Чтение онлайн

– Нервничаешь?

Виталий позволял себе какой-то слишком уж покровительственный тон.

– Почему вы думаете, что я нервничаю?

Вероника подняла глаза, но тут же снова опустила их, словно не выдержала взгляд Виталия. Он, должно быть, отметил «один-ноль» в свою пользу.

– У тебя нервные пальчики. Им постоянно нужно что-нибудь теребить.

Виталий рассмеялся и, наконец, отвёл глаза.

– Так что, моя жена? Что она успела тебе наговорить? Чем шокировала?

Он кашлянул и снова оглядел Веронику.

– Пожалуй, я вызову такси, – произнесла она неожиданно для себя, – У вас просто чудесно, но мне пора домой. Я вас поздравила, свой долг выполнила. Последние полгода я катастрофически не высыпаюсь.

Виталий давил на неё. Первое неприятное впечатление усилилось. Возможно, остался осадок от того, как её встретили здесь. А, может, просто раздражало поведение Виталия. С одной стороны ей хотелось хоть немного поставить его на место. Но с другой, она не привыкла перечить людям сильно старше по возрасту. Это было своего рода «табу».

– Увидела, что мой сын ушёл, и сразу потеряла ко всему интерес? – воскликнул вдруг Виталий, – Неужели и тебе он успел заморочить голову? Ну и скорость! А я-то думал, ты – птица большого полёта!

Это было настолько в точку, что Веронику передёрнуло. Всё же она терпеливо положила сумочку на колени и немного помолчала. Не хотелось отвечать сгоряча, поддавшись первому порыву.

– Вообще-то мы с вашим сыном обменялись всего парой фраз. Это и знакомством-то назвать нельзя. Мне не совсем понятно, зачем вы так торопитесь испортить мне впечатление?

Виталий посерьёзнел и потёр подбородок.

– Впечатление? Не знаю, что и сказать тебе…Он похож на хамелеона. Он будет менять цвет в зависимости от твоего характера и настроения. Он будет таким, каким ты захочешь его видеть. Таким, каким представишь его себе. Ты не заметила? А он к тебе уже присматривается и оценивает. Он просто повернётся к тебе нужной гранью. Ты не даже не почувствуешь, как попалась на крючок.

– А, может, я мечтаю попасться?

В Веронике проснулся необъяснимый азарт, но Виталий оставил её слова без внимания.

– Ты удивишься, но я всю жизнь мечтал о дочери. Наверное, необычно слышать такое от мужчины, но с девочкой проще. Если бы у меня была дочь, я бы баловал её, как принцессу. Не важно, пусть бы она выросла избалованной. Я бы оберегал её до самого своего последнего дня. А я, знаешь ли, собираюсь жить очень долго. С сыном всё по-другому. В него вкладываешь все силы, надеясь, что он станет лучше тебя самого, что на него можно будет положиться во всём, можно будет доверять, как самому себе, гордиться, наконец. С ним невольно связываешь какие-то определённые надежды. Мечтаешь передать своё дело, надеешься, что он станет достойным продолжателем, а ты спокойно с чистой совестью уйдёшь на покой.

Последовала эффектная пауза.

– Я заведусь, если начну говорить на эту тему. Не хочу забивать тебе голову. Я не скрываю и не пускаю пыль в глаза: мы не ладим с сыном. Ты знаешь, я вдруг недавно понял: ему скоро тридцать лет! Тридцать! Полжизни за плечами! А единственный смысл жизни этого человека – делать всё наперекор мне. Мне надоело притворяться, иногда мне кажется, убил бы его собственными руками. Его самодовольная физиономия для меня как «красная тряпка». Он же считает себя умнее и хитрее всех на свете, а что в голове? Ветер! Есть какие-то цели? Нет. Терплю его рядом только из-за жены. Знаешь, Вероника, я всего в жизни добился сам. В тридцать лет я…

Виталий вдруг осёкся. Немного, помолчав, он махнул рукой.

– Нет, не буду переходить на повествование о собственных подвигах. Держись от него подальше – вот мой тебе единственный совет. Совет человека, прожившего жизнь, если хочешь. Поверь мне, от него никогда не знаешь, чего ждать. Вот уж не думал, что он привлечёт твоё внимание. Впрочем, никогда не сомневался, что один талант у него всё же есть – и это как раз морочить людям головы. И этим он владеет в совершенстве, будь уверена.

Вероника давно не слышала столь высокопарной чуши. Передохнув, она решительно поднялась.

– Я всё-таки пойду. Моё такси приехало. Спасибо за приятный вечер.

Виталий поднялся вслед за ней.

– Ну, что ж. Надеюсь, ещё увидимся. Если ты так спешишь, я провожу тебя.

– Нет, нет! Не стоит. Занимайтесь своими гостями, – поспешно затараторила Вероника, – И ещё раз – мои поздравления.

Пожав Виталию руку, она кинулась к выходу.

Уже на улице она поняла, что забыла попрощаться с Ариной Сергеевной. Получилось некрасиво, но не возвращаться же было.

Вероника сунула в рот мятную жвачку и села в такси, зачем-то по привычке обрисовывая максимально безопасный маршрут до дома.

6.

Следующий день начался сумбурно. Вероника ни на чём не могла сосредоточиться. Всё валилось у неё из рук, за что бы она ни бралась, пытаясь убить время до начала занятий. Мысли разбегались. Ей так и не удалось направить их в нужное русло. В результате она вынуждена была признаться самой себе, что о чём бы ни пыталась думать, постоянно возвращается к мыслям о Диме. Плохо это было или хорошо – не имело значения. Это было так, и всё остальное оттеснилось на задний план. Начинался долгожданный первый рабочий день. Злая шутка!

Из всего потока информации о Диме Вероника зацепилась почему-то за одно – ему около тридцати лет. Она ни разу не задумалась, что это меняет, но была обрадована, что они примерно ровесники. Ей казалось, что он моложе. Он не тянул на тридцать. Хотя и ей её лет никто не давал. Иногда даже злило, что важные дамы-педагоги считают её девчонкой. Возможно, она почти не пользовалась косметикой и редко подкрашивала волосы. А, может, делала своё дело её совершенно детская способность постоянно ждать от жизни чудес и приключений. Она заглядывала в новый день с неугасающим интересом и оптимизмом ребёнка, что словно заморозило неподдельную живую юность её лица. Веронике уже давно хотелось, чтобы её уважали и воспринимали, как серьёзного человека. В это утро она подумала, что не так уж плохо выглядеть вечной девушкой без возраста.

Интерес к Диме был разожжён до предела. Но примечательным было то, что после стольких неоднозначных суждений он ухитрился остаться в её сознании чистым листом. Она так и не смогла составить о нём собственное мнение.

После кое-как приготовленного завтрака Вероника огромным усилием воли заставила себя прочистить мозги. Она знала, что если сразу не войти в ритм, можно на любом начинании поставить крест. Она убедила себя, что это проверка на крепость, испытание, искушение. Что угодно, лишь бы сбить её с намеченного пути. Не выйдет, она слишком долго сражалась за стабильность.