Чтение онлайн

– Князь, не во гнев будет сказано…Одно у меня желание…– вздохнула скоморощница. – Не проси меня остаться. Отпусти меня к моему любимому…

– Ох, так у тебя есть любимый…– Рёрик не очень расстроился, а почему-то даже обрадовался за нее. У такой милой женщины должен быть любящий мужчина. – А как же тогда ты можешь быть «только с теми мужчинами, сердце которых свободно»?!

– Ну я же пошутила. Ни с кем я не могу быть, кроме него, – скоморошница и сама понимала, что играет в опасные игры. Всю свою жизнь. Скоморох голос на дудке настроит, а житья своего не устроит.

– И где же он?

– Ну…– скоморошница колебалась, не зная сказать правду или обмануть. Кто знает их, знатных людей. С ними надо осторожно. Одному скомороху, который про прошлого князя, Изяслава Изборского, слагал нелестные стихи – откусили язык щипцами. А ее подругу, которая точно также развлекала какого-то богача, похитили, и больше ее никто не видел, может, не жива она даже уже. А ее брата, который пел красивее самих богов, ослепили и оставили до конца жизни услаждать чужой слух. Там где власть, там нет закона.

– Не бойся, говори, – Рёрик был уже очень пьян, но ясности ума не утратил.

– Тот, что волшебство показывает…– кивнула скоморошница на фокусника.

– Ох, так, оказывается, чародей…– Рёрик немного удивился, что ее возлюбленный здесь и спокойно выделывает фокусы, пока она сама сидит на коленях у другого. – Как же только он отпускает тебя…

– Он верит в меня, – ответила скоморошница. – Так отпустишь?

– Конечно…Только не забудь помолиться за меня своим богам…

****

Велемира и Услада стояли под навесом и тихо секретничали. Несмотря на то, что приближалось утро, небо не прояснялось, а наоборот затягивалось тучами все сильнее. Собирался дождь.

– Ему понравилась эта поганая скоморошница, – злилась Велемира.

– Опять все тщетно, – расстроилась Услада. – Что же делать?

– Ну сегодня уже ничего не сделаешь. Он будет с ней. Главное, чтоб утром эта глупая шутиха не решила тут жить остаться…Ее только не хватало нам над собой!

– Если она останется, то все пропало, – Услада трезво оценивала свои успехи, которые были более чем скромные. Она не соперница даже обычной шутихе с ярмарки. Почему-то не лежит душа князя к ней.

– Скорее всего так…– подтвердила Велемира. – Дождемся утра, а там видно будет…Доброй ночи…

Велемира и Услада уже собирались прощаться. Однако вдруг увидели, как из гридницы выходят скоморохи и тянутся в сторону ворот. Они несут корзины и сундуки – похоже, княжеские подарки. Скоморошница тоже идет вместе со своими другами – ее легко узнать по яркому платью.

– Смотри, они покидают! – поразилась Велемира. – И она тоже! Он ее прогнал! Он понял, что ты гораздо более достойная особа! По крайней мере, ты не смеешься над гнусными непристойностями! Не говоря уже об участии в этом сраме!

– Выгнал? – усомнилась Услада.

– Главное, что путь свободен…– Велемира повернулась к Усладе и поправила той волосы и накидку. – Ступай…И помни: более подходящего случая не будет.

Этот день в Новгороде выдался хмурым. Дождя не было, но тучи сгущались на небе, обещая к обеду что-то. Несмотря на весеннюю пору, дул холодный ветер.

Вольна с самого утра чувствовала себя скверно: в последнее время у нее часто болела спина. Красавица не могла выявить причины. Кутаясь в платок, Вольна лежала на перине и слушала шум улицы. Это было не столь уж занимательно. Так что когда раздался стук в дверь, Вольна обрадовалась. То была Васса. Она обычно приходила в первой половине дня, часто к завтраку, и потом подруги проводили время вместе, занятые беседами и поглощением напитков и яств.

– Я уж заждалась тебя, – Вольна кивнула подруге, впуская ее в дом. Началось привычное словоблудие.

– Как спина? – забеспокоилась чуткая Васса.

– Плохо. Не помогает ничего. Уже неделю возлежу…Мажу…Мыслю, может, покой надобен…– посетовала Вольна, доставая привычным жестом из-под стола деревянную баклагу с хмельным медом. – Рада, кипрей завари нам погорячее…

– Знаешь, мне кажется, надобно другое попробовать. Совсем обратное, – предположила Васса, пододвигая Вольне две широкие канопки. – Может, эта хворь как раз от покоя и случилась? Мало на дворе бываешь. А дома токмо возлежишь.

– Ох не ведаю…– пожала плечами Вольна, даже в этот самый миг испытывая окостенелость в руках и ногах. С некоторых пор она стала ощущать себя старше собственных лет и не понимала отчего так.

– Ты все спишь. Эдак тело твое забудет, как ходить и бегать, – в силу своей общительной натуры Васса проводила много времени на прогулке. И у нее никогда ничего не болело. А засыпала она быстро и спала крепко. – Надо тебе встать да воды что ль потаскать в ведерках! Размять кости! – не то пошутила, не то сказала правду Васса.

– Ты в своем уме? – оскорбилась Вольна. А тем временем ее тело, лишенное всяческих нагрузок, действительно теряло упругость и силу. Как намокшая тряпка, оно становилось дряблым. И дряблость эта шла откуда-то изнутри – внешне Вольна пока оставалась хороша собой, ухожена и нарядна. Впрочем, при внимательном рассмотрении были заметны некоторые изъяны, возникающие от праздного образа жизни. Даже сейчас проворная Рада накрывала стол, а Вольна сидела на лавке и зевала у окна.

– Шучу…– Васса привыкла к тому, что любое слово может рассердить высокопоставленную подругу. – Весна пришла…Скоро лыко начнут собирать…– размышляла Васса, которая всегда была в гуще новостей. – На торжище утром встретила Пригоду. Говорит, крестьяне уже отправились срубать молодые лутошки, кору драть. Много дубового лыка дружина зараз себе на кольчуги и щиты забрала…

– Это правда. Оскольд с Диром в поход выступают. Вот и понадобилось снаряжение, – пояснила Вольна с видом знатока. Потянув канопку к губам, сделала глоток и ощутила, как по ее телу разлилось приятное тепло. Время было еще раннее, в такое обычно не пьют хмельного. Ну а с другой стороны, они с Вассой тоже не пьют. Они всего лишь добавили немного крепости в чай. Чтобы токмо согреться в столь неприютный день! А ей самой, Вольне, нужно снять это никак не проходящее напряжение. Чай с хмельным медом успокаивает ее, после такого напитка ей становится несколько легче.

– А сколько скота понадобится для похода…– развела руками Васса, тоже облизнув свой сосуд с лукавым чаем. Она все поспевала: и торжище посетить, и новости собрать, и с Вольной медов и вин испить. – Стадо!

– А как ты полагаешь! Без снеди в путь не ходят…

– Говорят, народ недовольствует. Дань тяжела в этом году. Пригода поведала, что на том княжеские уроки не иссякают…– Васса взяла со стола деревянную ложку и опустила ее в туесок с янтарным медом – ей нравилось подслащать им терпкое питье с созвучным названием. – Сколько дуба мореного заготовлено, а все мало выходит…И зачем князю именно этот дуб понадобился? – задалась вопросом Васса.