Горький конец
Шрифт:
— Наверное, потому, что у меня только что был секс. — Я не собиралась скрывать это от него. Для этого не было причин. Он был хорошо осведомлен о моих отношениях с Тэйном и Уором.
— Тогда почему ты не спишь со своим колдуном? Я чувствую только запах вампира. — Он изучал меня, задумчиво нахмурившись.
Я на мгновение заморгала, сбитая с толку, потому что ожидала спора или необходимости защищаться. Но этого не произошло.
Я вздохнула, подобрала еще один камешек и бросила его на лед, подбирая нужные слова.
— Тэйн говорит, что у нас есть своего рода душевная связь. Его магия взывает ко мне, а я не понимаю этого, но чувствую.
— Как супружеские узы, — сказал он, кивая, как будто что-то только что подтвердилось.
Я пожала плечами.
— Наверное. Я читала о душевных узах, но никогда не думала, что они существуют между видами. Как у чернокнижника может быть душевная связь с оборотнем, у которого нет магии?
Гарет на мгновение уставился в темноту, между его бровями пролегла морщинка.
— А ты не думала о том, что Эстель, возможно, изменила тебя сильнее, чем ты думаешь?
От его слов мое тело замерло, желудок скрутило, а горло сжалось. Я прикусила губу.
— Ты имеешь в виду мою ДНК? Я всегда была оборотнем, она просто пробудила это, но я не гибрид. Не такой, как Сиренити. Я бы знала, если бы была.
— Не гибрид, а что-то другое, — предположил он. — Тебе давали тот же препарат, что и остальным. Сыворотка была создана из крови Серенити, поэтому вполне логично, что могут быть какие-то другие изменения, о которых ты, возможно, еще не знаешь.
— Но у нее нет магии, — сказала я, возможно, немного защищаясь. — Она гибрид, но только человека, вампира и оборотня. В этом нет смысла.
— Ее кровь была не единственной кровью, найденной в той лаборатории, Трикс. — Я уставилась на него, широко раскрыв глаза. Он поморщился, расстроенно проведя рукой по волосам. — Власти собрали сотни образцов крови. Кто, черт возьми, знает, что на самом деле было введено тебе в кровоток? Но если в тебе есть хотя бы капля крови чернокнижника, это может объяснить, почему Тэйн чувствует связь.
Чем больше он говорил, тем больше смысла приобретали его слова. Я даже задумалась, что еще эти препараты могли сделать с моей ДНК. По словам парней Сиренити, на свободе, вероятно, были сотни новоиспеченных гибридов, и не факт, что на них есть маячки. Невозможно сказать, какие ферменты крови у кого использовались, если только не существует какого-то архива, о котором мы не знаем.
От мысли о том, насколько глубоко это зашло, у меня по спине пробежал холодок. Гарет, скорее всего, был прав. Вероятно, в моей крови были следы ДНК чернокнижника, и именно поэтому Тэйн смог почувствовать связь. Какая бы магия не была создана моим телом, она каким-то образом была совместима с его.
— Я не знаю, заставляет ли это меня чувствовать себя лучше или хуже. — Я подняла на него глаза, встретившись с ним взглядом. — Когда я считала себя человеком, то никогда не задумывалась о концепцией брачных уз или уз души. Это кажется таким… ограничивающим.
— Каким образом? — спросил он.
Я пожала плечами.
— Это лишает человека личного выбора, не так ли? Позволить магии или Богине Луны выбрать себе пару за тебя кажется таким холодным и расчетливым. Как ты можешь знать, что ты на самом деле чувствуешь к кому-то, когда вас объединяет какая-то мистическая сила?
Я подумала о Сиренити и ее связи с Августом. Я слышала всю историю от начала до конца, и это всегда заставляло меня задуматься, насколько сильным было это притяжение. Насколько это мешало настоящим чувствам?
— Боже, я такая идиотка! Гарет, я не должна даже говорить об этом после того, что случилось с…
— Саванна ничего не значила для меня, — сказал он, обрывая меня. Мускул дрогнул на его челюсти, и что-то в глубине его глаз немного потускнело. — Может быть, когда-то она и значила, но я очень быстро понял, что она за человек на самом деле. Через некоторое время ее присутствие стало для меня скорее обузой, чем чем-либо еще.
— Но связь… — Спросила я, чувствуя себя совершенно потерянной.
Он покачал головой.
— Это не вызывает чувств. Это романтизированная идея супружеских уз. Поначалу может показаться, что так оно и есть. Есть страсть, влечение и вожделение, но это всего лишь способ тела сигнализировать о том, что оно нашло наиболее физически совместимого партнера для создания потомства. Это не имеет ничего общего с любовью. — Он отвернулся от меня, его взгляд стал отстраненным. — Сначала Сиренити отвергла Августа. Она позволила своему разуму взять инициативу в свои руки, а не инстинкту. Она влюбилась в моего кузена на своих собственных условиях, и связь отошла на второй план.
Он был прав. Сиренити сказала мне то же самое. Я слышала все о размолвках между ними в те первые недели вместе. Август безжалостно преследовал ее, но все это время она отрицала притяжение между ними. У нее были те же сомнения по поводу супружеских уз, что и у меня, но в конце концов она все равно влюбилась в него.
Я внимательно изучала Гарета. Его плечи были ссутулены, волосы растрепаны, но от него по-прежнему захватывало дух. Протянув руку, я нерешительно взяла его за руку, чувствуя, как его тело застыло. Он не отстранился от моего прикосновения.
— Даже если ты ее не любил, мне жаль, что ты ее потерял, — сказала я, вкладывая смысл в каждое слово. — Жаль, что Селена не смогла найти тебе пару получше.
Уголки его губ приподнялись.
— Такую пару как ты?
Мой живот затрепетал, а щеки запылали.
— Неужели это так плохо? — Мой голос звучал тихо и неуверенно, и я ненавидела это. Какого черта я позволяю себе так себя чувствовать рядом с ним? Почему мне вдруг захотелось затаить дыхание, ожидая его ответа? — Ты имел в виду то, что сказал?
Его слова, сказанные прошлой ночью, многократно отдавались эхом в моей голове. Любовь. Он сказал, что любит меня. Уже давно.
Он посмотрел на меня сверху вниз, его глаза блуждали по моему лицу.
— Я всегда имею в виду то, что говорю. Ты это знаешь.
— Так… значит, ты вроде как влюблен в меня, — сказала я с широкой улыбкой. — Ты пишешь Миссис Гарет Кровавая Луна во всех своих блокнотах и делаешь для меня микстейпы?
Он застонал, закатив глаза.
— Селена, помоги мне, вот так…