Чтение онлайн

— Не знаю. А ты, видимо, собрался? Меня с собой возьмёшь?

— Да! А то мне с мамой скучно. Она плавать не умеет и меня далеко не пускает, хоть я уже и научился плавать, и причём очень хорошо.

— Отлично. Значит, поплаваем вместе.

Александр взял мой простенький кнопочный телефон, разблокировал его, вбил свой номер и позвонил себе, получив таким образом мой номер совершенно без моего согласия.

— Как соберётесь на море, позвони, — попросил он.

— Ещё чего, даже и не подумаю! Нам сопровождение не нужно! — съязвила я.

— Не будь язвой и занудой, — вторил мужчина.

— Зачем вам это надо? Удовлетворить своё эго и спокойно уехать по своим делам? Вы поразвлекаетесь и исчезнете, а мальчик к вам привяжется. Он ещё совсем ребёнок! Большая просьба: уходите и больше не появляйтесь в нашей жизни!

— О, как категорично! Давай я сам буду решать, что и как мне делать! Ты была никем в моей жизни и таковой остаёшься. А мальчишка мне нравится. Я хочу, чтобы он хоть немного стал счастливее, чем ты сама.

Мужчина вышел из комнаты, хлопнув дверью, а я с усталостью села на кровать, не понимая, как мне дальше поступать. Ведь этот мужлан так просто не отвяжется от меня, пока будет здесь находиться.

Чуть позже я тоже вышла из комнаты и прошла на ресепшен к своей единственной подруге Женьке.

— Ты что-то натворила? — спросила меня подруга. — Александр Николаевич спрашивал, где ты живёшь. Прости, что я дала ему ориентиры.

— Он уже был у меня. Хозяин жизни, блин! Клинья к Лёше подбивает. А Лёшка ведётся. Я, конечно, понимаю, что ему нужен отец, но этот козёл ведь поиграет и свалит в свою привычную жизнь, а Лёшка потом будет его ждать. Я не хочу, чтобы брат привязывался к этому великовозрастному мужлану и потом страдал.

— «Корова и козёл», по-моему, замечательная парочка получается, — раздалось за спиной. — Только из коровы ты превратилась в красивую, но простую тёлочку!

— А вы как были козлом, так и останетесь им! — ответила я, по-прежнему глядя на Женьку, стоящую за стойкой ресепшена; у неё глаза были как пятаки — огромные от ужаса происходящего, она боялась, что сейчас мужчина сорвётся и перейдёт на рукоприкладство.

— Возможно. Мне это жить не мешает. А тебе с таким телом не стоит работать горничной.

— А кем? Проституткой? Эскортницей? Или может, возьмёте к себе в виде содержанки? — фыркнула я.

— А ты справишься с этой ролью? — не унимался он.

— Зубы обломаете об меня. Я вам не по зубам! — выпалила я.

— Если бы я не увидел, как ты живёшь, то мог бы подумать, что ты уже у кого-то на содержании. Чего ломаешься? — пожал плечами мужчина.

— Идите к чёрту, Александр Николаевич! — воскликнула я, едва сдерживая злость.

— Стервочка! — услышала в ответ.

— Козёл рогатый! — гаркнула я в ответ, не понимая тогда, что так оно и есть в его жизни, правда естественно в переносном смысле.

Мужчина вышел из отеля с довольной улыбкой после перепалки со мной. Женя всё так же ошарашено смотрела на меня, широко раскрыв рот.

— Рот закрой, Женька, — попросила я.

— Лина, а если он пожалуется начальству? — встревоженно спросила она.

— Не пожалуется. Ему я нужна лишь чтобы поиграть. Ты же сама слышала, как он со мной разговаривал, тем более ты была свидетелем ситуации.

— Всё равно надо предупредить папку. Может, он поговорит с ним, чтобы тот от тебя отстал.

— Не загружай своего отца моими проблемами, сам отвяжется. Посмотри, пожалуйста, насколько он у нас заселился?

Женя полистала журнал и вынесла вердикт: семь дней.

— Мне этого мужлана ещё целую неделю терпеть? Чтобы придумать и сделать что-то, чтобы он от нас с Лёшкой отстал? — воскликнула я.

— Я всё-таки поговорю с отцом, — настаивала Женя, — как бы ты ни отнекивалась. Постой за меня: я минут на пятнадцать к отцу, пока он никуда не срулил.

Алекс.

Чёрт, чёрт, чёрт! Какого хрена мне сносит крышу в присутствии этой девчонки? Почему я не могу держать язык за зубами? Я словно дерзкий подросток, нарвавшийся на такую же особь противоположного пола. И она ведь, зараза, огрызается под стать мне — и не боится моего гнева. И ведь меня она ни капли не злит. Даже тогда, два года назад, она не злила меня, а вот я её очень обидел, если она так кардинально изменила своё тело. И теперь такая, какая есть, — она мне безумно нравится, дико возбуждает.

Сейчас к ней не подступиться так просто, а тогда я смог довести её до слёз. Я слышал, как она рыдала в своей комнате, уйдя из моего номера однажды.

Интересно, кто тот козёл, от которого она родила? Вот бы найти его и покрутить за одно его причинное место, чтобы он стал помогать ребёнку.

— Алло? — ответил я в трубку телефона, звонок которого отвлёк меня от тревожных и возбуждающих мыслей.

— Алекс, ты в отеле? Можешь ко мне в кабинет пройти? — услышал я голос своего друга.

— Да, сейчас буду, Олег.

Я убрал телефон обратно в карман брюк, зашёл в холл отеля и увидел за стойкой ресепшена свою головную боль. Она вздёрнула аккуратный носик и дерзко посмотрела на меня, практически не моргая при этом. Как же я хочу сейчас загрести тебя в свои объятия и зацеловать до полусмерти! Но, увы, не могу себе этого позволить. Не могу! Ты, девочка, не должна в меня влюбиться. Потому что я злой, вредный и, самое главное, старый козёл, как ты сама меня называешь. А ты — ещё совсем ребёнок, который и так уже успел настрадаться в своей жизни.

Оторвав от неё взгляд, я вдруг понял, что падаю спиной вниз, поскользнувшись на только что вымытом полу. Оказавшись на кафеле, я лежал, пытаясь понять, что себе отшиб. Единственное, что болело, — это нога. Голову я, к счастью, успел удержать от удара об кафельный пол. Сев, я увидел, как ко мне подскочила Лина, сразу же стаскивая с моей раненой ноги ботинок и носок, задрав штанину брюк до колена. Она стала осторожно ощупывать ногу, словно что-то в ней ища.

— Ты чего делаешь? — спросил я.