Чтение онлайн

– Что, братан, вчера хорошо посидел?

– Что? – не понял Вовчик, выбрасывая пустую бутылку в урну.

– Посидел, говорю, хорошо вчера – раз так колосники горят? Ничего, с кем не бывает…

– Со мной не бывает, – заверил Кущин. – Я к Тархановой, пропустишь?

– К Ритке-то? Да запросто, – охранник вошел в здание и повернул за стойку, где располагалась кнопка, снимавшая блокировку турникета. – Проходи.

Тарханова сидела в своем просторном закуренном кабинете и что-то быстро печатала на клавиатуре – руки в тяжелых перстнях так и летали над клавишами, заставляя те издавать даже не стук, а стон.

– Минуточку подождите, – попросила она, не отрывая взгляда от монитора, и Вовчик, закрыв дверь, сел к столу. – А, это вы, Владимир, – узнала его Рита, скосив глаза. – Все равно, минуточку подождите, я клиенту отправлю договор.

– Я не тороплюсь.

Через десять минут Тарханова отодвинула клавиатуру и потянулась:

– Все, пусть читает. Кофе?

– Нет, спасибо. Вы мне флакон отдать хотели.

– А говорили – не торопитесь, – фыркнула она, вставая.

Сегодня наряд риэлтора выглядел еще более странно, чем в предыдущую встречу. Приземистая плотная фигура, уже чуть поплывшая в силу возраста, была облачена в широченные брюки с висящей почти до щиколоток мотней – такие обычно показывают в индийских фильмах. Сверху струилась свободная кофта из какого-то явно натурального материала, окрашенного вручную в разные яркие пятна. Дополняли это все турецкие шлепанцы с загнутыми вверх носами – Вовчик даже проморгался незаметно, стараясь понять, что это ему не чудится – вот эти башмаки Маленького Мука. Позвякивая свисающими на грудь многочисленными цепочками и бусами, Тарханова отошла к шкафу в углу кабинета, вынула оттуда сверток и поморщилась:

– Вот дура, надо было просто на окно положить… теперь шкаф не выветришь, как в тайге… Вот ваш флакон, Владимир. Там еще какая-то брошюрка, я ее даже не открывала.

Сердце Вовчика забилось от радости – в брошюре наверняка есть адрес типографии, в которой она отпечатана, и отсюда можно уже что-то раскручивать. Это не по магазинам бегать в поисках бутылок…

– Рита! – прижав к груди руки, проникновенно произнес Кущин. – Если вам когда-то, не дай Бог, понадобится помощь в розыске человека – смело звоните, я всю землю перерою!

– Что, такая важная вещь оказалась? – удивилась Тарханова.

– Даже представить себе не можете! Вы сейчас продвинули меня в расследовании шагов на сто!

– Ну, если Ксанка найдется, я буду только рада. Она неплохая девка, честное слово.

Распрощавшись, Кущин вылетел из риэлторской конторы и помчался к машине – ему не терпелось открыть брошюру и заглянуть в самый конец, на последнюю страницу.

«Не может быть, чтобы типография не оставила своих координат, это же не самиздат, насколько я вижу через пакет – там явно хорошая полиграфия, цветная печать, наверняка глянцевые страницы – ну обложка, так точно».

Дрожа от предвкушения, как первокурсница перед свиданием, Вовчик нырнул в салон машины, разорвал пакет и вытряхнул флакон и брошюру прямо на колени, не заботясь о том, что крепкий запах масла теперь вопьется в джинсы и футболку.

Брошюра оказалась действительно качественной, на хорошей бумаге, в цветной обложке с фотографией огромной пихты, возносящейся кроной в небо. Умиротворяющая картинка – высоченное могучее дерево, мягкие лапы, трава у подножия, какие-то голубоватые цветы, даже видны несколько кустиков лесной земляники – Вовчику показалось в какой-то момент, что он чувствует этот сладковатый запах, перемешивающийся с ароматом травы и пихты.

– Ну, положим, пихтой теперь я пахну сам, – сморщился он, заметив, что флакон лежит на коленях. – Но фотка просто потрясающая, явно профессионал снимал. А что у нас с выходными данными? – он пролистал брошюру до самого конца и обнаружил то, что искал.

«Типография «Алтын» – значилось в выходных данных, там же стояло – Алтайский край.

– А ведь мы были совсем рядом, – пробормотал Кущин, открывая в телефоне карту Алтайского края и пытаясь прикинуть, в каких городах могла бы располагаться типография – маленькие отпадали сразу, оставались крупные, и их не так много. – Вот же… Но ладно, теперь надо связаться с типографией и уточнить, кто заказчик – раз уж они это сразу не указывают.

Однако тут его ждал неприятный сюрприз – телефон, указанный в брошюре, не отвечал – был отключен.

Выслушав эту информацию несколько раз, Вовчик вздохнул:

– Ну нельзя получить все сразу. Ничего, разберемся.

Пока Владимир ликовал по поводу обретенной ниточки и расстраивался, когда не смог за нее ухватиться, как следует, Тина ехала к Конде. Обручальное кольцо она оставила дома, в шкатулке возле кровати, но след от него, оставшийся на загорелом пальце, пришлось маскировать при помощи другого колечка. Побрякушки Тина не любила, но это колечко с ярко-голубой бирюзой, подаренное когда-то мамой, носила иногда. Сегодня вот опять пригодилось.

Мадам Конде снимала офис в бизнес-центре на третьем этаже, Тина без проблем прошла в здание, махнув наудачу удостоверением частного детектива – охранник даже внимания не обратил на то, что там написано, просто открыл турникет и все.

«Какая великолепная охрана, – отметила про себя Володина. – Даже сумку на сканер не поставили, а вдруг у меня там граната, например? Вот вам и центр…».

Поднявшись пешком на третий этаж, она нашла кабинет с номером – никакой таблички больше не было, и постучала.

– Входите! – раздался мелодичный голос из-за двери, и Тина оказалась в просторном помещении, сильно контрастировавшем по убранству с простой офисной дверью.

Розовые шторы, сшитые так, чтобы сторона, обращенная на улицу, не выбивалась из общего ряда стандартных жалюзи – светло-бежевых, в углах большие напольные вазы с сухими цветами и розовыми же перьями, пара картин в рамах, большой мягкий диван, обитый бархатом, кофейный столик на причудливой ножке в виде лежащего ангелочка, на стеклянной столешнице серебряный поднос и кофейник, рядом две чистые чашки и сахарница.

Ощущение создавалось такое, что именно ее, Тину, тут и ждали – вон даже чашку под кофе приготовили. И запах… В помещении пахло чем-то неуловимым, тонким, но мгновенно вызывавшим желание забиться в угол мягкого дивана, взять кофейную чашку, вдохнуть аромат, исходящий от нее, и начать рассказывать. И даже неважно, что именно – просто говорить, говорить, выплескивая из себя все накопившееся.

«Ух ты, а меня повело! – с удивлением отметила Тина, незаметно ущипнув себя за бедро. – Да тут со входа обрабатывают, похоже».

– Проходите, дорогая, располагайтесь, – зажурчал откуда-то мягкий женский голос, и Тина резко обернулась вправо.

Там, в кресле с высокой спинкой, сидела моложавая дама – иначе и не скажешь – в бледно-розовом костюме и изящных серебристых туфельках. Минимум косметики, помада натурального оттенка, прекрасно уложенные волосы натурального русого цвета – внешность дамы располагала к беседе точно так же, как и аромат в ее так называемом офисе, больше похожем на будуар.

– Так я слушаю вас, – дама поднялась из кресла и подошла к Тине, взяла ее за руку. – Меня зовут Лолита, а вас?