Чтение онлайн

– Что? Они должны уединиться. Это интимный момент.

– Я думаю, ты должен позволить мне умереть, – сказал Саймон.

– Заткнись, – сказал Алек, и толкнул его к стене пещеры. Он задумчиво посмотрел на Саймона. – Это обязательно должна быть моя шея?

– Нет, – ответил Саймон, чувствуя себя как в очень странном сне. – Запястья тоже подходят.

Алек начал закатывать рукав свитера. Его рука была бледной и чистой, за исключением нарисованных рун, и Саймон мог видеть вены под его кожей. Несмотря на борьбу с собой, он почувствовал острый голод, напоминающий ему об истощении: он чувствовал запах крови, мягкой и соленой, наполненной запахом дневного света. Крови сумеречного охотника, как и у Иззи. Он провел языком по верхним зубам и лишь на мгновение удивился остроте его клыков.

– Я просто хочу, чтобы ты знал, – сказал Алек, когда вытянул вперед запястье, – я понимаю, что для вас, вампиров, кормление иногда включает сексуальное удовлетворение.

Глаза Саймона расширились.

– Наверно моя сестра сказала мне больше, чем я хотел бы знать, – признался Алек. – Во всяком случае, просто разъясним, что ты мне ни капельки не нравишься.

– Точно, – сказал Саймон, и взял руку Алека. Он пытался сделать все аккуратно, но учитывая, что он должен был согнуть руку Алека и обнажить уязвимую часть его запястье, это так просто не выйдет. – Ну, ты мне тоже не кажешься привлекательным, поэтому я предполагаю, что мы квиты. Хотя, ты мог бы притвориться на пять…

– Нет, я не мог бы, – возразил Алек. – Я ненавижу, когда гетеросексуальные парни думают, что все геи западают на них. Я привлекателен для каждого парня не больше, чем ты каждой девушке.

Саймон сделал глубокий, успокаивающий вздох. Это всегда было странным, дышать, когда ему это было не нужно, но оно было успокаивающим.

– Алек, – сказал он. – Остынь. Я не думаю, что ты влюблен в меня. На самом деле, большую часть времени, я думаю, что ты меня ненавидишь.

Алек сделал паузу.

– Я не ненавижу тебя. С чего бы мне ненавидеть тебя?

– Потому что я нежить? Потому что я вампир, который влюблен в твою сестру, и ты думаешь, что она слишком хороша для меня?

– А разве не так? – спросил Алек, но без злобы. Через мгновение он слегка улыбнулся, той улыбкой Лайтвудов, которая осветила его лицо и напомнила Саймону об Иззи. – Она моя младшая сестра. Я думаю, что она слишком хороша для всех. Но ты… ты хороший человек, Саймон. Независимо от того, что ты вампир. Ты верный и умный, и ты делаешь Изабель счастливой. Я не знаю почему, но это так. Я знаю, что ты не понравился мне, когда я впервые встретил тебя. Но все изменилось. И я вряд ли вправе судить мою сестру за свидания с нежитью.

Саймон стоял неподвижно. У Алека не все было в порядке с колдуном. Это было достаточно очевидно. Но маги родились такими. Алек был наиболее консервативным из детей Лайтвудов – он не любил стихийно и не шел на риск, как Джейс и Изабель – и Саймон всегда чувствовал это в нем. Но вампир был человеком, которого превратили во что-то неправильное.

– Ты бы не согласился стать вампиром, – сказал Саймон. – Даже чтобы быть с Магнусом на века. Не так ли? Ты не хочешь жить вечно; ты хотел бы избавить его от бессмертия. Вот почему он расстался с тобой.

Алек вздрогнул.

– Нет, – ответил он. – Нет, я не хотел бы стать вампиром.

– Таким образом, ты думаешь, что я хуже тебя, – сказал Саймон.

Голос Алека дрогнул.

– Я пытаюсь, – сказал он, и Саймон почувствовал это, почувствовал, сколько Алек вложил в эти слова. Все его старания. И, в конце концов, если бы Саймон не был вампиром, он все равно был бы примитивным, что еще хуже. Он почувствовал, как ускорился пульс Алека на запястье. – Вперед, – сказал Алек, выдыхая слова, в агонии ожидания. – Просто… сделай это.

– Приготовься, – сказал Саймон, и поднес запястье Алека ко рту. Несмотря на напряженность в отношениях между ними, его тело, голодное и истощенное, ответило. Его мышцы напряглись, и клыки вылезли по собственному желанию. Он увидел, как глаза Алека потемнели от удивления и страха. Голод распространялся как пожар по телу Саймона, и из глубины он изо всех сил умолял утолить его. Саймон попытался сказать что-то человеческое Алеку. Он надеялся, что станет легче, когда он укусит его. – Я сожалею о Магнусе.

– Я тоже. Теперь кусай, – сказал Алек, и Саймон послушался. Его клыки прошли быстро и легко сквозь кожу, и кровь полилась ему в рот. Он услышал, как Алек вздохнул, и Саймон невольно сжал его запястье крепче, как будто Алек пытался вырваться. Но Алек не шевелился. Его дикое сердцебиение было слышно Саймону, как звон колокола. Наряду с кровью Алека, Саймон мог почувствовать металлический привкус страха, искры боли, и нетерпеливое пламя чего-то другого, того, что он впервые почувствовал, когда пил кровь пьяного Джейса на грязном металлическом полу корабля Валентина. В конце концов, может быть, все сумеречные охотники мечтали о смерти.

Когда Алек и Саймон вернулись в центральный тоннель, то увидели все еще спящую Изабель, свернувшуюся среди груды одеял. Джейс сидел у костра, откинувшись назад: игра света и тени отражалась на его лице. Клэри лежала головой на его коленях, хотя пока они приближались, Саймон мог увидеть по мерцанию в ее глазах, что она не спала.

Джейс поднял брови.

– Веселенькая прогулка, мальчики?

Алек сердито взглянул на него. Он стоял, отвернув запястье, скрывая укус, хотя они почти исчезли благодаря иратце, которое он нарисовал на запястье. Он не отталкивал Саймона: пришлось позволить ему пить, пока тот сам не остановился, и в результате он немного побледнел.

– Это не было сексуально, – сказал он.

– Это было немного сексуально, – возразил Саймон. Он чувствовал себя намного лучше, и раз теперь он сыт, то не мог не подоставать Алека немного.

– Нет, не было, – ответил Алек.

– У меня были кое-какие чувства, – продолжил Саймон.

– Это только твои проблемы, поэтому страдай в одиночестве, – сказал Алек, и наклонился, чтобы схватить рюкзак за ремень. – Я собираюсь дежурить.

Клэри села, зевая.

– Ты уверен? Тебе не нужна руна, восполняющая потерю крови?

– Я уже нанес две, – ответил Алек. – Я буду в порядке. – Он выпрямился и посмотрел на спящую сестру. – Только присмотрите за Изабель, ладно? – его взгляд упал на Саймона. – Особенно ты, вампир.