Чтение онлайн

— Глупец! Убив, ты избавил меня от мучений. Я до сих пор не могу себе простить гибель Сазофа. Он был сильным чародеем с добрыми помыслами, а ты занял его место, чтобы творить зло.

— Не строй из себя из себя чистюлю, — Балтамор плюнул ей под ноги, — ты знала, что я собираюсь сделать и не остановила меня. Сазоф мешал тебе. Ты хотела получить Магию Хранителей в единоличное пользование, но у тебя не хватило знаний и умений, а мне хватило, и теперь все пятеро в моем плену. Сейчас я заберу Силу у этого мальчишки, который и охранять-то ее толком не может, так что это будет очень просто, а потом с помощью ключа объединю все части в одну. Мне не будет равных, я уничтожу небесную власть вместе с этими противными ангелами, которые вечно лезут не в свое дело. И вообще, у меня аллергия на их пух.

Балтамор взмахнул рукой, и призрак королевы растворился в воздухе. Еще несколько пассов, и исчезли стены зала, в котором только что проходило торжество. Вокруг, насколько хватало взгляда, простирался зеленый ковер сочной травы. Балтамор перенес сюда Стаса, Элларию, Ли и души Хранителей.

— Теперь нам никто не помешает, — колдун довольно потирал руки. — Я могу продолжить? Так вот, я решил сделать невыносимой жизнь близких принцессы, и все годы, что она прожила в замке, король не мог обрести покоя. Он думал каждый день, час и минуту о том, что настанет миг, когда ему придется расстаться с дочерью навсегда. Что он только не придумывал, чтобы спасти чадо, которое даже не было ему родным, в то время как настоящая принцесса прохлаждалась на небесах.

Время шло, и я уже предвкушал тот день, когда смогу завладеть недостающей мне частью Магии. Пять Хранителей уже были у меня в руках, оставалось собрать все части в одну и тогда с помощью ключа я смог бы объединить их Силы.

Колдун закашлялся, смахнул пот со лба и продолжил:

— Бедняжка ангелок не догадывалась, что за ней следит злой дядя колдун, — притворно посочувствовал Балтамор, — и спокойно отправилась в чужой мир за Хранителем.

Ли, которую все принимали за принцессу, дернулась, но Стас ухватил ее за локоть, удержав на месте. Он понимал, что колдун во много раз сильнее и не стоит сейчас его провоцировать.

— Ты удивлена? — переспросил Балтамор. — Да, я знал все с самого начала, но не мог отправиться в тот мир, к тому же были дела поважнее. Но ты и сама прекрасно справилась. Сначала я решил, что ангелочку не удалось найти Хранителя, потому как она долго не возвращалась, пришлось пойти на некоторые хитрости. Например, отправить призрак короля на встречу с тобой, но я немного не рассчитал, и на фантом наткнулся сам Хранитель. Он, конечно, мог и не рассказать об этом принцессе, такие вещи в мире Хранителя называются… глюнац… гланюц… Глю-ци-на-ции, вот как. Пришлось подкупить одну русалочку, дочку подводного короля, которая с большим удовольствием запугала его до смерти. Идиотка поверила, что я смогу дать ей ноги и она сбежит на землю к своему возлюбленному.

И после этого кто-то будет говорить мне, что Магия правильно выбирает для себя пристанище? Смертный, который даже грозу наколдовать не сможет, носил в себе огромную Силу. Но теперь-то я, наконец, исправлю это, и справедливость восторжествует.

Глаза колдуна блестели, как у буйнопомешанного, руки дрожали, разве что пена изо рта не шла.

— Каюсь, упустил тот момент, когда вы решили вернуться и, конечно же, не заметил, как успели поменяться телами. А ты здорово играла из себя ничего непонимающую, Лилуйана, — колдун вытер рукавом слюну у рта, — дескать, не знаю, как ты сюда попал и что теперь с тобой делать, но при этом всеми силами старалась не упустить Избранного из вида. Про "магию круга" было остроумно, но ты упорно не хотела менять тела обратно, ответишь почему?

Ангел отвечать не хотела, о чем говорили плотно сжатые губы и кулаки. Ей было стыдно перед Стасом, который так же, как и колдун, ждал этого откровения. Молчание затягивалось и пришлось говорить.

— Это был единственный выход, если бы я сразу отдала ему тело, он без труда смог бы вернуться домой, как только захотел бы этого, ведь в нашем мире Магия ему подвластна. Но так как я ненастоящая ведьма, моя оболочка сдерживала его Силу и не давала проявиться в полной мере, пробуждаясь лишь в те моменты, когда жизни Хранителя действительно угрожала опасность.

Стас не знал как себя вести. С одной стороны, он все понимал, но это понимание пришло только сейчас, когда они вместе с Ли, или как он думал с Элларией, прошли столько испытаний. С другой стороны, он был страшно зол за то, что его использовали как марионетку.

— Ты не имела права так со мной поступать, — побледнев от злости, сказал Стас, — это моя жизнь, которую я мог потерять по твоей глупой прихоти. Ты хотя бы понимаешь это?

— Конечно, понимает, — подлил масла в огонь Балтамор, — вспомни хотя бы купидона. Это я подменил его любовные зубочистки на настоящую боевую стрелу, которую ты чудом успел остановить подушкой. Тогда я еще не знал, что вы поменялись местами, и думал, что убивал ангелочка, который на тот момент уже сильно мешала.

— Прости меня, — прошептала Ли, но Стас ничего не ответил, а только отвернулся от нее.

— Ах ты, старый провокатор, — влезла в разговор настоящая Эллария, — ты ведь прекрасно помнишь, что вместе с купидоном в замке вампиров появилась и я именно для того, чтобы помочь.

Эллария попыталась вцепиться в бороду колдуну, но также была остановлена Стасом.

— Мне кажется, — начал он, оттащив в сторону строптивую принцессу, — что пока только я прихожу вам обеим на выручку, хотя должно быть наоборот. Вы могли рассказать мне все сразу, подготовить к этому дню, но вы решили поиграть в героев. Чего в итоге добились — очевидно. Я не знаю, что мне делать с вашей Силой и как защитить себя, зато теперь мне понятны некоторые странности в поведении Элларии и Лилуйаны. Например, когда я расспрашивал у принцессы о жизни ангелов, она отвечала уклончиво и совсем неубедительно, а когда меня пытались сжечь на костре, Ли говорила, что не может мне ничем помочь, и предлагала позвать друзей, хотя совсем рядом стояла настоящая ВЕДЬМА, — на последнем слове он сделал особый акцент. — И в замке колдуна ты защищала не меня, а себя…

Стас сделал паузу, стараясь справиться с накатившими эмоциями.

— Мне самому следовало догадаться. Ведь когда Арчи взял у меня каплю крови, он думал, что использует Силу ведьмы, но ведь на ее месте был я. В итоге он получил силу Хранителя и теперь наверняка уже мертв, вряд ли Магия его пощадила.

— Пойми, — оправдывалась Эллария, — нас поменяли еще в младенчестве. Двадцать лет одна из нас жила на земле, лишь смутно представляя, что такое быть ведьмой, а вторая на небесах, не особо вникая в небесные законы. Нам, так же как и тебе, не удосужились объяснить, кто мы такие. Я до недавнего времени считала себя твоим ангелом-хранителем, а Ли думала, что она ведьма.

— Я понимаю, но все же это не игрушки и вы могли немного подготовиться, прежде чем включать меня в эту битву. Там, на костре, мне показалось странным, что ангел вспомнила о чудодейственной силе своих слез, лишь когда испытала их в деле. А в подземелье вдруг обнаружился лаз для побега, который почему-то никто до нас не заметил. Потом была ведьма, которая сильно удивилась наличию у нее огромной Силы. Я чувствовал: что-то не так, но не мог понять, что именно. Еще этот странный домовой… Кстати, что за секрет у вас был с Марлином из замка Балтамора? Ведь когда он говорил, что видит людей насквозь, то имел ввиду совсем не то, что и я? Он узнал в нас именно Хранителя и ангела?

— Так решил Магический совет. Мы не в праве обсуждать его решения. Двадцать один год назад они сказали, что так будет лучше. Никто не спрашивал у нас разрешения или согласия на это.

После секундного замешательства Стас продолжил:

— Не нужно слов. Теперь я знаю, как относиться к тебе, Эллария, и к тебе, Лилуйана. Вы просто две лживые эгоистки и ничем не уступаете тому злу, с которым пытаетесь бороться. Оно внутри вас и победить его будет очень сложно, если вообще возможно. Прежде чем умереть, я хочу знать всю правду до самого конца. Если я действительно Хранитель, то значит мой мир мне не родной? Кто мои родители? Кто я сам? И почему Хранителей только шесть?