Горячая купель
Шрифт:
Вернулся он скоро.
— Не получается? — спросил Батов.
— Пока не знаю. Майор у меня там у кассы старших офицеров стоит. Человек десять впереди осталось. Думаю, что получится. А если нет, так вместе загорать будем.
— А ведь ехать-то нам не по пути, — сказала Верочка.
— Как так? — удивился Володя. — Вы куда? Не домой разве? — Он забыл в сутолоке, что «дома» у обоих нет, и, вспомнив, смутился.
Наступила неловкая пауза. Каждый пережил ее по-своему. Больно-больно защемило у Володи в груди.
— Ну, до Москвы-то все равно по пути, — нарушил молчание Батов.
— Да, — подхватила Верочка, — до Москвы по пути...
— А потом?
— Потом мы — в Крым. Алеша направление туда получил, а я устроюсь где-нибудь работать... по медицинской части.
— Ой, погодите, братцы! — схватился за голову Володя. — Уж не поженились ли вы?
— Можешь поздравить, — улыбнулся Батов. — Неделю назад, в Берлине... В Москве зарегистрируемся.
Грохотало схватил их и, пытаясь столкнуть друг с другом, закричал:
— Горько!
— Горько уже было, — легонько отстранил его Батов. — Надо надеяться, что больше не будет...
Грохотало не понял этого намека и вдруг спохватился:
— Чтоб снова не потеряться, запиши-ка, Алеша, адрес моей матушки. Тогда ведь я приготовил его, да так и оставил в кармане.
— Домой приедешь, — засмеялся Батов, — письмо от меня получишь. А адресок-то — вот он, твоей рукой на писан.
— Видел? — воскликнул Грохотало. — Уралова видел?!
— Не только видел — посаженным отцом был он на нашей свадьбе. До гроба мы ему обязаны.
— Вот это человек! — воскликнул Володя.
Наконец появился майор, стоявший за билетами у кассы. Грохотало бросился к нему.
— Ну, вот, — проговорил Володя, возвращаясь, — сегодня едем. Правда, в разных вагонах, но это не помешает нам наговориться за дорогу.