Чтение онлайн

Я напряглась, когда теплые, сильные руки обхватили мою талию сзади, а горячее дыхание защекотало ухо.

— О, как мне нравится, когда ты извиваешься для меня. Ты не сможешь скрыть эти розовые щечки. — Он прикусил мочку моего уха, и это было все, что я могла сделать, чтобы сдержать стон. — Я не могу дождаться, чтобы увидеть, какие еще части тебя покраснеют под моими прикосновениями.

Смех Уора прогремел по комнате, когда он выключил телевизор и встал, скрестив руки на груди.

— Ну, кто теперь добивается преимущества, младший брат?

Глаза Тэйна загорелись возбуждением и вызовом.

— Поверь мне, во мне нет ничего мелочного. И в отличие от тебя, Уорик, я действительно могу подтвердить свои слова.

Моя голова крутилась между ними. Я не сомневалась, что каждый из них может подтвердить свои слова. Оба мужчины были способны поставить на колени любую женщину.

— Кажется, я помню другое… — Уор встретился со мной взглядом, осматривая мое тело. — Разве это не так, Трикс?

Я покачала головой.

— Вы, ребята, просто смешны. Можете сейчас же убрать свои гребаные члены; я бы хотела отправиться на пробежку где-нибудь до начала следующего года. — Я направилась в ванную, чувствуя обе пары глаз на своей спине. Я остановилась в дверях и повернулась лицом к братьям. — Мы что, по-настоящему делимся? — жестом указав на нас троих. — Если бы Гарет был здесь, я бы включила и его.

Они смотрели друг на друга, между ними, казалось, состоялся какой-то бессловесный разговор. Тэйн ответил первым.

— Я думал, мы уже чертовски ясно изложили наши намерения. Или ты думаешь, мы повсюду похищаем каждую хорошенькую волчицу, которая смотрит на нас своими красивыми глазками?

Ворча, Уор провел рукой по своим темным волосам, хотя в растрепанном состоянии их было не так уж много.

— Что он пытается сказать, но не может объяснить, так это то, что да, мы делимся. Я прожил слишком долго, чтобы позволить своему брату встать между мной и тем, кого я хочу, даже если мне придется каждый день смотреть на его надоедливую физиономию. — Тэйн усмехнулся, но спорить не стал.

Мое сердце бешено колотилось, и не сомневаюсь, что Уор слышит это. Он, вероятно, чувствует каждую каплю крови, которая с огромной скоростью текла по моим венам. У нас никогда не было настоящего разговора о том, что, черт возьми, на самом деле происходило здесь между нами четырьмя или о том, что произошло той ночью.

Все происходит так быстро. Я была начинающей девушкой-оборотнем в незнакомом городе, следовавшей за своей знаменитой кузиной повсюду, как ее тень, когда внезапно трое невероятно разных темных мужчин начали защищать, целовать, трахаться и ухаживать за мной.

Я думала что Сиренити сошла с ума, беря сразу нескольких партнеров, но это не было чем-то неслыханным. Было несколько пар, которые позже обнаружили, что их связывает не одна связь. Мне доводилось наблюдать подобное только в телевизионных драмах. Между мной и моей кузиной было много-много разговоров об этом. У нее было так много лазеек…

Я прочистила горло, когда поняла, что они оба молча наблюдают за мной, ожидая, что я что-нибудь скажу — хоть что-нибудь. Но у меня не нашлось слов. Что, черт возьми, я должна ответить на подобное заявление? Добро пожаловать в отряд? В команду? Черт…

Поэтому я поступила наоборот. Я поджала хвост и стыдливо прокралась в ванную, закрыв за собой дверь. Могу поклясться, что услышала два тихих смешка с другой стороны.

Прошлой ночью снег налип на землю вместо того, чтобы растаять в середине дня. Воздух пах свежестью, мое дыхание вырывалось горячими облачками, когда я тяжело дышала, а мышцы растягивались от приятной боли. Прошло слишком много времени с тех пор, как я выпускала свою волчицу на волю.

Уор бежал впереди меня, чуть больше, чем размытое пятно на фоне снега. Как волк, я могу выслеживать его и следовать за ним, когда он вел меня по периметру участка. Прежде чем мы ушли, я наблюдала, как он выпил маленький пузырек с дневным зельем, и смеялась, когда он безуспешно пытался сдержать рвотный позыв. Я ценю то дерьмо, через которое ему пришлось пройти, чтобы передвигаться в дневное время, но смотреть на это все равно было чертовски забавно.

Я чувствовала запах, где заканчивалась территория, который говорил мне оставаться в строгих границах. Также было слышно очень слабое потрескивание магии, действующей как щит вокруг всей территории. Это не помешает человеку проникнуть, но Тэйн сразу узнает как только кто-то вторгнется.

Тэйн решил остаться в хижине, чтобы попытаться связаться с кем-нибудь из моей стаи. Надеюсь, он, по крайней мере, сможет связаться с Августом, чтобы мы могли получить какие-то новости о моих кузенах. Возможно, у них было больше информации о местонахождении Эстель и о том, кто, черт возьми, помог ей сбежать. Я знаю, что еще предстоит сразиться со всем кланом Найтингейл. Ведьмы и колдуны, которые столетиями следовали за Эстель и которые, несмотря на ее преступления, возможно, были преданы ей больше, чем людям.

Мы, должно быть, два часа обходили территорию по периметру, прежде чем я уловила запах Гарета. Не тот затяжной запах, который петлял между деревьями по всему лесу, оставшийся позади после нескольких дней бесцельных блужданий, а свежий запах волка-оборотня, быстро приближающегося.

Я не сбавила темп, крошащийся снег взметался под моими быстрыми лапами. Темная фигура выпрыгнула из-за деревьев рядом со мной, и секундой позже рядом со мной бежал рыжевато-коричневый волк. Гарет был намного крупнее меня — на самом деле, почти вдвое больше. Сиренити однажды сказала мне, что технически Гарет был Альфой. Они с Августом родились с одинаковым уровнем доминирования друг над другом, но Гарет, будучи немного младше, всегда позволял своему кузену брать бразды правления в свои руки и никогда не хотел возглавлять собственную стаю.

Я понимаю, почему он так себя чувствовал, и если бы я родилась Альфой, возможно, сделала бы точно такой же выбор. Не могу взять на себя ответственность за такое количество жизней. Август делал это веками, и у него это хорошо получалось. Это была роль, для которой он буквально родился, но требовался особый тип личности, чтобы продолжать так долго. Я распознала эту способность в Гарете, но некоторые шрамы были слишком глубокими. Шрамы, которые меняют человека и заставляют его пересмотреть свои приоритеты.

Мы углубились в лес, огибая небольшое озеро, которое служило северной границей владения. По ту сторону воды я едва могла разглядеть несколько разбросанных домиков. Больше похоже на домики у озера, с выступающими причалами и привязанными к ним лодками. Там было тихо. Даже тише, чем на землях Стаи Кровавой Луны. Мы были выше в горах, чем я когда-либо бывала прежде. Даже воздух казался разреженным и свежим. Я легко могла бы остаться в этом месте навсегда и быть совершенно довольна.

Я рассмеялась, и в облике волка это прозвучало больше как чихание. Мысль о том, что год назад Трикс собиралась покинуть общество и жить в глухом лесу, была смехотворной. Я привыкла жить и дышать городской жизнью. Наслаждаться шумом и суетой. Я посвятила так много своего времени гражданским правам, протестам и борьбе за равные права. В моих активистских группах были друзья, которые были мне как семья. У меня была совершенно идиотская жизнь в Нок-Сити, от которой я отказалась.