Чтение онлайн

Ирина Рай

— Лёша, отпусти по-хорошему! Я не сяду! — упираюсь, но он заталкивает силой. А силы в Лёше хоть отбавляй. Я ему явно не соперник в этом. И почти сразу оказываюсь на заднем сиденье чужой Камри. — Помогите! Вы что не видите, он меня насильно сюда запихивает! — врубаю дурочку, пока Лёша хохочет надо мной, удерживая за талию.

— Шеф. Не слушай, вези просто. Она дурочка пьяная, налакалась… Продолжения хочет, а я не пускаю, вот и всё, — выдаёт он неожиданно, и я начинаю его колотить прямо в салоне. Причём с особым пристрастием. Чтобы неповадно было! Будет знать, как меня в глазах других унижать, козлина!

— Бессонов, скотина! Вообще уже офигел, что ли, а?!

Толком ничего сделать не получается, потому что кулаки у меня маленькие. А руки у Лёше цепкие и хваткие. Поэтому он просто обхватывает мои за запястья и прибивает к телу. Без каких-либо трудностей и компромиссов.

— Сиди и помалкивай, Рай, пока я добрый. Всему есть предел, и моему терпению тоже, — дробит он стальным тоном и только я хочу снова завозмущаться, как нахально толкает язык в мой рот, начав целовать прямо перед таксистом. И не просто целовать, а нагло зализывать, словно мы с ним два изголодавшихся зверя в брачный период, и собираемся прямо тут…

О, Боже…

— Ладно… Поехали в общем, — слышу обречённое впереди, пока задыхаюсь от его натиска. Чувствую его наглые тёплые руки повсюду. И то, как отчаянно он пытается меня заткнуть.

У меня перед глазами всё плывёт. Всё же целуется он очень приятно. Даже более чем. Да ещё и голый сейчас. И мои ладони то на его плечах, то на грудной клетке. Сердце в груди разрывает от новостей, что на меня вылили десять минут назад, блин. Но я всё ещё помню, что такое оргазм с Бессоновым. Что такое удовольствие… И это ощущение почему-то захлёстывает все остальные с головой. Я ещё никогда такого не испытывала… Тогда была трезвой, а сейчас, чуть выпившая, ощущаю тягу к нему всё сильнее…

— Ненавижу тебя… Ненавижу, — всхлипываю, когда поцелуи переходят на шею. Когда скользящими движениями губ он заставляет моё тело покрываться мурашками и дрожать. — Прекрати… Лёша… Ну, на нас же смотрят…

— Я ничего такого не делаю, помалкивай.

— Ты доиграешься, Бессонов, — пытаюсь оттолкнуть, и на протяжении, наверное, минут пятнадцати, пока мы едем, мы вошкаемся за спиной у водителя, как полоумные. Господи. Бедный мужчина, а… Чувствую себя дурочкой.

— Готово. Приехали, — вздыхает мужик. Одной рукой Лёша держит меня, чтобы не убежала, а второй переводит ему обещанные деньги. А мне так стыдно, что просто с ума можно сойти. Ощущаю себя облапанной с головы до пят. А ещё униженной перед этим дядькой с шикарными усами.

— Я не пойду к тебе, можешь не утруждаться! — ворчу я на Лёшу, а он ржёт, вытаскивая меня из такси за руку.

— Да кто тебя спрашивать будет, Рай? Подняла жопу быстро, — дёргает меня сильнее, и я чуть не заваливаюсь на него, истерично ругаясь на таксиста.

— Вот когда меня изнасилуют, я утром напишу на Вас заявление в полицию! — выдаю, заставив Бессонова охренеть, конечно же.

— А на меня-то за что?! — реагирует водитель, выпучив глаза, и смотрит на меня, как на пьяную идиотку. Хотя я, наверное, такая и есть сейчас. От нас вся машина, скорее всего, пропахла, блин… Да ещё и вели себя совсем неадекватно…

— Потому что Вы допустили это! Вы что не видите, что я не хочу с ним идти!? — наезжаю ответно.

— Так мне в полицию позвонить? — спрашивает он, пока Бессонов качает головой.

— Нет, не надо, — тут же отвечаю, состроив жалостливую гримасу. — Не надо, пожалуйста, полицию.

Вот дура, а… Сама же начала истерику. И Бессонов теперь ржёт надо мной.

— Друг, не слушай, просто уезжай, ага, — отправляет он его, пока я ёжусь.

— Лёша, ты меня обидел… Я реально не хочу… Мне нужно одной, блин, побыть, — упираюсь рогами, потому что ощущаю, что не могу сейчас с ним находиться. От злости на него у меня весь организм воспламеняется. Ничем хорошим не закончится, я чувствую. Либо поубиваем друг друга, либо наговорим всяких гадостей, точно… — Лёш…

— Пошли… — стоит он на своём и тащит к подъезду своей элитной новостройки. Высокое красивое здание. Я уже отсюда представляю как там внутри, должно быть, красиво… Но всё равно не готова, чтобы остаться с ним наедине.

— Нет, не могу… Нет, — вырываюсь из его хватки и делаю шаг назад.

— Пошли наверх, я уложу тебя в отдельной комнате. Утром будем разговаривать. Не бойся, — уверяет он меня и вновь протягивает мне руку.

— Ты обещаешь, что ничего не будет? Что ты дашь мне возможность переварить? Потому что я... Я не готова...

— Обещаю, я уже сказал… Идём, Рай… — ощущаю, как его тёплые пальцы крепко смыкаются на моих, и всё-таки решаюсь направиться вместе с ним в его квартиру. Где ни разу не была, конечно же… Где боялась быть, наверное. И даже сейчас боюсь так, что ком образуется в горле.

Молчу, когда заходим в лифт, когда поднимаемся на нужный этаж. А потом вдруг прохлада его холостяцкой обители окутывает мои плечи. Темнота и запах новой мебели… Наверное, он недавно делал ремонт.

Когда свет зажигается, я вдруг понимаю, что мне слепит глаза. Мой вид в зеркале оставляет желать лучшего. Потому что выгляжу я как потрёпанная заядлая алкоголичка с размазанной тушью, с которой неизвестно что всю ночь делали, а Бессонов ржёт надо мной.

— Такая красивая, когда не красишься… А тут… — стоит и пялится, пока я хмурюсь. Мои волосы торчат в разные стороны, да и вообще я, кажется, ещё нормально не протрезвела…

— Можно мне умыться? Чувствую себя отвратительно, если честно.

— Можно, конечно. Что за вопрос? Сейчас провожу…

Дальше я оказываюсь в его ванной… Господи. В ванной комнате Бессонова. Не знаю, как и кто тут оставался из девушек… Не знаю даже, как часто он кого-то приводил в свою квартиру. Потому что его, очевидно, давно не было в городе. И я была права. Ремонт действительно сделан недавно. Всё новейшее…

И я чувствую здесь себя не в своей тарелке. Наверное, моя квартира казалась ему шалашом по сравнении с этими хоромами. А чего я ждала от мальчика, гоняющего на Майбахе, в конце-то концов?!

— Рай… — слышится за дверью, и я тут же вздрагиваю. Если захочет зайти, не впущу. Ни за что.

— М? — спрашиваю в ответ.

— Чай будешь? Или кофе там… что хочешь?

— Чай буду, да… Спасибо.

— Окей…

Вздыхаю и смываю с себя весь макияж. Я знаю, что не умею краситься. Тася ещё более-менее что-то делала с моим лицом, но я… У меня всё через одно место. Или же я снова себя недооцениваю. Но факт в том, что после такой вот прогулочки выгляжу просто ужасно.

Не знаю уж, что подумал обо мне тот самый водитель такси. Господи…

Наверное, всё самое плохое. Но какое мне дело? Почему я обо всём на свете так сильно переживаю? Пора бы уже думать о себе… О своих чувствах и эмоциях.

Выхожу к Лёше расстроенная и несчастная. Смотрю в одну точку, пока он — только на меня.

— Ир… Сядь, — просит аккуратно. Очень мягко. Наверное, потому что видит в каком я состоянии. — Я понимаю, тебе нелегко. Много что на голову свалилось, но поверь мне, так будет лучше…