Чтение онлайн

Матвей сделал уже шаг, чтобы уйти, но опять пришлось тормознуть – заговорила деваха:

– Простите, а как вас зовут?

Матвей малость растерялся и какой-то миг просто смотрел на нее. Он только сейчас заметил, какие у нее поразительно синие глаза. И голос, очень глубокий и мелодичный. Матвей словно пёс наклонил голову набок, чтобы уловить каждую нотку интонации. Девушка немного поежилось и виновато произнесла:

– Если не секрет, конечно.

– Матвей Секач.

– О, клевая кличка.

“Боги праведные”.

– Спасибо!

Она продолжала:

– У нас завтра с друзьями на берегу за Павловским мостом пикник вечером намечается. Приходите. К часам семи. Будет весело. Пиво для пьющих, сок для непьющих, песни под гитару и все такое.

Я – Марина, кстати.

Вот так фортель.

Девушка улыбалась, смущённо поправляя волосы. Видимо отлегло, и лишь язык тела указывал на некоторую нервозность. Ее парень тоже лыбился, но как-то кисло. По всей видимости не ожидал от подружки такого сюрприза.

– А я Стас.

Чернявый сделал шаг навстречу и протянул руку. Подстрижен под площадку, нос с горбинкой, лёгкая небритость. Его лицо можно назвать утонченным.

Матвей кивнул и ответил на рукопожатие.

– Мне пора. Будет время, приду.

– Мы будем ждать. Да, кстати, может номер дадите? – спросила девица. – Вдруг все отменится, я тогда смогу вас предупредить.

Матвей продиктовал.

На том и расстались. Оставшиеся полтора километра Секач прошел без приключений и вернулся домой.

****

Сега вызвал такси и теперь стоял в ожидании, курил. Ситуация бесанула.

“Слесарь, бля”.

Для слесаря он как-то бодро подбирал чем крыть. И к носу подвёл умнО – не докопаться. Похоже, старой закалки. Сега за последние 5 лет пару раз заплывал на СИЗО, но там нереально знать всех в лицо – это не лагерь.

“Надо было спросить, кто он”, – подумал он, а потом вспомнил, что спрашивал. И в ответ только угрозы.

“Сочтемся”.

Подъехала машина. Сега выкинул бычок и полез в салон.

Стас и Марина вошли в квартиру выжитые, словно лимон. И дело было не только в жаре. Часы показывали без пятнадцати три, а они сегодня толком не ели, если не считать лёгкого завтрака и пары стаканов кофе во время прогулки.

Стас сбросил обувь и прошел в спальню. Упал на кровать, раскинув в сторону руки, и уставился в потолок.

– Стас, ты будешь обедать? Могу что-нибудь состряпать на скорую руку. Или можем заказать.

Девушка стояла в дверном проёме, левым плечом прислонившись к косяку. Правой рукой она сняла резинку и распустила волосы, слегка встряхнув головой.

Стас вздохнул и посмотрел на нее, оторвавшись от созерцания потолка.

– Не, зай, спасибо. Чёт аппетита нет.

Она подошла, села рядом справа, зажав ладони между коленей и, взглянув на него, произнесла:

– У меня тоже, если честно. Пойду в душ, а ты пока можешь какой-нибудь фильм поискать, ок?

Стас кивнул.

– Я скоро, – сказала она и покинула спальню.

****

Матвей открыл калитку ключом, вошёл во двор, выключил плеер и зашёл в дом.

– Ба, я дома, – практически прокричал он, кладя ключи на тумбочку.

Последние лет 5 слух бабушку подводил: 89 лет всё-таки возраст приличный.

– Мотя, это ты?

– Я, ба, я, – подтвердил Матвей, подходя к старушке и целуя ее в лоб. – Чем ты у меня тут занимаешься? Кухаришь?

– Вот ещё, – возмутилась пожилая женщина. – Макароны ещё не съедены, в холодильнике стоят. Пока не съешь, ничаво готовить не буду.

– Ты чего у меня ворчишь? Случилось что?

– Ничаво не случилось. Разве што твой Крашенинников, вот уж как дня два нонче будет, денег не платит. Ты бы спроведал его, Матвей. Мож помер ужо с перепою, а мы денег ждём.

Матвей ухмыльнулся, подходя к раковине, чтобы сполоснуть руки, и сказал:

– Сейчас и схожу. Поем только.

– Я тебя не тороплю. Ешь спокойно, а то вечно глотаешь как удав. Зинаида ещё приходила, профитроли принесла. Говорит, это тебе, а я мол, задница у него не слипнется? Куда ему стока сладкого? Вон, кожа да кости. Немудрено, што не женат. Каму ж такой Кащей нужен. Чай ставить?

Матвей кивнул, ставя тарелку с макаронами в микроволновку. Выставил таймер на одну минуту и включил.

– Поешь спокойно, тебя никто не торопит, – ещё раз напомнила бабушка.

Матвей и не торопился. Когда еда разогрелась, он сел и пообедал не спеша, листая новости в смартфоне. Доев, он помыл чашку с вилкой и взял кружку с чаем.

“Один или два профитроля заточить? Съем три”, – решил он.

От чая бросило в пот. Он даже не допил. Вылил остатки чая в раковину, сполоснул кружку и пошел в душ.

Чуть позже, вытираясь полотенцем, он опять подумал о сегодняшнем инциденте. Было во всем этом нечто судьбоносное. На такие вещи у Матвея была чуйка. Не покидало ощущение, что скоро все изменится.

”Может меня завалят? Может этот дармоед запитал и сейчас курсирует по округе со своей шайкой-лейкой?”

Матвей начал одеваться.

“Ладно, хули нагнетать”.

Достал чистые трусы с носками. Надел джинсы, подпоясался портупеей и прикрепил к ней компактный самодельный чехол с выкидухой. Ножнами его язык не поворачивался назвать. Рубашку менять не стал. Нацепил кепку, обулся:

– Ба, я ушел.

И вышел из дома.