Чтение онлайн

Гурьян, натянув на голову шапку, пошел к выходу. Обернулся в дверях. Дрогнула светло-каштановая борода в скупой улыбке.

– Не пужайтесь, православные. Нет худа без добра. Токмо сорванцов упредите, а то лишне наговорят. Так и быть умолчу. Сам-то все подумываю, как бы от Митрия сбежать. Ну, прощевайте.

Когда челядинец вышел из избы, мужики переглянулись и облегченно вздохнули.

– Ну, сразил ты нас, постреленок, - слегка шлепнув Фильку по затылку, промолвил Пахом Аверьянов.
– Отец-то смирный, а этот ишь какой шустрый. Хорошо еще дворовый праведным оказался.

– Мир не без добрых людей, Захарыч. Холопам не сладко у Капусты живется. Ободрались, обнищали, сидят на трапезе скудной, - проронил Болотников.

В конце села Капуста повстречался с Афоней. Бобыль поспешно скинул с головы колпак, низко поклонился и молвил весело:

– Во здравии ли, батюшка? Не угодно ли чарочку?

Узнав мужичонку, Капуста стеганул его кнутом и разгневанно рявкнул:

– Прочь с дороги, дьявол!

Афоня поспешно шмыгнул в избу. Схватившись рукой за обожженное плечо, проворчал:

– Замест спасибо да в рыло.

А Капуста повернул коня и сердито бубнил в бороду:

– Сей мужик - всему помеха. Споил, злыдень. До сей поры в глазах черти пляшут. Ввек экого зелья не пивал.

Подъехав к приказчикову тыну, Митрий Флегонтыч вновь загромыхал по калитке кулачищем. Из оконца выглянул Мокей, прогудел:

– Нету Калистрата Егорыча.

– Куда подевался твой козел паршивый?

– Не ведаю, - изрек челядинец и захлопнул оконце.

Митрий Флегонтыч выхватил из-за кушака пистоль, выпалил поверх тына и, зло чертыхаясь, поскакал в свою деревеньку. И уже по дороге решил - немедля ехать к боярину Борису Годунову, к заступнику дворянскому.

Когда Капуста умчался из села, Калистрат Егорыч, творя крестное знамение, появился на крыльце - напуганный и побледневший.

– Едва богу душу не отдал, Мокеюшка. Под самое оконце из пистоля супостат бухнул. Глянь - дробинки в венце застряли. Еще наезд - и на погост угодишь с эким соседом.

– Оборони бог, батюшка. Холопов, что в дозоре стояли, поучить бы надо...

– Вестимо так, сердешный. За нерадивую службу - высечь батогами.

– Все сполню, батюшка. Да и сам поразомнусь, хе-хе.

Приказчик побрел в избу, темными сенями поднялся в свою горницу. Смахнул рукой дюжину кошек с лавки, опустился, задумался. Капуста дворянин крутой, так дело не оставит. Царю будет жалобиться. Надо бы князя упредить... А мужичков надлежит из лесу возвратить. Неча им без дела сидеть. Мало ли страдной работы в вотчине! Да и порядные грамотки пора на новых крестьян записать.

Калистрат Егорыч кинул взгляд на сундучок под киотом да так и обомлел. Сундучка на месте не оказалось. Ткнул кулаком густо храпевшую Авдотью по боку. Та и ухом не повела. Тогда Калистрат Егорыч больно дернул бабу за космы. Авдотья фыркнула губами, подняла на супруга заспанные глаза.

– Где сундучок, Авдотья?
– вскричал приказчик.

Баба потянулась, шумно зевнула, свесила ноги с лежанки.

– Чево тебе, осударь мой?

– Где, говорю, сундучок с грамотками, неразумная?

– Да под киотом, где ж ему больше быть, батюшка, - вымолвила Авдотья и вновь повалилась на пуховики.

У приказчика даже руки затряслись. Снял со стены плеть, огрел сонную бабу по широкой дебелой спине и заметался по горнице.

И вскоре вся изба ходуном заходила. По сеням и чуланам забегали сенные девки, по амбарам и конюшне - дворовые холопы.

Через полчаса, насмерть перепуганный приказчик, повалился перед божницей на колени и, роняя слезы в жидкую бороденку, заголосил тонко, по-бабьи:

– Пришел мой смертный час. За какие грехи меня наказуешь, осподи? Верой и правдой тебе и господину служил, живота своего не щадя...

На шум прибежал Мокей. Глянул на хозяина и ахнул: валяется на полу Калистрат Егорыч и горькими слезами заливается.

– Ох, беда приключилась, Мокеюшка. Выкрали грамотки с мужичьей кабалой. Кинет теперь меня князь в темницу.

Челядинец растерянно заходил по горнице, глазами изумленно захлопал.

Пришел в себя приказчик не скоро. Затем битый час пытливо выспрашивал Авдотью и дворовых, но те ничего толком сказать не могли и лишь руками разводили.

И тогда Калистрат Егорыч приказал Мокею:

– Девок и холопей моих сведи в княжий застенок. Подвесь на дыбу и огнем пытай, покуда правду не скажут.

Глава 44

МАМОН

Вернулся Мамон в вотчину злой и недовольный. Целых две недели в лесах обитал, а проку мало. В последний день, как отбыть в село, изловил пятидесятник ободранного заморенного мужичонку. Но тот оказался из чужого поместья. Один черт - привел его к приказчику, крестьяне нонче в почете, на них велик спрос.

И на заимке все тихо. Либо бортник хитер, либо и в самом деле живет Матвей без греха. Однако все равно ему веры нет. И с Василисой все время старик темнит, прячет ее от княжьих людей. Ух, смачная девка!..

Калистрат был так же не в духе. На чем свет бранил во дворе свою придурковатую бабу, исходил слюной и плевался во все стороны.

Завидев дружинника, Калистрат спровадил Авдотью в избу и, удрученно вздохнув, пожаловался Мамону:

– Вконец сдурела моя баба, сердешный. Я своих девок в пыточную спровадил, а Дунька по ним слезами убивается. За кошачьим двором-де некому досматривать и убираться. Вот уж дите неразумное, глупа до самого пупа... С толком ли по лесу бродил?

– Впустую, Егорыч. Как сквозь землю провалились мужики, - проводив дородную приказчикову бабу масляным взглядом, невесело проронил Мамон, а про себя подумал: "Добрые телеса у Авдотьи. Эк, ягодицами крутит. Чать, надоел ей свой захудалый мужичонка".
– Затем кивнул на связанного беглого страдника и добавил: - На Нелидовские озера забрел. Должно, ушицы захотел. Тут мы его прихватили. Определи в вотчину, Егорыч.

Взглянув на мужика, Калистрат махнул рукой.

– Напрасны твои труды, сердешный. Это Карпушка - из нашей вотчины, усмехнулся приказчик и поведал Мамону о подушкинских новопорядчиках.

Поняв, в чем дело, пятидесятник отпустил мужика с миром и обратился к приказчику с вопросом:

– Пошто своих девок в княжий застенок отправил?

Калистрат замялся. Стоит ли рассказывать о пропаже дружиннику. Еще донесет князю раньше времени. А сундучок, может, еще и сыщется... А впрочем, - все равно Мамон проведает. Человек он хитрый, пронырливый. Такое дело и ему доверить можно. Глядишь, и сыщется следок.

И приказчик, поминутно вздыхая и сердобольно кашляя в жидкую бороденку, рассказал о своей беде.