Чтение онлайн

Колта подскочил и схватил мою похолодевшую руку. Я беспомощно оглянулась на Тал Тала, чувствуя как изнутри трясутся поджилки. Он стоял, не шевелясь. Рука его застыла на рукояти сабли. А другая сжимала свитки.

— Господин Тал Тал, господин Тал Тал… — произнесла я, пытаясь скрыть дрожь в голосе.

Свитки вдруг вывалились из его руки. Он схватил другую мою ладонь.

— Колта, отпусти ее сейчас.

— Но господин Тал Тал, — высокомерно произнес Колта, смерив его ледяным взглядом, — вы не можете противоречить императору. Оставьте ее, она не в вашей власти.

— Отдай мне ее сейчас.

— Нет, господин Тал Тал, придите в себя.

Я видела, что пальцы Тал Тала сжались на рукоятке меча. Я освободила обе свои руки. И посмотрела прямо на Тал Тала.

— Господин Тал Тал, я обязательно выкручусь, а вы только дайте мне слово, что придумаете как вызволить меня. Я не хочу быть наложницей, вы же знаете. Помните, ваше предложение. Так вот, — выдохнув, сказала я, — я согласна, если еще не очень поздно.

Я видела по его глазам, что он понял о чем я.

— Мату, я обещаю, что освобожу тебя, чтобы исполнить то, о чем говорил. Только ты… — он прервался, словно не имея сил договорить.

— Я справлюсь, — с натужной бравадой сообщила я.

— Мату, — Тал Тал неожиданно схватил меня и одной рукой прижал к себе, склонился и быстро прошептал на ухо, — если будет надо, выполни волю императора, если другого выхода не будет, придется склониться, это не так страшно, только не прекословь ему и не отказывайся от своего долга, если это будет угрожать твоей жизни.

— Нет! — я вырвалась из кольца его рук, — что вы говорите!

— Он правильно говорит, — недовольно прокомментировал Колта, — идем.

Евнух крепко ухватил меня и поволок прочь. Мое сердце разрывалось. Я понимала, что Тал Тал сказал так, беспокоясь о моей жизни. Но он предлагает мне отдаться императору, если отказ будет означать смерть. Это же правильное решение. И почему тогда злые слезы закипают в моих глазах. Я ведь не могу злиться, что Тал Тал предлагает мне такое. Ему ведь все равно, если я проведу ночь с другим. Но он заботится обо мне. В сердце что-то больно кольнуло.

— Колта, Колта, остановись, — задыхаясь, прошептала я, — я кое-что забыла!

Свиток с картой больно колол мне грудь. Я прижала руки к сердцу.

— Что еще? — евнух остановился.

— Позволь мне вернуться на секунду, мне надо кое-что отдать Тал Талу, клянусь, что я вернусь!

— Стрелой! — Колта издал тяжкий стон, будто я его уже извела совсем.

Я кивнула и побежала назад. Когда я оказалась возле дверей в покои Тал Тала, то они были наполовину раскрыты, словно он не стал их закрывать после того как мы ушли. Я заглянула внутрь, опасаясь, что он ушел. Но он был там. Он стоял там, где я его и оставила, но спиной ко мне. Он смотрел на большое зеркало с серебряной рамой, висящее на стене. Его рука все еще сжимала саблю. Вдруг он выхватил ее из ножен и ударил лезвием по зеркалу, а потом еще и еще раз. Осколки разлетелись в разные стороны, а само зеркало треснуло. Тал Тал бросил меч на пол. Я затаила дыхание. Он поднял руку и приложил ее к трещинам на зеркале. По блестящей поверхности потекла алая кровь. Мое сердце часто-часто забилось. Забыв о свитке, я развернулась и ушла на ватных ногах. Мне показалось, что я увидела что-то запретное, что вряд ли предназначалось для чужих глаз. Тал Тал ведь никогда не теряет самообладание. Я нашла Колту и молча пошла за ним, не зная, что ожидать в будущем.

Раньше я не очень беспокоилась о таком. Мне и в голову не могло прийти, что император потребует меня как наложницу. Да еще и так быстро. И пока меня натирали маслами, ритуал приготовления напоминал тот же самый, что и в доме Тан Ке Ши, я размышляла о том, будет ли это также тяжело как с садюгой? Теперь мне казалось, что там было даже легче. Как бы там ни было, но я имела тогда право сопротивляться. Я могла даже драться с Тан Ке Ши. Но император, Великий Хан, Правитель Поднебесной, что я могу супротив него? Я вспомнила слова Бабуши, и они теперь казались мне каким-то предзнаменованием.

— Она готова, — прервала поток моих мыслей придворная дама.

— Как это готова? А одежда? — я посмотрела вниз на себя, на мне ничего не было. Я полностью обнажена.

— Одежды не надо, — сообщила дама, иронично выгнув брови.

Она поднесла большое пуховое одеяло, вышитое белыми журавлями и завернула меня в него как в кокон.

— Господин Колта, она готова! Забирайте!

Дворцовые дамы отошли от меня, склонившись в поклоне. Зашел Колта и евнухи охраны. Колта подошел ко мне, поднял и положил себе на плечо, как большую пуховую гусеницу.

— Идем! — велел он.

Колта быстро пересек двор, неся меня так легко, словно я весила не больше перышка из этого одеяла. Мои мысли между тем вертелись только вокруг одной фразы: «Я голая, я голая…я голая!»

Мы пришли в императорские покои, я узнала резные двери с изображением зверей и птиц, нанесенных золотой и серебряной краской, в которые входила будучи евнухом. Колта зашел один, оставив охрану позади. Он поставил меня на ноги наконец. Я вцепилась в одеяло как за последний защитный рубеж.

В покоях царил приятный полумрак. На столике уже были разложены пригубленное вино и разнообразные яства. Император восседал на постели, наполовину скрытой роскошным балдахином. По обычаю императору приносили наложниц именно таким образом. Жены типа Сон Нян сами приходили к нему. И только императрица ждала в своих покоях, чтобы император пришел к ней сам.

Колта поклонился и, пятясь задом, ушел. Двери с шумом захлопнулись, я испуганно взглянула на Тогона. Он был в вечернем облачении. Легком шелковым халате цвета слоновой кости с вышитыми на нем магнолиями.

— Мату, — произнес он, проскользив по моему кокону взглядом, — мне ведь так тебя называть?

— Да, Ваше Величество, — я кивнула, так как поклониться в одеяле было проблематично.

— Ты знаешь почему я позвал именно тебя?

— Да, Ваше Величество.

Тогон встал и вдруг рассмеялся.

— Нет, не знаешь!

Он приблизился, заглядывая в мое лицо. Он выглядел весело, но как-то странно. Уж не пьян ли он часом.

— Мату, Мату, я знаю кто ты.

— Кто я?

— Да! — воскликнул он и его глаза загорелись, лицо немного исказилось, — Мату, я позвал тебя не чтобы предаться любовным утехам, как ты подумала. Мне не нужно от тебя то же, что и другим мужчинам, мне нужна от тебя майтхуна!

— Майтхуна? А что это? — озадаченно спросила я, чувствуя приятное облегчение, мне захотелось присесть от внезапно охватившей слабости, какая бывает от испытанного напряжения, но сесть было нельзя пока Тогон не прикажет.

— Я тебе все покажу, — радостно сообщил он, — пойдешь со мной по доброй воли, о великая?

— Эээ, — я растерянно повела глазами, но рядом не было никого, кто мог бы пояснить что означал сей пассаж как сказали бы французы.

Лицо Тогона просияло, он помахал мне рукой, призывая следовать за ним. Я прошла за постель. Император нагнулся к полу, отбросил ковер из шкуры тигра, и я увидела круглый люк, украшенный нефритами. Ручка его была выполнена из лазурита.