Чтение онлайн

– А вот и не сдадите!

– А почему ты так уверена?

– Скажите, у вас есть дочь?

Виктор от неожиданности поперхнулся.

– Есть… то есть… была. Сейчас даже не знаю. Она ушла в Кратер два года назад. Постой… А ты откуда знаешь?

– Вот потому и не сдадите, ведь вы же из-за неё сюда приехали.

Виктор ошеломлённо молчал. Ничего себе, девочка! Телепаточка. Про «бегунов» рассказывали много странного. Многому он не верил. Теперь вот убеждался на собственном опыте.

– Ты что, мысли умеешь читать?

– Да у вас на лице всё написано.

– Так… интересно… А что ещё у меня на лице написано?

– Что вы мне можете помочь добраться до Арка-Сити и до Стены. А дальше я уже сама.

– Вот оно как… Весьма смелое предположение… Ладно, забудь, не собирался я тебя никому сдавать. Извини. Давай знакомиться. Виктор.

– Ника.

– Это какая Ника? Как греческая богиня, богиня Победы?

– Угу, мама говорит, меня папа так назвал. Но я его совсем не помню, он погиб в авиакатастрофе, когда я была совсем маленькая.

Они помолчали немного, глядя на проплывающий по обе стороны дороги лес, на уходящее вдаль мокрое полотно дороги.

– А где же твои крылья? У Ники Самофракийской были крылья.

– А у меня тоже есть, – улыбнулась девочка, – только они невидимые.

– Ок, юмор оценил. Слушай, а как же ты проберёшься через кордон, там же ограждение везде, а обойти, наверное, невозможно, скорее всего, они там рвы нарыли вокруг, колючая проволока везде?

– А вот на этих самых крыльях, – рассмеялась Ника.

– Так, становится всё чудесатей и чудесатей, как говорила Алиса, – тоже улыбнулся Виктор. – Так что же, получается, что я помогаю тебе добраться до Зоны. Кстати это уголовно наказуемое преступление, заметь… Помощь «бегунам». До семи лет, а с отягчающими и все пятнадцать можно схлопотать… Так, что я рискую ради тебя своей свободой… Слушай, а как же твоя мама, она же наверно с ума сходит, ищет тебя.

– Ну что же, мама, конечно, волнуется, наверное… И бабушка… Но я им оставила записку, чтоб не волновались…

– Наверное! – горько передразнил Виктор. – Слушай, я хочу всё же понять, – сказал он с болью в голосе. – Я понимаю, что вас невозможно остановить. Но вы же просто ломаете жизнь своим родителям. Они же любят вас. Это вы, хоть, понимаете? Вот и Дина тоже ушла… И ничего нам не сказала… Хотя я с женой в разводе, но это не важно… Тоже, как и ты, оставила только записку: «Ухожу в Новый Мир, потому что в вашем гнилом мире жить невозможно. Я задыхаюсь».

– А вы разве не задыхаетесь?

Чёрт возьми, а ведь она права, снова ошеломлённо подумал Виктор. Своим простым вопросом, она выразила именно то, что он переживал последние годы. Удушье. Он буквально начал задыхаться в атмосфере неумолимо надвигающейся какой-то средневековой дикости и серости, охватившей страну. Жизнь в Столице, да и по все стране, всё больше стала напоминать театр какого-то апокалиптического абсурда или же уже просто сумасшедший дом для буйнопомешанных. Страна медленно, но верно превращалась в средневековый Арканар, описанный братьями Стругацкими. Да, господа, приходится констатировать, в первой четверти 21 века мы неожиданно оказались отброшены в архаику, в семнадцатый, а может даже и в шестнадцатый век, почти во времена Ивана Грозного, несмотря не все наши компьютеры и гаджеты.

Недавно вся Славор'oссия отмечала день рождения Суперпрезидента. С экранов телевизоров и из государственных массмедиа лились потоки верноподданнических чувств, которые полностью выразились в словах известного придворного философа: «Противников Суперпрезидента больше нет, а если и есть, то это психически больные и их нужно отправлять на диспансеризацию. Суперпрезидент – везде! Суперпрезидент – всё! Суперпрезидент – абсолютен! Суперпрезидент – незаменим!». Ну что ещё к этому добавить? Разве что слова этого лукавого сарацина-губернатора одной из мятежных когда-то сарацинских республик, где Виктору пришлось повоевать в своё время: «Отдать жизнь за такого человека – самая лёгкая задача!». Во как! А ведь не так давно воевал против нас, может быть даже нашим мёртвым солдатам уши отрезал. Мы ведь могли тогда где-нибудь и в бою с ним столкнуться, с усмешкой подумал Виктор, с этим губернатором. Ох, и бесовская у него морда. С этой их сарацинской бородкой. Виктор знал этих людей не понаслышке. Он им не верил ни секунды. Мы для них навсегда останемся неверными, оккупантами. Они будут разыгрывать из себя преданных псов Суперпрезидента, пока тот бросает им жирные куски тугриков и даёт возможность практически полной безнаказанной свободы действий у себя в республике. Но если изменится расклад, скажем, иссякнут денежные потоки или свободы будет поменьше, их преданность снова обернётся лютой ненавистью и эти псы прыгнут и снова попытаются вцепиться нам в горло.

Ну, конечно, и сам именник, Суперпрезидент наш, впереди, весь в белом, на лихом коне, или, лучше сказать, на лихом истребителе. Альфа-самец в стае горилл. Гроза всех пан-америк, уни-европ, халифат-игилов и прочей закордонной шушеры. Друг всех виолончелистов-дзюдоистов и трубачей-нефтяников. Правда, всякие там либеральные недруги говорят, что за двадцать лет его правления вся эта честная компания умудрилась вывезти из страны в заграничные офф-шоры и банки чуть ли не триллион панамериканских тугриков, но Суперпрезидент тут, конечно, не причём. Обманывают его, всей правды не говорят. У нас ведь всегда бояре воруют, а царь в церкви богу молится за их грешные души, да о процветании государства заботится. Миллиарды тугриков идут у нас на оборону, на памятники и музеи великим вождям прошлого, на военные парады и на спортивные мундиали, да олимпиады, чтобы видели за кордоном мощь Славороссии и чтобы мороз у них по спине бежал. И чтобы смеялись наши «искандеры». Аминь!

Страна, – правда, теперь уже почти в полной политической изоляции, – гордо окидывает мир грозным взором, как одинокий Илья Муромец в поле. Попробуйте, сразитесь с нами, как сказал поэт. Да, скифы, типа, мы, да азиаты мы, с раскосыми и жадными глазами… Ну насчёт того, что «с раскосыми», тут с поэтом можно поспорить, а то, что «с жадными», это уж точно. Лучше даже сказать «с перекошенными от жадности». Но кто мы такие, чтобы пререкаться с великим поэтом.

А в друзьях у нас теперь маленькая, но гордая республика Чохон, с её толстеньким лидером Ким Чен Тонгом, которая самой Панамерике ядерным кулаком машет, и другая маленькая, но гордая республик Ассирия, где Суперпрезидент, не жалея средств, ведёт праведную войну с радикальными сарацинами, но есть подозрение, что не это есть его главная цель, а в своих мудрых и хитрых планах, хочет он всё ту же Панамерику уесть, ткнуть ей ежа в бок, и показать, кто в доме хозяин. А то возомнили о себе. Не оценили его хитропланы и многоходовочки, ни в Панамерике, ни и Униевропе, ни в Укрославии, где мы ведём другую войну с бывшим братским народом. Санкциями гнобят, дружить не желают. Никуда не приглашают, садиться за один стол не хотят. Вы что это о себе думаете, господа? Он ведь Суперпрезидент всё же, а не моська какая-нибудь подзаборная. Он вас заставит себя уважать. Мы за ценой не постоим, как говорится.

Кто там кричит, что пора уже слезать с сырьевой иглы, что одной нефтью и газом сыт не будешь, что стране нужна собственная промышленность, собственные высокие технологии, а не светодиодные лампочки, и нано-мопеды за полмиллиона тугриков главного непотопляемого нанониста страны, Чуба, прости господи, нашего Айса, представленные волосатоухим нашим правителям как последнее достижение нанотехнологии. Это кто же такой мопед будет покупать в стране, где у больше чем половины населения авто стоят дешевле чем этот мопед?

Надо сказать, что Чуб этот Айс, тот ещё персонаж, абсолютный герой нашего времени. Ладно, оставим его прошлые аферы с раздачей за бесценок собственности в бытность его министром, в результате которой большая часть населения обеднела, а единицы стали олигархами («Что вы волнуетесь за этих людей? Ну, вымрет тридцать миллионов. Они не вписались в рынок. Не думайте об этом – новые вырастут», одно из крылатых его выражений тех времён), или когда он был главным энергетиком страны, и электричество отключали не только в летнее, но и в зимнее время в больницах, детских садах, и даже на станциях предупреждения о ракетном нападении (!!!), в частях ПВО, и на заводах и фабриках с непрерывным циклом производства. За такие дела в других странах расстреливают из крупнокалиберного пулемёта, а наш бравый герой и тут выкрутился каким-то невероятным образом.

Но несомненный его талант, в плане того как на протяжении многих лет водить всех за нос и оставаться на плаву, проявился именно в наше время. Получить полторы сотни миллиардов тугриков на развитие нанотехнологий, устраивать на протяжении нескольких лет видимость бурной деятельности, и на выходе показать изумлённым зрителям блестящий выпуклый НУЛЬ, выглядящий как последнее достижение науки и техники, это надо уметь. Браво, браво, настоящий фокусник, следите за руками! И, между прочим, был награждён орденом «За заслуги перед Отечеством» какой-то там степени «за большой вклад в реализацию государственной политики в сфере нанотехнологий и многолетнюю добросовестную работу». То есть, надо полагать, переход отечества в статус нанодержавы окончательно свершился. Народ даже песни уже запел: