Чтение онлайн

ручки пушистое создание не желало, несмотря на все мои старания. Я говорила самым добрым своим голосом, улыбалась,

старалась казаться безобидной, но Мелок помнил меня как тяжелую тетку, которая на него присела.

— Блага, Мелок. Я принесла тебя вкусный-вкусный корм. Вылезай.

— Обидела!

— Это было так давно, — сокрушенно вздохнула я. — Пора бы уже простить меня, да?

— Простить дурочку, — выдал Мелок и вылез из-под стола, но идти ко мне отказался - сам засеменил к спальне. Там, у

прикроватного столика, я нашла его тарелку - детскую, с цветочками, наложила туда корма и стала ждать. Понги устроился

на столике и быстро-быстро заработал ротиком. Он с таким аппетитом чавкал мясными кусочками, будто ел что-то

необычайно вкусное.

Пока зверек завтракал, я заправила кровать. На простынях не оказалось ни единого подозрительного пятнышка. Закончив с

кроватью, я еще разок окинула взглядом спальню. Три женщины не могли не оставить после себя чего-то…

— Горничная.

Черт! Как привыкнуть к тому, что альбинос передвигается бесшумно?

— Подготовь черный термокостюм. Он за фиолетовой панелью в гардеробной. И помассируй Мелку животик.

Я поглядела на чавкающего Мелка и решила первым делом подготовить костюм. Пройдя в гардеробную, я выбрала нужную

панель и нашла термокостюмы. Взяла черный, принесла владетелю.

— Ты его не подготовила.

— А как подготовить костюм, светлейший?

— Разгладь на ровной поверхности, активируй. Как нагреется, неси мне.

Я вернулась в спальню, разложила костюм на кровати, нашла активатор. Подержала ладошку над костюмом - надо же, и

правда теплеет. Удивительные все-таки технологии у центавриан.

Понги перестал чавкать и начал вылизываться.

— Хочешь, я помассирую тебе животик, Мелок?

Зверек соскочил со стола, подбежал к двери, толкнул ее, и оказался в гостиной. Я последовала за ним. Понги запрыгнул на

кресло, стоящее у окна, и уставился на меня, как на врага.

Я посмотрела на владетеля - центаврианин завтракал, и мои заботы его совершенно не интересовали. Придется самой

выкручиваться. Я подошла к креслу, вытянула руки вперед.

— Мелок, идем в спальню. Я помассирую тебе животик.

— Не отказывайся, Мелок, — вставил владетель. — Нечасто женщины предлагают что-то помассировать в спальне.

«Не краснеть!» — приказала я себе.

— Мелок, не будь врединой.

— Будь вре-ди-ной.

— Не будь врединой. Знаешь, что это значит? — вкрадчиво произнесла я и склонилась над понги. — Это значит - слушаться.

Идем на ручки, я тебя поглажу. Ты же такой красивый, Мелок, такой славный. Тебе не идет быть врединой.

Я протянула руку и получила по ней лапкой с выпущенными коготками. Без удивления посмотрела на три царапины,

наливающиеся кровью.

— Мелок вредный, — поругала я.

Зверек спрыгнул на пол. Перебежав к диванчику, он залез на плечо своего хозяина, заглянул в поднос, что-то заканючил

по-центавриански. Альбинос покачал головой:

— Нет, Мелок. Говори по-русски. Мы учим русское земное наречие.

Мелок пробурчал что-то недовольно.

— Не прикидывайся. Русское наречие учится куда легче наших.

Понги спрыгнул на колени мужчины и разлегся, подставляя животик. Центаврианин начал массировать ему пузико, и

маленькая вредина закатила глазки от удовольствия.

А мне стало досадно (так хотелось погладить понги!), и я вернулась в спальню. Подождала еще немного, и, когда костюм

нагрелся полностью, снова ткнула на активатор. Такой костюм на вид удобнее шубы, и тепло, наверное, сохраняет долго.

Я снова вернулась в гостиную.

— Костюм готов, светлейший.

Мужчина кивнул, оглаживая Мелка. Мой взгляд зацепился на том, как длинные пальцы центаврианина ласково скользят по

белой шерсти, и каким податливым, расслабленным кажется понги.

— Животные не любят нервных людей, — сказал владетель. — А еще злобных.

Центаврианин повернул ко мне бледное лицо, на котором разгорелись интересом красно-серые глаза. Эти глаза

отсканировали меня, точно идеальная проверяющая система, и альбинос спросил:

— Хочешь оспорить мое утверждение?

— Смею ли я возражать владетелю?

На губах владетеля появилась легкая улыбка.

— Что ты думаешь обо мне, горничная? Как о человеке?

— Я девка простая, думать не умею, — эту фразу я дополнила широкой и немного виноватой улыбкой. Обычно этого

хватало, чтобы от меня отвязались. Но альбинос, умник обесцвеченный, видел меня насквозь.

— Породу не скрыть, горничная, как не старайся. Я вижу, что ты такое. Так что прекращай игры в глупую девку и говори

прямо.

— Вы не злобный и не нервный, светлейший.

— Тогда какой же я?

Я помолчала немного. Что я могла узнать об альбиносе за вчерашний день? Он выглядит гораздо эмоциональнее других

центавриан, насмешничает и вроде бы наслаждается игрой во властного владетеля. Но в том и дело, что это лишь игра.

Ощущается он, как не-человек, как какое-то создание без чувств, желаний, эмоций. Видимо, в погоне за совершенством, за

властью, он потерял нечто ценное, то, что делает людей людьми.

— Вы бесстрастный, — проговорила я.

— Ну-ка, ну-ка, — центаврианин продолжал гладить Мелка, но движения его перестали быть ласковыми. Неужели его так

заинтересовал мой ответ? — Объясни, что значит «бесстрастный» в твоем понимании.

— Бесстрастный - без страсти. Мне кажется, вы ничего не делаете для себя, для души. У вас есть какая-то цель, но вряд ли

она связана с вашей мечтой или сокровенным желанием. Все, что вы делаете, вы делаете с расчетом, без эмоций. У вас нет

слабостей, простых человеческих слабостей. Поэтому вы достигли таких высот и стали неуязвимы, — закончила я.

Владетель обдумал мой ответ, и легонько столкнул с колен понги. Мелок недовольно блеснул глазками, но промолчал.

Центаврианин подошел ко мне, ощупывая взглядом лицо и ауру, считывая всю возможную информацию. В этот момент он