Горькая полынь
Шрифт:
Назар молчал, я тоже не спешила завязывать разговор. Постепенно я привыкла к тому, что он такой немногословный и считала это чертой его характера, не принимая на свой счет. Насколько я успела узнать, Назар такой со всеми. Говорит всегда по делу, не любя вести пространные разговоры. И мне даже нравилось это в нем. Хотя вероятно мне нравится это, потому что нравится сам Назар, и я готова возвести его на пьедестал вместе со всеми его особенностями.
Эти выходные стали для меня точкой невозврата. Больше я не запрещала себе надеяться на что-то большее между нами, потому что запреты все равно не работали и потому были бесполезны. Только напрасно терзаю душу, убеждая себя, что будущего у нас нет. Пусть его и нет, но моих чувств к Назару это не отменит. Я разрешила себе любить его, особо ни на что не рассчитывая. А надежда… надежда умирает последней.
– Красиво здесь. – Я откинулась на спинку и посмотрела на луну, которая поднялась над морем еще выше. – Никогда не бывала в подобных местах… Хотя я вообще мало где бывала и сравнить мне особо не с чем. – За свою жизнь я мало успела увидеть. И только благодаря Назару у меня появилась возможность посмотреть мир, и я была за это ему искренне благодарна. – Однажды с классом мы ездили в Великий Новгород. Это был первый раз, когда я куда-то уехала из родного города. Не представляешь, как сильно я ждала ту поездку. Даже блокнот завела, куда записывала все, что увидела тогда. У меня было столько впечатлений. Я маме потом несколько дней все досконально пересказывала. До сих пор помню свои ощущения тогда. – Я улыбнулась сама себе, погружаясь в давние воспоминания, но через секунду спохватилась и посмотрела на Назара. – Тебя не раздражает моя болтовня? – Вряд ли Назар горит желанием узнать о моих школьных годах. Думаю, ему вообще мало что интересно, связанное со мной. И к этому я относилась нормально, не испытывая обиды. Я хоть и решила притвориться на эти выходные, что мы пара, но никогда не забывала о природе наших отношений.
Назар слегка прищурился.
– А должна?
– Не знаю, – пожала я плечами. – Иногда я забываюсь и начинаю говорить о том, что тебе может быть совсем неинтересно. Так что не стесняйся… ну то есть просто скажи, и я замолчу.
Назар глубоко затянулся и выдохнул сизый дым вверх. Мне стало нравиться наблюдать за ним в такие моменты. Никогда не думала, что курение может обладать таким гипнотическим действием.
– Хорошо. Не буду стесняться.
Я посмотрела на Назара, замечая на его губах улыбку. Эти редкие моменты я бережно сохраняла в памяти, как в тот блокнот из детства, чтобы потом иметь возможность возвращаться к ним снова и снова. Я смотрела на Назара, больше не замечая в нем привычной холодности, которой он щедро делился со мной ранее. Сейчас мне было тепло рядом с ним, спокойно. Хотелось прижаться к нему, окунуться в его ауру, раствориться в ней. Может я неправильно себя веду, позволяя себе так врастать в Назара, но у меня не получалось морально от него отстраняться. Я пробовала и не преуспела в этом, а теперь и бросила пытаться. Пусть все идет, как идет.
Тишина между нами была расслабленной и совсем не давила, но мне хотелось разговаривать с Назаром, хотелось слушать его низкий голос, хотелось узнать этого мужчину чуть лучше. Мне было интересно все связанное с ним.
–Ты вернул завод своего отца?
Назар только обмолвился об этом в разговоре со своим другом, а я запомнила это, и теперь мне было интересно, удалось ли ему довести задуманное до конца. А мне очень хотелось, чтобы удалось, потому что по его глазам я видела, как это важно для него.
– Еще нет.
– Мне бы очень хотелось, чтобы у тебя все получилось. Думаю, твой отец был бы рад.
Назар продолжал курить, больше никак не участвуя в разговоре.
– Прости, если сказала что-то лишнее. – В голове вдруг появилась мысль, что я могла влезть туда, куда Назар не хотел бы меня впускать. Это я позволила себе сегодня фантазировать и представлять то, чего нет, а Назар своего отношения ко мне не менял и не давал повода лезть к нему в душу.
Я подтянула колени к груди и уткнулась в них подбородком. С наступлением вечера на улице стало прохладно. Надо бы вернуться в дом или хотя бы что-то накинуть на плечи, но мне не хотелось отходить от Назара даже на пару минут. Завтра мы улетим отсюда, и я вновь буду сидеть в одиночестве в четырех стенах в ожидании Назара. Пока у меня есть возможность побыть с ним, я не буду ее упускать. Именно в этот момент я решила воспользоваться буквально последним шансом перед отъездом и все-таки придвинулась к Назару ближе и положила голову ему на плечо.
– Ты не против?
Он затушил окурок в пепельнице и положил ладонь мне на бедро. Я восприняла этот жест как разрешение остаться у него под боком. И сейчас мой идеальный день стал еще чуточку идеальнее. Я прикрыла глаза, позволяя себе унестись в фантазии, где мы с Назаром просто вместе без каких-либо условностей и договоренностей, туда, где сидим вот так в тишине и впереди у нас вся жизнь. Я наслаждалась этим моментом точно так же как наслаждалась стоя в его объятиях на набережной несколько часов назад. Если бы только можно было задержаться в этом городе чуть дольше…
– А нам обязательно завтра уезжать? – Тихо спросила я.
– Оставить тебя здесь?
– Только если ты тоже останешься.
– Как только закрою вопрос с заводом, съездим куда-нибудь.
– Правда? – Я тут же посмотрела на Назара, не веря в услышанное. – Дольше, чем на два дня? И это будет настоящий отпуск? Ты не будешь продолжать работать и постоянно отвлекаться на телефон?
Назар усмехнулся и, сжав мое бедро, встал. В конец осмелев, я залезла на диван и обвила руками его за шею, не желая отпускать.
– Не уходи. Давай еще посидим немного… пожалуйста.
Он обернулся и обхватил меня за бедра, слегка задирая сорочку.
– Морской воздух на тебя плодотворно влияет. Такая отважная у меня стала.
– Тебе не нравится?
Подхватив, Назар закинул меня себе на плечо и как был в одежде зашел в бассейн.
– Что ты задумал?
– Искупаться хочу.
– Но я-то не хочу.
– Придется.
– Назар, не надо, пожалуйста, – пыталась я говорить сквозь смех. – Дай мне хотя бы переодеться.
Он отпустил меня, позволяя встать на ноги, но я вцепилась в его шею, не желая окунаться. Мокрая сорочка прилипла к телу, соски от холода заострились. Удерживая меня за талию, Назар потянул нас на глубину.
– Суровым и холодным ты мне нравился больше. – Я прижалась к нему всем телом.
– Ich werde mich daran erinnern (Я запомню это, – прим. автора).
Его горячее дыхание у моего уха заставило мурашки пробежать вдоль позвоночника. Я прикрыла глаза, пропуская через себя этот неожиданный и безумно интимный момент между нами. Тело мгновенно откликнулось.
– Ты вынуждаешь меня начать учить немецкий.
– Полезный навык. – Назар обхватил меня за голые ягодицы и прижал к своему паху. Оттянув резинку шортов, он обнажил член. – Запрыгивай.
– Ты же сказал, что хочешь искупаться, – прошептала я и обвила ногами его талию. Горячая головка уперлась в лобок.
– Планы изменились.
Я улыбнулась и слегка сместившись, позволила члену проскользнуть внутрь.
– Ты совсем не боишься, что нас кто-нибудь заметит? – Я начала медленно двигаться на нем. – Учитывая масштаб твоей личности и с нынешним уровнем развития интернета, новость об этом сексе разлетится по миру за минуты.
– Предпочитаю решать проблемы по мере их поступления.
– Сумасшедший, – прошептала я, касаясь губами его плеча.
Назар развернул нас, впечатывая меня в бортик. Я старалась сдерживать стоны, чтобы не привлекать нежелательное внимание, но очень скоро контролировать себя было уже невозможно. Раз за разом наш секс становился для меня все более чувственным. Я отдавалась Назару с тихим отчаянием, всякий раз надеясь, что он заметит, почувствует, поймет, как много стал значить для меня. Сказать ему об этом прямо я не находила в себе смелости. Да и оставался шанс, что ему не нужны мои чувства, и он в ту же секунду прекратит наши отношения. А я в данный момент боялась этого больше всего на свете, поэтому продолжала молчать…