Чтение онлайн

шумом музыки.

– Это действительно можно назвать настоящим балаганом, – громко сказала Дымка.

Она говорила ещё что-то, но я почти не слышала её. Потом она вообще растворилась в толпе.

Я решила взглянуть на пьесу, которая шла на сцене балагана, но, приблизившись и услышав

несколько реплик актёров, подумала, что это была плохая идея. Там происходило настоящее

безумие.

– Он убил меня! Убил этим деревянным мечом! Я умираю! – корчился на полу какой-то

мужчина в жёлтой маске, прижимая руку к невидимой ране. – Как только закроются кулисы,

я больше никогда не увижу своей прекрасной Лучинды. А она так хороша, и по-настоящему

любит меня, и это несмотря на то, что вся она из картона. О где ты, моя воздушная любовь?

Неужели тебя унёс ветер?

Мне надоел весь этот гам, и я спустилась к самой реке: там было спокойнее, хотя людей по-

прежнему было не мало. Смеркалось. Прислонившись к берёзе, я долго наблюдала за тем,

как с неё, трепеща каждой прожилкой, срываются и падают тонкие вечерние листья, плавно

ложась на воду. Одни были подобны заплутавшим кораблям, севшим на мель, другие,

которых несло теченье, на выживших в кораблекрушенье, борющихся со стихией и полных

надежд, не желающих верить в то, что они все вскоре утонут в холодных водах.

– В том шатре гадают! – услышала я голос Дымки.

Я обернулась, чтобы увидеть, куда она указывает. Недалеко от меня, чуть выше реки, стоял

небольшой тёмный шатёр, вокруг него столпилась приличная очередь.

– И что тебе предсказали? – спросила я, подойдя к ней.

Её глаза радостно блестели.

– Судьбоносную встречу с таинственным незнакомцем, – сказала Дымка, немного

смутившись. – Тебе непременно нужно сходить туда.

Я не успела ответить ей – перед нами неожиданно возник Мир. На нём было чёрное длинное

пальто с металлическими застёжками и знакомые мне тёмные очки.

– Милые дамы, прошу прощения, что вмешиваюсь, но я бы не советовал вам ходить к этим

шарлатанам: всё, что они умеют – это искусно лгать и опустошать карманы, – произнёс он

заботливым тоном. – Только избранным дано обладать настоящей магией.

Не знаю, зачем он подошёл к нам, но мне была нужна эта встреча, поскольку у меня

накопилось к нему несколько важных вопросов, но для этого надо было постараться

избавиться от Дымки, которая раскраснелась и глупо заулыбалась Миру, явно поверив в своё

предсказание.

– Например, вам? – спросила я, стараясь направить разговор в нужное русло.

– Возможно, – ответил он, заманчиво улыбнувшись. – Хотите проверить?

Хорошо, что на меня не действует их обманчивое обаяние; хотя, думаю, в этом нельзя быть

полностью уверенной. Я ещё не так много знаю о вампирах, несмотря на то, что в последнее

время мне приходилось с ними часто встречаться.

– Я бы не возражала, только такие вещи должны оставаться в тайне. Мы не могли бы

уединиться?

– Разумеется, – согласился он.

Я повернулась к Дымке, и встретилась с её гневным взглядом. Она обиделась на меня,

вероятно, решив, что я нагло флиртую с её судьбоносным мужчиной. Я сказала ей, что

отойду ненадолго, но она сама удалилась, пробормотав, что не хочет мешать нам. Наконец,

можно было покончить с этим спектаклем.

– Расскажите мне, как вы связаны с моим другом? Вы сказали, что помогли мне по его

просьбе, но почему? Что вы знаете о нём?

Мир сделал задумчивый вид, словно решая, ответить мне или нет. Потом он произнёс:

– Сомневаюсь, что вам понравится то, что я скажу. Но если вам, в самом деле, хочется

послушать, то давайте пройдёмся, посмотрим на людей, подыщем мне кого-нибудь

вкусненького...

Он двинулся вперёд по направлению к шатру, и я молча последовала за ним. Пока я не

получила ответ мне нужно было терпеть его общество. Думаю, Мир это отлично понимал,

поэтому не спешил говорить о Саше, тянул время, чтобы немного испытать меня –

своеобразная месть за мою открытую неприязнь к вампирам.

– Как вам этот прелестный юноша? – спросил он, оглядываясь на случайного встречного. –

Хотя, кажется, эта яркая особа в коротком платье куда аппетитней…

– Может, хватит об этом? – наконец, не выдержала я.

Он лишь ухмыльнулся в ответ. Мы приблизились к шатру и, заняв очередь (я даже не стала

спрашивать, зачем ему это), отошли чуть в сторону. Слева от шатра находился кукольный

театр – перчаточные куклы выглядывали из-за ширмы, смеялись, пели какие-то весёлые

песни, обращались к зрителям. Я подумала о том, что уже видела их в кукольном магазине

этого города, но не была в этом уверена.

– Этой способностью обладают только самые древние вампиры, – начал Мир полушёпотом.

– Мы можем проникать к людям в сознание, как бы далеко они не находились. Однако для

этого нужно их согласие, они сами должны призвать нас, впустить нас в свои сны. Мы

исполняем их желания, а взамен пьём их жизненную силу. Твой друг недавно связался со

мной, твердил, что ты в опасности и просил помочь. Я больше ничего не знаю о нём, кроме

того, что его мучают душевные страдания.

– Из-за того, что вы забрали у него жизненную силу? – я с ненавистью посмотрела на

вампира.

То, что он сказал, не совсем укладывалось в моей голове, но он мучил моего друга – этого

было вполне достаточно, чтобы взглянуть на него как на чудовище, кем он в принципе и

являлся. Он нёс зло, в котором не было никакой примеси искусственности, как мне казалось

до этого. Он был реален, и то, что он творил было тоже реально.

– Это любовные страдания, – спокойно ответил Мир. – Его просто угораздило влюбиться не

в ту девушку.

Я почувствовала укол совести и замолкла, погрузившись в унылые мысли. Потом до уха