Чтение онлайн

Клэри направилась вниз к самой крупной из белых палаток — DJ помост был создан специально для Бэта, а некоторые из стаи и другие гости были заняты тем, что создавали место для танцев. Столы были покрыты длинными белыми скатертями и украшены старинным фарфором, который Люк доставал, на протяжении лет, на блошиных рынках в маленьких городах, вокруг фермы.

Ничего из этого не соответствовало, а стаканы, на самом деле, были старыми банками из под варенья, а по центру стола стояли подобранные синие астры и клевер, плавающее в керамических мисках, а Клэри думала, что это была самая красивая свадьба, которую она только видела.

На длинном столе стояли бокалы с шампанским; Джейс стоял возле него, а когда увидел ее, поднял свой бокал и подмигнул. Он выглядел растрепанным: помятый пиджак, растрепанные волосы и полное отсутствие галстука. Его кожа все еще была золотой после лета и он был так красив, что ее сердце болело, когда она смотрела на него.

Он стоял с Изабель и Алеком — Изабель выглядела ошеломляюще с ее распущенными волосами, завязанными в, едва заметный, свободный узел. Клэри знала, что она никогда не будет в состоянии воссоздать такого рода элегантность, даже за миллионы лет, но ей было все равно. Изабель была Изабель, и Клэри была благодарна, что она существовала, делая мир ожесточеннее, каждой из ее улыбок. Изабель присвистнула, стреляя глазами через палатки.

— Посмотрите на это.

Клэри посмотрела, затем присмотрелась внимательнее. Она увидела девушку лет девятнадцати, с распущенными коричневыми волосами и милым лицом. На ней было зеленое платье, немного старомодное, а на шее — нефритовое ожерелье. Клэри видела ее раньше, в Аликанте, разговаривающей с Магнусом на вечеринке Конклава на Площади Ангела.

Она держалась за руку очень знакомого, очень привлекательного парня со спутанными черными волосами. Он смотрелся стройным и элегантным в черном костюме и белой рубашке, которая оттеняла его высокие скулы. Когда Клэри посмотрела на них, он наклонился и что-то прошептал ей на ухо, и она улыбнулась, а лицо ее засияло.

— Брат Захария, — произнесла Изабель. — Мистер Декабрь и Январь в календаре «Горячие Безмолвные Братья». Что он здесь делает?

— Существует Календарь Горячих Безмолвных Братьев? — спросил Алек, — Он продается?

— Брось это, — Изабель ткнула его локтем.

— Магнус будет с минуты на минуту.

— Где Магнус? — спросила Клэри.

Изабель спрятала улыбку в бокале с шампанским.

— Он выполняет поручение.

Клэри обернулась к Захарии и девушке, но они уже растворились в толпе. Она хотела бы, чтобы они не исчезали — было что-то в этой девушке, что завораживало ее, но моментом позже руки Джейса оплели ее запястье, и он отложил свой стакан.

— Пойдем, потанцуй со мной, — сказал он.

Клэри посмотрела на сцену. Бат занял место за пультом диджея, но музыка еще не играла. Кто-то поставил пианино в угол, и Катарина Лосс, сияя своей голубой кожей, позвякивала клавишами.

— Но здесь нет музыки, — сказала она.

Джейс улыбнулся:

— Она нам и не нужна.

— Ииии это был намек нам уйти, — сказала Изабель, взяв Алека за локоть и потянув его в толпу. Джейс усмехнулся.

— Сентиментальность вызывает у Изабель сыпь, — сказала Клэри. — Ну, серьезно, мы не можем танцевать без музыки. Все будут на нас пялиться.

— Тогда пошли туда, где они не смогут видеть нас, — сказал Джейс, уводя ее от палатки. Джослин называла это «синим часом», все утопало в сумерках: белая палатка, похожая на звезду, мягкая трава, клинки, отливающие серебром.

Джейс притянул ее к себе, обняв за талию и целуя в шею.

— Мы можем пойти в дом, — предложил он. — Там есть спальни.

Она обернулась к нему и ткнула его пальцем в грудь. — Это свадьба моей матери. Мы не станем заниматься сексом. Ни за что.

— Но я обожаю заниматься сексом «ни за что».

— Дом полон вампиров, — весело сказала она, — Они были приглашены и приехали прошлой ночью. Они будут ждать там до захода солнца.

— Люк пригласил вампиров?

— Майя пригласила. Жест примирения. Они пытаются все наладить.

— Конечно же вампиры с уважением отнесутся к нашему праву на личную жизнь.

— Конечно нет, — сказала Клэри и увела его с тропы к фермерскому дому, в рощу деревьев. Там можно было скрыться в тени, земля была вся в корнях, горы мяты, которые были усыпаны белыми цветами-звездочками, росли вокруг стволов.

Она облокотилась на ствол дерева, прижимая Джейса к себе, так что он прильнул к ней, его руки были на ее плечах, и она оказалась зажата между его рук, будто в клетке. Она прошлась руками по мягкой ткани его пиджака.

— Я люблю тебя, — сказала она.

Он посмотрел на не.

— Я думаю, что знаю, что Мадам Доротея имела ввиду, — сказал он, — когда сказала, что я влюблюсь не в того человека.

Глаза Клэри расширились. Ей стало интересно, не собирается ли он порвать с ней. И если да, то у нее будет парочка слов, что сказать Джейсу по поводу того, какое он выбрал для этого время — после того, как она утопит его в озере.

Он глубоко вздохнул.

— Ты заставила меня кое о чем задуматься. — сказал он, — Все время, каждый день во мне воспитывали веру в то, что я должен быть совершенным. Идеальный воин, идеальный сын. Даже когда я пришел, чтобы жить с Лайтвудами, я думал, что должен быть совершенным, потому что в противном случае они отправят меня подальше.

Я не думаю, что любовь пришла с прощением. А потом появилась ты, и разрушила вдребезги все, во что я верил, и я начал видеть все по-другому. У тебя было так много любви и так много прощения, и столько веры. И тогда я начал думать, что, возможно, я и заслуживаю эту веру.

Что мне не нужно быть совершенным. Я должен был попробовать, и этого оказалось вполне достаточно.

Он опустил веки, и она могла видеть слабый пульс у виска, могла почувствовать, как он напряжен.

— Поэтому я думаю, что ты — не тот человек для Джейса, которым я был, но не для Джейса, который сейчас перед тобой, Джейса, которым ты помогла мне стать. И который, кстати, нравится мне куда больше, чем прежний.

Ты изменила меня в лучшую сторону, и даже если ты уйдешь от меня, я останусь таким.

Он замолчал.

— Не то, что ты должна уйти от меня, — торопливо добавил он, и прислонился головой к ее так, что их лбы коснулись друг друга.

— Скажи что-нибудь, Клэри.

Руки Джейса лежали на ее плечах, теплые от ее прохладной кожи и она чувствовала, как они дрожат. Его глаза были золотыми даже в синеве сумерек. Она вспомнила, что когда-то они показались ей жесткими, далекими, даже пугающими… Это было до того, как она смогла осознать, что то, что она увидела, было прямым отражением семнадцати лет самозащиты. Семнадцать лет защиты своего сердца.