Чтение онлайн

— Мы должны ответить, — сказал он утром. — Жёстко. Немедленно.

— Ответим, — согласилась я. — Но не сгоряча. У них преимущество — они знают нашу инфраструктуру. Нужно сначала понять, кто им помогает изнутри.

— Ты думаешь, есть предатель?

— Я думаю, что Греко слишком стары и умны, чтобы атаковать без точной информации. Кто-то слил им схему склада. Кто-то внутри.

Он долго смотрел на меня. Потом кивнул.

— Ты права. Я прикажу Дэну проверить всех, кто имел доступ к складу.

Так началась наша новая реальность. Дни сливались в бесконечную череду операций, совещаний, звонков. Ярослав пропадал в порту, возвращался затемно, падал без сил и снова уходил на рассвете. Марко начал узнавать его только по запаху — отец пах дымом и металлом. Я стала тенью самой себя. Глаза впали, под ними залегли синяки. Я почти не спала, вздрагивала от каждого шороха, от каждого телефонного звонка. Мама предлагала помощь с Марко, присылала няню, но я отказывалась. Сын был единственным, что держало меня в здравом уме. Его смех, его крошечные пальчики, хватающие меня за волосы, его беззубая улыбка — ради этого я вставала по утрам.

Однажды ночью Ярослав пришёл особенно поздно. Он вошёл в спальню, сел на край кровати и долго молчал. Я лежала, притворяясь спящей, но чувствовала его напряжение. Наконец он заговорил:

— Мы нашли предателя.

Я открыла глаза и села, вглядываясь в его лицо.

— Кто?

— Связной Лёвы. Молодой парень, работал с нами два года. Греко перекупили его. Он слил схему склада и график патрулей. Мы взяли его в порту, когда он пытался бежать.

— Где он сейчас?

— В подвале. Дэн ведёт допрос.

Я прижалась к нему.

— Это начало. Теперь мы знаем, как они действуют.

— Да. Но одного предателя мало. Греко не остановятся. Они будут давить, пока мы не сломаемся.

— Мы не сломаемся.

— Нет. Не сломаемся.

Он лёг рядом, и мы долго лежали в тишине. Я слушала, как бьётся его сердце — ровно, спокойно, как метроном. Мой муж. Моя скала. Мой зверь.

— Если со мной что-то случится, — начал он тихо.

— Замолчи. С тобой ничего не случится.

— Послушай. Я должен сказать. Если со мной что-то случится, ты должна знать: всё, что у меня есть, принадлежит тебе и Марко. Документы в сейфе. Код — твоя дата рождения. Дэн знает, он поможет.

— Ярослав...

— Дай мне закончить. Ты — лучшее, что случилось со мной. Я не умел любить до тебя. Я не умел жить до тебя. Если я умру...

— Ты не умрёшь.

— Если я умру, — повторил он настойчивее, — знай, что я был счастлив. По-настоящему. И всё это — благодаря тебе.

Слёзы текли по моим щекам. Я не вытирала их. Он смахнул слезу с моей щеки большим пальцем, и в этом жесте было столько нежности, сколько я не видела от него никогда.

— Я люблю тебя, София. Больше жизни. Больше смерти. Больше всего.

— Я знаю, — прошептала я. — И я тебя люблю. Поэтому ты не умрёшь. Ты вернёшься ко мне. Всегда.

— Всегда.

Он поцеловал меня. Медленно, глубоко, как в первый раз. Его руки скользнули по моему телу, сжали бёдра. Я ответила. Мы не занимались любовью — мы прощались. С этим днём, с этой войной, со страхом. Каждое движение было наполнено смыслом. Каждый поцелуй — как последний, хотя мы знали, что это не последний. Просто потому, что не могло быть по-другому.

— Я хочу тебя, — прошептал он.

— Возьми меня. Я здесь.

Он вошёл в меня, и я почувствовала себя живой. Среди всего этого ада, среди взрывов и предателей, его тело напоминало мне, ради чего мы боремся. Ради этого. Ради нас. Ради Марко. Ради будущего, которое мы построим вместе.

Мы кончили одновременно. Он упал рядом, дыша тяжело. Я прижалась к нему.

— Завтра будет тяжёлый день, — сказал он.

— Я знаю.

— Но мы справимся. Мы всегда справляемся.

— Да. Всегда.

Я закрыла глаза. За окном снова выли сирены. Но в эту минуту, в его объятиях, я была дома. И этого было достаточно.

Ярослав.

Предатель дал нам зацепку. После двух дней допросов он раскололся окончательно. Греко планировали новую атаку — на этот раз не на склад, а на офис в центре города. Они хотели обезглавить нашу операцию, уничтожить штаб, где работали Лёва, Дэн и остальные. И самое главное — он назвал имя связного. Человека, который координировал действия Греко в нашем городе. Это был Марко Греко-младший. Тот самый, что прикасался к руке Софии на приёме. Тот самый, что улыбался мне в лицо, пока его отец планировал нас уничтожить.

— Он здесь, — сказал я, разглядывая фотографию на столе. — В городе. Прячется где-то.

— Мы найдём его, — ответил Дэн. — У меня есть люди, которые видели его в портовом районе. Сейчас проверяем адреса.

— Найди. Быстро. Пока он не нанёс новый удар.

Дэн кивнул и вышел. Я остался в кабинете один. За окном шумел порт, а я думал о том, как странно устроена жизнь. Мой отец когда-то воевал с такими же Греко — старыми итальянскими кланами, которые считали, что власть даётся по наследству. Он побеждал их железной рукой, без компромиссов, без пощады. А теперь я, его сын, сижу в том же кресле и смотрю на фотографию врага, который моложе меня на пять лет.

Вадим появился в офисе через час. Без предупреждения, как всегда. Он вошёл, опираясь на трость — новая привычка, которую он приобрёл после микроинсульта, случившегося тихо и незаметно для всех, кроме семьи. Я не вставал.

— Слышал, вы нашли предателя, — сказал он, садясь в кресло напротив.

— Да. И знаем, где Марко Греко. Почти.

— Почти — это не точно.

— Будет точно. Дэн работает.

Вадим кивнул. Достал из кармана фляжку, сделал глоток, поморщился. Я смотрел на него и думал: сколько ему осталось? Год? Два? Он никогда не говорил о здоровье. Но я видел, как он слабеет.

— Ты хорошо держишься, — сказал он. — Лучше, чем я в твои годы.

— Ты в мои годы уже контролировал весь восточный порт.

— Контролировать — не значит быть счастливым. Ты счастлив?

Я замолчал. Вопрос застал врасплох. Отец никогда не спрашивал о таком. Никогда.

— Да, — ответил я честно. — Несмотря ни на что. У меня есть София. Марко. Дом. Я счастлив.

— Вот это — главное, — он посмотрел на меня долгим взглядом. — Я не смог. У меня была жена, сын, империя. А счастья не было. Я думал, что сила — это всё. Что если ты силён, тебя будут уважать и бояться. А любовь... я думал, что любовь — для слабаков. И потерял твою мать. И тебя потерял. Ты вырос без меня. Даже когда я был рядом, меня не было. Ты понимаешь?