когда каким-то образом оказалась выпита уже половина бутылки, парни ушли на перекур. Мы с Ликой остались вдвоем в странной тишине. Ни одна из нас не решалась начать разговор. Я – потому что совершенно не знала, что сказать. Она, скорее всего, по такой же причине. Музыка на фоне хоть немного разбавляла и без того натяжную атмосферу, ведь молчание все еще продолжалось.
– Я, кажется, беременна. – внезапно сказала Лика.
Мои глаза округлились. Я повернулась, наклонила голову и застыла в немом вопросе: “Серьезно?!”.
– Вадим знает? – первое, что спросила я.
– Да. – ответила она, крутя в руках стакан с соком. – Поэтому мы и встречаемся завтра с родителями. Хотим объявить об этом.
– Ты точно уверена? – мое сердце забилось несколько быстрее.
– Тест показал две полоски. – ее тон стал несколько резче, чем был ранее. – Я еще не ходила ко врачу, но почти на сто процентов уверена в этом. Вадим, вроде, рад.
Мы обе повернули головы на наших парней, что стояли на балконе. Вадим курил, а Филипп что-то ему рассказывал, активно жестикулируя.
– Ты в порядке? – мне стало не по себе от мысли, что Лика в восемнадцать лет станет мамой. Я очень плохо ее знала, но, как мне казалось, это бы взволновало любую молодую девушку.
– Пойдет. – она быстро натянула улыбку, словно дежурную, а затем сжала челюсти. Старается остановить слезы? Я часто так делала, когда пыталась не показывать свои эмоции. – Я не из бедной семьи, так что не пропаду. – с тоской проговорила она.
Информация не укладывалась у меня в голове. Мы с Вадимом, как мне казалось, были лучшими друзьями, и он скрыл такое от меня. Знал ли Фил? Возможно, Вадим рассказывает ему прямо сейчас. Почему Лика вообще решила поделиться со мной таким секретом?
– Я пойду ко врачу сразу после каникул. Может еще обойдется. – Лика хихикнула. – Я надеюсь, это останется между нами.
– Конечно,– заверила я ее. – Если тебе понадобится поддержка или какая-то помощь, ты можешь обратиться ко мне.
Не знаю, зачем я сказала это. Я понимала, что мы с Ликой далеко не подруги. Но в тот момент, когда я поняла, как ей страшно, я решила, что эти слова помогут. Хоть и понимала, что она никогда не воспользуется предложением.
– Спасибо, Ева, – на этот раз она улыбнулась уже искренне, – Приятно слышать это от тебя. Я думала, что совсем не нравлюсь тебе.