Чтение онлайн

Отряды нумидийской конницы, кружившие по всей равнине, были видны как на ладони. Над укрытыми в оливковых рощах далекими селениями Убад, Марашон, Тубурбо поднимались тяжелые, серые клубы дыма. Через мгновение дым начал клубиться и над садами зажиточного селения Мушале, что лежало у дороги на Тунес.

— Вождь! — кричал всадник, едва переводя дух. — Римляне внезапно выступили из своего лагеря! Тунес сдался! Они идут на нас по всей ширине полуострова. Впереди конница Гулуссы.

— Вижу!

— Я сражался, пока мог, вождь! Потерял двадцать человек!

— Не нужно было сражаться. Ты должен был лишь предупредить нас о приближении римлян. А между тем беженцы из Тунеса опередили тебя! Отведи теперь своих людей на отдых!

— На отдых? Вождь, наверняка будет штурм! — вспылил оскорбленный, вечно ревностный и пылкий Магарбал.

— Ты должен отдыхать! От измотанных людей при отражении штурма нет проку. К тому же… к тому же штурма не будет! Такой город, как Карт Хадашт, не штурмуют без долгой подготовки!

Казалось, однако, что Гасдрубал ошибался. Колонны римлян надвигались по всем дорогам, а по тракту в Утику вели тяжелые машины. Задачи у римлян, должно быть, были четко распределены, ибо без всякого промедления они расставлялись напротив стен и подкатывали подвижные укрытия, из-за которых римские лучники принялись работать быстро и слаженно. Карфагеняне начали отвечать, поначалу прячась за бойницами, но вскоре, увлеченные пылом, стали высовываться, открываться, лишь бы лучше прицелиться.

Гасдрубал, наблюдая за планомерными действиями римлян, спешно перекрывавших доступ ко всем трем воротам, гневно приказывал Герастарту, командовавшему на главных стенах:

— Разошли гонцов с моим приказом: не высовываться! Щадить стрелы! Ждать!

— Это как-то слишком открыто, слишком внезапно! — Кадмос подозрительно разглядывал передвижения римских отрядов. — Не хотят ли они отвлечь наше внимание?

— От чего? — пренебрежительно прервал его Гасдрубал. — Они не могут подойти с другой стороны! Скорее, хотят нас просто напугать!

— Где рошеш шалишим Гасдрубал? — какой-то женский голос спрашивал над стенами поспешно, почти отчаянно. — Скорее! Где Гасдрубал?

— Кериза! — изумленно воскликнул Кадмос, когда девушка взбежала по широкой лестнице, предназначенной для подъема на стены котлов с кипящей водой, смолой или маслом, необходимых для отражения штурма. Но она не обратила на него никакого внимания, подбежав прямо к Гасдрубалу.

— Вождь! — задыхалась она от спешки и волнения. — Меня послал Эонос! Из-за мыса Камарт выходит римский флот! Несколько десятков галер!

— Ты был прав, Кадмос! — вождь понял замысел римлян и снова почти с восхищением подумал о молодом человеке. «Ведь он не воин по призванию, а как точно предвидел ход врага». — Здесь это лишь отвлечение нашего внимания! Удар будет нанесен по порту! Какое счастье, что там почти все машины уже снабжены канатами! Ты ее знаешь? — спросил он с улыбкой, указывая на девушку. Он заметил, что тот выкрикнул имя прекрасной посланницы, едва она появилась на площадке башни.

— Это моя будущая жена, вождь!

— О? Превосходно! Хм, в порту нужно усилить гарнизон. На всякий случай, если какой-нибудь галере удастся прорвать цепь! Возьми свой лох, веди в порт и крепко займи побережье.

— Займу побережье! Ни одна римская свинья не ступит туда копытом!

Тяжелый снаряд рассек воздух и с треском ударился о камень. За ним тут же второй, третий.

— Ага, подвели уже катапульты, — спокойно констатировал Гасдрубал. Он взглянул на девушку и с удивлением заметил, что на ее лице было скорее любопытство, чем страх.

— Не боишься? — невольно спросил он и быстро добавил: — Это похвально. Ну, Кадмос, забирай свою девушку и мчись в порт. А там спрячь ее где-нибудь в укрытии, потому что может быть жарко!

Страшный стон, переходящий в вой и донесшийся с более низкого участка стен, подтвердил, что римские снаряды начинают попадать в цель. Гасдрубал спокойно двинулся в ту сторону, чтобы своим присутствием ободрить еще не закаленных в боях людей.

— Плывут медленно, осторожно, словно боятся какой-то уловки! Так говорил Эонос. Он готов их встретить! — говорила Кериза, спеша рядом с Кадмосом во главе твердо, ровно марширующего отряда. Гасдрубал был прав, говоря, что это будет отборная мора. Отряд состоял из обученных и полных рвения воинов, так что Кадмос был уверен, что в открытом бою он справился бы и с целым римским легионом. Люди, в основном италики, бежавшие из римских рядов в первой битве, сохранили римские доспехи, лишь шлемы у всех уже были пунийские, низкие, без султанов. Они шли великолепно, ровным шагом, твердой поступью уверенных в себе победителей, пробуждая эхо в узких улочках и трепет в женских сердцах.

Кериза раз и другой оглянулась на колонну. Ведущий первый лох Идибаал улыбнулся ей.

— Эй, Кериза, твои торжественные одежды мешают тебе шагать! — весело рассмеялся он.

«Торжественные одежды» были обычной хламидой из грубой ткани, только длинной, до самых пят. Без колебаний Кериза подобрала ее выше колен и шагнула в ногу с воинами.

— Ты прав! Так лучше!

— И нам приятнее! — выкрикнул кто-то из солдат. Большинство из них уже неплохо понимало и говорило по-пунийски. Кадмос сделал вид, что не слышит, но гневно взглянул на ноги Керизы и ускорил шаг.

Он расставил свои отряды у входа в порт и в местах, где была возможна высадка, а сам поспешил на мощный выступ стен, откуда было лучше всего видно и где стояли самые тяжелые боевые машины. Именно в тот миг, когда они с Керизой взбегали наверх, Мальк, запыхавшийся, но радостный, докладывал Эоносу:

— Готово! Новые канаты натянуты. «Милькат» может начинать!

— Так наши люди назвали этот огромный онагр! Может, в этом канате, что метнет сейчас снаряд, есть и твои волосы, Кериза! — смеялся Эонос.

— Ты командуешь? — поспешно спросил Кадмос.

— Я. Антарикоса несколько дней назад придавило бревном, он харкает кровью и не может двигаться. А мои корабли еще совсем ни к чему не годны, так что Гасдрубал поручил мне командование на стенах, от порта до Мегары.

— Я привел тебе своих людей на подмогу. Занял вход в порт и само побережье.

— Спасибо, но думаю, в этом не будет нужды. Они не пройдут! Кажется, они ничего не знают о наших канатах, не ожидают засады!

Он хищно рассмеялся, потом посерьезнел и оглянулся на ближайшие машины. Повсюду уже были заложены снаряды, натянуты канаты. Над позициями легких катапульт уже вились дымки — это разожгли жаровни со смолой, чтобы окунать в нее перед выстрелом фаларики, снаряды с комьями горючей смолы.

— Лишь бы наши выдержали! Лишь бы не выдали себя раньше времени! Я отдал строгий приказ, но ведь это не солдаты! Могут не выдержать! А нужно подпустить этот флот как можно ближе! Чтобы каждый наш снаряд бил в цель! Чтобы никто из них не смог отойти!

— О, Мелькарт, даруй нашим выдержку!

— Еще есть время. Смотри, как медленно они подходят.

— Ветер у них восточный, он сносит их на мели. Потому так осторожно и маневрируют. Это почти безумие — атаковать при таком неблагоприятном ветре!