Чтение онлайн

На обратном пути — их машина оказалась единственной на дороге — они наблюдали за пешеходами: люди брели куда-то, отражались эхами самих себя, сливаясь с двойниками, едва обращая внимание на происходящее. Некоторые, впрочем, заметили неладное и донельзя перепугались.

Но хуже всего было то, что большинство так и не уловило разницу.

Каким-то образом камни в шкатулках — а сейчас вот и склад — сгладили события, защитили их всех после рикошета от Терминуса. Эллен еще в машине именно так назвала эту вещь — Терминус. Конец, хотя еще не полный; нечто вроде мяча, медленно подпрыгивающего вплоть до точки остановки.

Джек испытывал невыносимую горечь. Вон там, за оградой — миллионы растерянных людей, пытающихся вернуть свои жизни в заикающемся времени, которое неодолимо тянуло их назад, которое в конечном итоге — когда мяч перестанет прыгать — сожмет, сплющит их вместе… Ничего не понимающих, оцепенелых… Мухи в озере дегтя.

Это произошло так внезапно — хотя и не без предупреждения.

Джинни больше не могла ждать. Она спустилась по пандусу и встала рядом с Джеком, зябко обхватив себя за плечи. Ей было не больше восемнадцати, хотя выражение глаз твердо давало понять, что она не просто юная девушка. С окончанием их унылого, серого путешествия к складу они не перекинулись и парой слов.

— Как тебя отыскала буря? — наконец спросила она.

Джек смущенно пожал плечами.

— Я позвонил, — сказал он. — Мужчина и женщина сунули меня в мешок. А после этого — сам не вполне разобрался что к чему.

— Это было Зияние, — пояснила Джинни.

— Сияние?

— Зияние. То, что происходит, когда самолично встречаешься с Королевой-В-Белом.

— Это что за чудо-юдо? Очередная старушенция?

— Я не знаю. Просто одно из имен. Пойдем внутрь. Там гораздо теплее, к тому же тебе надо переговорить с Бидвеллом.

Воздух на зеленом складе был сладок от запаха сухого дерева и старой бумаги. Джек оглядел высокие стены, некрашеные доски, посаженные на толстенные брусья, вырезанные — нет, высеченные из гранитной сердцевины могучих древних кедров. Арочные и фонарные окна изливали серый, процеженный свет. Горы ящиков и картонных коробок царили повсюду. Джинни следовала за ним, будто привязанная — так девочка-малышка держится старшего брата, когда тот обследует новое, неизвестное место. Поначалу такое сильно раздражает.

Он хмуро подошел к широкой металлической двери и пару раз стукнул в нее костяшками. С той стороны доносился гул голосов: активистки книжного кружка дискутировали со стариком. Джек практически ничего не разбирал из сказанного. Он бросил косой взгляд на Джинни: ее глаза блестели живой застенчивостью, как у малолетнего сорванца, соображающего, когда лучше броситься наутек.

— Что там у них? — спросил он.

— Кабинет мистера Бидвелла и его приватная библиотека.

— Опять книги?

— Масса. Старые, новые. Их ему ящиками присылают со всего света. Некоторые вообще невозможны. Понятия не имею, где он их отыскивает. Я помогала — помогаю — их сортировать. Как бы по каталогу… Слушай, а твои похитители… как они выглядели?

— Мужик называл себя Главком. И с ним еще была женщина — здоровенная. Кажется, ее звали Пенелопа.

— За мной в Балтиморе тоже приходила одна парочка. Я удрала, но они пошли за мной аж досюда. Едва я прибыла в город, как доктор Санглосс направила меня к Бидвеллу.

— Повезло тебе. А мои, между прочим, осами пользовались.

Джинни прищурилась:

— Осы?

— И не какие-нибудь, а хищные. — Джек сделал страшные глаза и пошевелил растопыренными пальцами. — Она распахнула плащ, и они ка-ак завертелись вокруг меня!

— Господи, страсти-то какие!

— Вот именно. А у тебя как было?

— Мужчина с серебряной монетой. Худосочная женщина, которая высекает огонь из пальцев.

— Я всегда знал, что дела идут очень странно, — кивнул Джек, — но не до такой же степени! А если взять мои сны… так там вообще…

— Что ты помнишь из своих снов?

— Немногое, — признался Джек. — Тебе тоже что-то снится?

Она кивнула в ответ.

— Все пермутаторы судеб — сновидцы. Так мистер Бидвелл говорит.

Джек всосал воздух сквозь зубы и попытался принять невозмутимый вид.

— Пермутаторы судеб, говоришь?

— Ты и я. Мы меняем свою судьбу, когда расклад вещей становится не в нашу пользу. — Девушка повела рукой по воздуху. — Как бы прыгаем вбок. Да ведь ты и сам это знаешь, я угадала?

— Не знал, что этому есть название, — пробормотал Джек.

— Но наша жизнь от этого не упрощается, — продолжала Джинни. — Я до сих пор совершаю ошибки. Порой мне кажется… что…

Очередной пугливый взгляд за плечо.

Джек принялся обходить склад по периметру. Девушка без приглашения двинулась за ним.

— А почему осы? — спросила она.

— Из комнаты с осами нет выхода. Все против тебя. — Не хотелось рассказывать про мировую линию, на которую он угодил, или как это могло обмануть бурю — Зияние, вернее. — А о чем они разговаривают?

— Не знаю, — пожала она плечами.

Они добрались до закутка, где Джинни устроила себе пристанище. Девушка откинула импровизированную занавеску, приглашая внутрь. Джек присел на небольшой ящик, чтобы занимать единственное деревянное кресло — сидеть на раскладушке вообще желания не было, — и положил ногу на ногу.

— Я баскер, — сообщил он.

— Да, я видела тебя на цирковой ярмарке.

— Чудеса, тебя-то я там не заметил.

— Мне кажется, ты был чем-то расстроен.

— Возможно… А чем ты занимаешься?

— Лезу в неприятности, потом убегаю. — Джинни присела на соседнюю коробку. Из дырки в углу тут же вырвался клуб пыли, картон просел. Она отряхнула джинсы и пересела в кресло.

— Убегаешь откуда?

— Куда — вот в чем соль. — Она опять пожала плечами. — Мы с тобой уже встречались. Я уверена. Не только возле ярмарки. Ты не помнишь?

Джек зябко поежился — не только от холода. Он выкладывал секрет за секретом, и ему это не нравилось: так поступать не следовало — ни здесь, ни перед этой девчонкой.