Чтение онлайн

– Каждый дом в этом городе уникален, – сказала она, – как и каждый его обитатель. Сразу же говорю, зайти в гости мы не сможем. Без приглашения нельзя, а ни с кем из местных ты точно не знаком.

Элемрос кивнул и последовал за Фелисией, жадно осматриваясь вокруг. Удивительное дело, чем дольше он смотрел на те дома, мимо которых они шли, тем сильнее у него было ощущение, что они все пустые. Не было слышно голосов, кроме птичьих, не шевелились задернутые занавески, не лаяли собаки и кошки не подавали голоса. На мгновение Элемросу даже стало не по себе.

– Они действительно пустые, – сказала Фел. – Сегодня вечером церемония отражения. Все жители там, на площади перед замком зеркал. Что, не слышишь?

И тут Элемрос действительно услышал. Были когда-нибудь в очень большом скоплении народа? Вернее, поблизости от него? Если были, то вспомните тот непередаваемый гул, который образуется только из смеси хохота, песен, разговоров и криков ОЧЕНЬ большого числа людей. Именно этот звук и услышал сейчас Элемрос и становился он все громче и громче с каждым шагом, который приближал бастерию и призванного к замковой площади. Белокаменная тропа сделала очередной виток и шум праздника обрушился на героев нашей с вами истории подобно гигантской невидимой волне.

Это и в самом деле было настоящее людское море. Море из мужчин, женщин и детей, одетых в костюмы самых разнообразных расцветок, похожие на те, что носили когда-то альпийские крестьяне. Дети с визгом бегали друг за другом, женщины и мужчины либо оживленно беседовали, либо перебирали товары, красиво разложенные на наскоро сколоченных прилавках.

– Ежецеримониальная ярмарка, – старательно выговорила Фел, увлекая Элемроса прямо в людское море. – Ярмарка, которую организуют во время церемонии отражения. Можешь брать, что хочешь. Хозяева будут только рады.

– Без денег? – удивился Элемрос.

– Ну какие тут деньги? – улыбнулась Фел, ухватив с прилавка кусочек медовых сот. Стоявший неподалеку пасечник приподнял шляпу за уголок. – Отличный мед, хозяин… В этом городе живут только те, кто мечтает трудиться на своей земле и кормить себя и остальных. Они не берут в награду деньги, лишь благодарность за труд. Люди здесь не борются за жизнь, а просто живут.

Элемрос покачал головой.

– Мне бы было мало такой жизни, – задумчиво сказал он.

– Мне тоже, – Фелисия похлопала его по плечу. – Хорошо, что все люди разные. Иначе мир состоял бы из искателей приключений, а они никогда не смогли бы дать тебе такой изумительный мед.

Элемрос с Фелисией еще очень долго ходили от прилавка к прилавку, пробуя на вкус то копченый сыр, то свежайший творог, разумеется, не забывая искренне благодарить за угощение. Каждый раз они получали взамен сияющие глаза донельзя довольных трудяг. Ну и, конечно же, на десерт был шоколад. Фел протащила Элемроса по всем местам, где было выставлено хоть что-то с какао. Многие местные радостно приветствовали ее и наперебой предлагали свои изделия, так как большего ценителя, чем Фелисия, как подумалось Элемросу, трудно было найти.

Он наелся, напился и еще больше улучшил и без того дивное настроение.

Ощущение безудержного веселья подогревали всевозможные музыкальные коллективы, устраивавшие импровизированные выступления то тут, то там, без видимого порядка и очередности. Тем удивительнее был тот факт, что лившаяся отовсюду музыка не превращалась в ужасную какофонию, а оставляла исключительно приятное ощущение гармонии и веселья.

Элемрос поклонился, приглашая Фел на танец. Вообще-то он всегда стеснялся в таких ситуациях, как и положено подростку, однако в этом чудесном месте приглашение на танец было так же естественно, как вдох и выдох.

Они еще долго танцевали, хоть и довольно неумело, подпевали артистам, громко смеялись вместе с окружающими их людьми… и этот день, перед церемонией отражения, навсегда запомнился Элемросу, как один из самых чудесных, необыкновенных и счастливых.

На самом то деле это был САМЫЙ счастливый день в его жизни, но ему, разумеется, это было невдомек.

– Уф, – наконец сказала Фел, вытирая шоколадные усы. – Спасибо, я наелась, наплясалась и напелась на год вперед.

– А вот этого я не ожидал услышать, – ехидно сказал Элемрос. – Я про наелась.

Теперь уже Фел ткнула его пальцем в бок. Впрочем, без азарта.

– Пошли в замок, – чрезвычайно сыто-ленивым голосом сказала она. – Пора.

Замок стоял в середине человеческого моря, словно островок. Если сам город производил впечатление только что построенного поселка с открытки, то от замка зеркал веяло самой настоящей древностью. Всем, кто когда-нибудь бывал рядом с памятниками архитектуры, знаком это запах.

– Не очень-то он изящен, – безо всякой критики сказал Элемрос.

– Это да, – сказала Фел, задирая голову. – Похож на водонапорную башню… но подожди, пока войдем внутрь.

Красный кирпич, из которого был сложен замок зеркал здорово напоминал стандартные глиняные брикеты, используемые для постройки каких-нибудь сараев. И только подойдя к стенам вплотную, Элемрос вдруг увидел, что это вовсе не глина, а что-то похожее на мрамор. Удивительный багровый мрамор.

Фелисия сделала приглашающий жест рукой.

– Призванный проходит первым.

Элемрос кивнул и потянул за ручку в виде львиной головы. Невысокие деревянные двери, покрытые искусной резьбой, открылись так же легко и беззвучно, как и городские ворота.

То, что оказалось за ними…

– Ты чего застыл? – спросила Фел, несильно толкая его в спину. – Да, он внутри больше, чем снаружи, но это же не причина остолбенеть… Очнись, или доктора позвать?

– Это зал из моего видения, – прошептал Элемрос. – Того, что спасло мне жизнь… Здесь танцевали мои мама и папа.

Это и в самом деле был он, тот самый зал с шахматным полом из черно-белых плит. Правда сейчас Элемрос различал еще и несколько мраморных колонн, поддерживающих невидимый в густой темноте потолок. И не было светлячков… И танцующих мамы с папой.

Зато посреди зала стояла Илория (сердце Элемроса сильно дернулось), сменившая свой кокосовый костюмчик на более строгий, черно-белый.

– Прямо-таки под цвет пола, – ехидно сказала Фел.

– Ламбриль ждет тебя наверху, в зале дня, – спокойно и без малейшей иронии сказала Илория. – Оставляй своего призванного и поспеши… Да не бойся, не съем я его… пока, по крайней мере.

Фелисия фыркнула, но тем не менее, наскоро помахав рукой Элемросу, быстрым шагом удалилась.

– Пойдем к террасе, – сказала Илория, строго и внимательно глядя на замершего Элемроса.