Горняки
Шрифт:
– Что?
– Невинно спросила она, поднимая на нее кристально-чистые, как у безгрешного младенца, красивые выразительные глаза.
– Кто-нибудь уцелел?
– Кому, как ни ей, было знать о взрывном темпераменте сестры.
– Вы ее послушайте!
– Деланно возмутилась женщина, всплеснув руками. Торопливо слизнув с кончика испачканного пальца обсыпку, она усмехнулась.
– За кого ты меня принимаешь?
– Фиа, ты, в отличие от меня, действительно не умеешь прощать, - она скептическим жестом изогнула брови, - поэтому прекращай ломать комедию и говори, что ты натворила.
– Дом, скорее всего, уже восстановили, - она передернула плечами, - не так сильно он и пострадал, всего пару комнат выгорело.
– А прислужница матери?
– Стелла ни на секунду не поверила в то, что Фиона оставила ее в покое после всего, что она ей рассказала.
– Что стало с ней?
– Да так, по мелочи, - она грациозно потянулась, расстегнула куртку и легким движением плеч стряхнула ее, - выживет...
– Ты что-то скрываешь от меня, - она подозрительно прищурилась. За наигранным безразличием сестры действительно таилась какая-то недоговоренность.
– Знаешь, я дождалась Людмилу, - она поиграла бровями и призналась, - очень хотелось посмотреть ей в глаза...Не для того, чтобы отыскать там сожаление или раскаяние. Нет. Я прекрасно понимаю, зачем и для чего она все это сделала. Она специально рассорила и разлучила всех нас, чтобы мы не общались, почувствовали себя никому не нужными и брошенными, и приползли к ней обратно на коленях с мольбами о прощении. Возможно, это я и могла принять, потому что прекрасно знаю, что собой представляет женщина, подарившая нам жизнь. В принципе, после того, как я застала ее в постели со своим женихом,- она на мгновение задумалась, нахмурилась и поправила саму себя, - вернее, его в ее кровати, ведь все это происходило в нашем доме, ничего хорошего я от нее не ждала...
– Погоди!
– Стелла вскочила, оперлась ладонями в стол и подалась вперед. Поймав взгляд сестры, которая с насмешливым выражением смотрела на нее, она тихо спросила.
– Она сделала что?
– Переспала с моим женихом, - Фиона равнодушно отмахнулась, - спасибо ей за это огромное! Она сделала мне огромное одолжение, показав его истинное лицо до того, как я связала себя по рукам и ногам священными узами брака, обещающего быть отвратительным, мучительным и несчастным, - она проказливо улыбнулась, - правда, в тот момент я так не считала, хотя она и уверяла меня, что действовала из лучших побуждений. Но не в этом суть...
– Наша мать соблазнила твоего будущего мужа?
– Тупо переспросила Стелла, медленно и безвольно стекая обратно в кресло. Сознание отказывалось воспринимать сказанное, решительно противясь правде.
– Да. Ты же знаешь, я периодически снимала браслет, пытаясь разобраться со своим даром и обуздать его. В тот день я решила поэкспериментировать, сняла его и пошла гулять в парк, чтобы выяснить, надолго ли меня хватит. Естественно, когда я едва живой приплелась домой, то начисто о нем забыла. И уловила отголоски мыслей людей, которые были в комнате до меня. Так я и узнала правду. Забудь об этом, - посоветовала Фиона, - с Дином она не решилась бы провернуть подобное, она его остерегалась и откровенно побаивалась. Я пришла в ярость не из-за ее поступка, совершенного в прошлом. Просто все эти пять лет меня неотступно преследовала фраза, сказанная Агнией. Как я теперь понимаю, может, это вовсе и не она была тогда... Наша младшая сестренка, тяжело переживающая случившееся с тобой, как-то не выдержала и со слезами на глазах обвинила меня в том, что я ничем не помогла тебе. Она так и сказала: " - Какой из тебя эмпат, если ты не смогла помешать Стелле сойти с ума от горя?". Ее упрек изводил меня, не давал мне покоя... А потом оказалось, что все эти годы ты жила вдали от столицы, уехав из города после скандала с матерью и сомнительной истории с неудавшимся убийством какого-то мага, а Агния проходила обучение у лекаря, не зная ничего о моих приездах, ведь Людмила всегда заблаговременно выставляла ее из дома, чтобы мы не встретились. Признаться честно, я сильно разозлилась, да что там, пришла в бешенство...
– Что ты с ней сделала?
– В глубине души она даже пожалела мать, разыгравшую весь этот безумный спектакль, потому что прекрасно понимала, Фиона никогда бы не простила такого.
– Блокировала ее силу, - просто и обыденно, словно они говорили о чем-то несущественном, ответила женщина.
– Как?
– Стелла снова вскочила, ошарашено глядя на нее. Мать заслуженно считали могущественной и опытной ведьмой!
– Можно сказать, она пожинает теперь плоды своих трудов. Ведь именно благодаря ее стараниям я стала не только сильным эмпатом, но еще и невероятно талантливым телепатом!
– Она подняла вверх указательный палец, подчеркивая важность сказанного.
– Заметь, так считаю не я!
– Это не ответ!
– Убить ту, что произвела меня на свет, я все-таки не смогла, рука не поднялась. Да и не заслуживает она смерти. Поэтому я внушила ей страх перед собственной силой. Теперь ее мутит и колотит при одной мысли о том, что придется прибегать к магии. Она панически, до ужаса, до замирания сердца, до мучительной тошноты, дикой головной боли и сильного головокружения боится ее. Возможно, ты сочтешь мой поступок жестоким, но я не обладаю твоей сердечностью и не умею прощать. Я ведь была в ее голове, чувствовала все эмоции, испытываемые ею в тот момент... Она не жалела ни о чем, не раскаивалась, не чувствовала за собой никакой вины. Она даже не пыталась прикрывать свой эгоизм лживыми оправданиями, что делает все это для нашего блага. Когда я уходила, она в ярости начала крушить мебель в кабинете...
– То есть, ты сказала, что сделала с ней?
– Это не входило в мои планы, - Фиона как-то странно улыбнулась, - хотела сделать сюрприз! Она сама узнала. Я уже стояла в дверях, когда она выкрикнула мне в спину заклятье, далеко не безобидное... Ее скрутило так, что я едва сдержалась от желания погладить себя по голове. Я такая умница!
– Фиа!
– Надо было видеть ее лицо, когда до нее дошло, что именно я с ней сделала. С одной стороны, так даже лучше - умом она будет понимать, что с ней происходит, но изменить ничего не сможет.
– Мать найдет эмпатов, и они снимут твой блок! Не хочу даже представлять, как она поведет себя, когда вся эта история закончится!
– Могу подарить ей кроличью лапу на удачу, - Фиона отпила глоток уже остывшего какао, мурлыкнула от удовольствия и довольно облизалась, - ммм, вкуснятина!
– У меня мурашки от твоего взгляда, - нехотя призналась Стелла, зябко передернув плечами, - ты ведь знаешь, что это надолго, так?
– О да!
– И ей не смогут помочь?
– Нет...
– Она состроила скромное выражение и мило улыбнулась с видом примерной девочки.
– Я старалась! Людмила ведь всегда мечтала о том, чтобы я смирилась со своей участью, приняла дар, данный мне богами, и научилась извлекать пользу из своих способностей! Все случилось именно так, как она хотела!
– Не могу ничего с собой поделать, но то, как легко ты называешь мать по имени, режет мне слух.
– Больше ее я своей матерью не считаю, - тон Фионы остался ровным, а приятный бархатистый голос, обманчиво мягкий и обволакивающий (вот только ей прекрасно было известно, что в нем могла в любой момент зазвенеть сталь!) не дрогнул. Только в изумрудно-зеленых, завораживающих глазах появилось холодное отчужденное выражение. Стелла даже представлять не хотела, каково ей пришлось - возвращаться раз за разом домой, хотя для нее это было настоящей пыткой в связи с неприятными тяжелыми воспоминаниями, выбиваться из сил, стараясь излечить сестру от безумия, обращаться к своим способностям, которые она ненавидела всем сердцем. А зачем узнать, что делала она все это только из-за прихоти собственной матери, решившей таким безумным и ненормальным способом вернуть непослушных детей под свое крыло.
– Простить и забыть можно многое, но у всего есть предел. Людмила его переступила, когда рассорила нас и развела по разным сторонам. Немного поразмыслив, я обратилась к знакомым магам из столичной крепости и попросила их отыскать отца. Какое-то неосознанное чувство подсказывает мне, что она и с ним сыграла в такую же игру, как с нами.
– Я, если честно, уже ничему не удивлюсь. Если она не погнушалась использовать наши слабости против нас, чтобы добиться своего, то вполне могла и с ним поступить также. Мне, она, выходит, подсунула кого-то из своих ведьм в твоем обличии. А они постарались на славу, делая все возможное, чтобы я обиделась на тебя, поверила, что ты переметнулась на сторону матери и перестала с тобой общаться. Умно, ничего не скажешь... Я ведь так рассчитывала на твою поддержку и помощь. Ты была единственным человеком, с которым я могла просто поговорить... Мать не остановило даже то, что я похоронила мужа и дочь.