«Горячий свой привет стране родной…» (стихи и проза), Чехонин Михаил Георгиевич

«Горячий свой привет стране родной…» (стихи и проза)

Чехонин Михаил Георгиевич

Шрифт:

1932

Город

Когда закат обнимет горы Далекой дымкой облаков, Тогда я выйду в тихий город Бродить меж дремлющих домов. Там на косые переулки Ползет сиреневая тень, Там воздух, дымчатый и гулкий, Слагает песенную лень. И чей-то говор запоздалый Плывет над сонною водой… О город, призрачно усталый, Я не отдам тебя — ты мой. Моя разорванная память Тебя навеки сохранит — И то, как пахнут твои камни, И то, как твой закат горит. Я вижу странные виденья, Как неразгаданные сны, Когда я чувствую плененье Твоей прохладной тишины. И я, как честный неврастеник, Шепчу, усталый и смешной: «Мой старый город, я — твой пленник, Возьми меня, я твой, я твой».

Улица

У этой улицы нет ни начала, ни конца; Она протоптана вечной нуждой. Безымянная, она без лица, Она озабочена только собой… Но однажды я видел в темном окне Одного полумертвого дома — Две тени дрожали на лунной стене, И кто-то шептался, так нежно, Так чутко-знакомо… Пусть эта улица без лица, Пусть она знает ненастье — Но и к ней, согревающее сердца, Забредает человеческое счастье. В этой глупой борьбе за кусок хлеба Я умру или уеду в другие края. Но будет долго смотреть в небо, В далекое пустое небо, Улица старинная моя!

Лестница

Молчанье улиц. Черные от скуки Старухи смотрят взглядом старых сов. В усталом доме шевелятся звуки Давным-давно произнесенных слов. На лестнице причудливые тени Покажут время, как мои часы, Знакомый кот, полуживой от лени, Ко мне протянет редкие усы… Ты встретишь молча. Я отвечу тоже Глазами, полными горячих слов. Молчанье улиц станет еще строже От шёпота бессонных, черных сов.

1941

В порту

Соленый запах северных морей Врывался песней в сонную погоду, И вздрагивали цепи якорей, Опущенных в коричневую воду. На пристани кричала детвора И душный мрак заглядывал в подвалы, Где пили и шумели до утра Какие-то красавцы и нахалы… В гостинице, на третьем этаже, Приезжий капитан с лицом пирата Лежал в постели с книгой Беранже И дым пускал весьма замысловато. Звенели песни пьяных моряков На белом пароходе из Панамы, И, не мигая и не зная снов, Смотрели в небо угольные ямы, Где посреди раскинутых миров Ждал лунный рыцарь появленья дамы…

Зимнее море

На песок сыпучий и холодный Гребни волн выбрасывают льдины. Море, море, как ты зло сегодня. Хмуришь брови на слепое солнце. Помнишь сказку мудрую такую: Жил старик со старою старухой, Попросил он рыбку золотую Сжалиться над жизнью безнадежной… Море жизни сказками покрыто, Но не видно чуда золотого, В каждой сказке — старое корыто, В каждой песне — присказка смешная. Никого не видно в синем море, Только волны белые гуляют. Как ты зло сегодня, мое море, Хмуришь брови на слепое солнце.

1939

Детство

Тихий дворик, качели, За воротами лают собаки, На окне потемнели И повяли усталые маки. Воздух сладкий и клейкий, Бьют к вечерней в соседнем соборе. Кошки ищут лазейки В покосившемся старом заборе. Завтра вновь воскресенье — Будут шумные гости, наверно. Сон неслышною тенью Накрывает меня и Жюль Верна… Тигр, как Жучка, залаял, Задрожало змеиное око. Тихий дворик растаял В синей дали реки Ориноко.

Властитель дум

Ты был со мной, властитель гордых дум, Когда на голос музы дальних стран Я шел в пустыню, где ревел самум, Грозя похоронить мой караван. Смеялся ты, когда разбитый наш Корабль стонал от ветра и огня, Глотая дым, мы шли на абордаж — Ты лез вперед, чтоб заслонить меня… О сколько раз, сжимая карабин, Я пробирался в девственных лесах, И долгим эхом каменных ложбин Ты укрощал мой непонятный страх. Как можешь ты безмолвствовать теперь, Когда фокстрот танцуют дикари, Когда вокруг так пусто от потерь И вдаль идут чужие корабли…. И я в тоске бесплодных горьких дум Не вижу больше музы дальних стран — Меня слепит безжалостный самум, Меня влечет в пучину океан!

Миг

Тонут дни в какой-то дикой мгле. Гибнут ночи в солнце золотом — Все внезапно стало на земле Непробудным, непонятным сном. Счет минутам и векам пропал, Словно звезды вышли из орбит, Полетело все в один провал — Человек, пылинка, трилобит. Захлестал огней каких-то рой По стеклянным, неживым глазам. И небольно, словно он не мой, Камень сердца треснул пополам… Но качнулась вдруг ночная тень И вспугнула наважденье прочь… О какое счастье, что есть день! О какое счастье, что есть ночь!

Эллада

Послушны северные скифы И шлю послов в Пелопоннес… И волны пенятся о рифы, И героические мифы Вплетает в жизнь седой Зевес. Смеются дерзкие вакханки В тени магнолий и дубов. И торопливые служанки Спешат к прекрасной лесбианке — Вести ее на пир стихов… Гремят по всей Итаке трубы, И льются песни молодых… Объятья радостны и грубы, И шепчут трепетные губы: «Ты самый лучший мой жених!»

Годы

Так судьба стучится в дверь

Прощай, святая иллюзорность Надежд бесценно молодых, Ты обратила непокорность В удушье дум полубольных. Душа, как сумрачные своды, Покрыта плесенью времен, И годы, медленные годы, Хоронят юношеский сон. Они уносят в беге тайном Тщету моих прекрасных грез, Лаская жизнь лучом случайным На фоне злых метаморфоз. Они идут от мрака к свету И снова падают во мрак; В мифологическую Лету Направлен их бесславный шаг. Туда, где холод замогильный Венчает вечностью добро, Где гордо царствует всесильный Его Величество — Зеро.

Салют

Я простился с теми пристанями, Что по-русски тихими зовут. Я спою над пенными волнами Обо всем, что в сердце берегут. Пусть мое лицо обвеют ветры — Жизнь страшнее, чем полярный круг, Не заглушит буря моей песни, Не скует и холод моих рук. И назад едва ли поверну я, Мои мысли — это сталь и медь; О труде великом повествуя, Сердце их заставит закипеть… И когда я встречусь с кораблями, Я товарищеский дам салют — И они простились с пристанями, Что по-русски тихими зовут.

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11-16

Поделиться с друзьями:

Чтение онлайн

КНИГИ

АВТОРЫ

ЖАНРЫ

Деловая литература

Детективы

Детские

Документальная литература

Дом и Семья

Драматургия

Жанр не определен

Компьютеры и Интернет

Любовные романы

Научно-образовательная

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия и эзотерика

Справочная литература

Старинная литература

Техника

Фантастика

Фольклор

Юмор

«Горячий свой привет стране родной…» (стихи и проза)

Чехонин Михаил Георгиевич

Шрифт: