Чтение онлайн

И на этот раз она не согласится стоять за нашими спинами.

— Эти девчонки с радостью надерут тебе зад, — предостерегаю я. — Не заставляй доказывать на деле.

— Да не собираюсь я в драку, успокойся, — сестра становится прямо перед носом Димы, как скала. — Пойду в медблок, там наверняка не помешает еще пара рук.

— Откуда ты умеешь? — почти сдавшись, удивляется Димас. — Да и мы о медиках вообще не думали, — признается он.

— На тебе научилась! — взрывается Таля. — Пошли поможешь, не думали они, — с гневным шипением сестра утаскивает Димаса в сторону лестницы, а меня внезапно пробирает на смех: ну просто образцовая семейная пара, и даже ругаются они тепло и по-доброму.

Мы с Костей остаемся вдвоем, пусть и вокруг — целая толпа.

— Ты даже не пытался меня отговорить, — прижимаюсь к нему.

— Если ты не получаешь, что хочешь, то творишь такую дичь, что впору вешаться, — ворчливо замечает парень. — Знаешь, чем сильнее я пытаюсь тебя обезопасить, тем сильнее ты сама лезешь в мясорубку.

— Угу, — киваю с довольным, несмотря на окружающий хаос, видом. — Если ты скажешь не совать в розетку мокрые пальцы, то это будет первым, что я сделаю.

— И последним, — напоминает парень, а затем отлепляется от меня и берет мое лицо в свои ладони. — Ты хотя бы ради приличия постарайся выжить, — взглядом как будто душу пронизывает. — Хотя бы ради меня.

— Ты тоже, — почти шепчу, потому что голос, предатель, ни с того ни с сего сел.

Из-за спешной эвакуации и отсутствия руководителя, который привносил бы в общие действия организованность, вокруг стоял жуткий гвалт, и ничего не было понятно. Димас, оставшийся один на весь офис, делал все возможное, но его, как ни крути, было мало. Нас пихают со всех сторон, кто-то больно пропадает мне локтем между лопаток, и я теряю равновесие — и упала бы, если бы Костя меня не удержал. Переглянувшись с парнем, я понимаю: пора брать дело в свои руки. Не зря же мы здесь.

Для начала надо вниз, к подвалу, — там тир, и не мешало бы захватить по паре запасных магазинов, если они еще остались. Мне сложно представить масштаб, сколько бойцов уже есть в здании и сколько еще едет сюда: обычно силовой стороной занимался Ник, и ему это даже нравилось, но Ника сейчас нет, и непонятно, вернется ли он в ближайшее время. Вернется ли он вообще.

Решимость в глазах Кости не оставляет сомнений: командовать будем мы. Если вдуматься, то не мы, а в основном он: я еще сосредоточенно слушаю инструкции и наставления, потому что руководить людьми — это пожалуйста, это ко мне, но управлять бойцами, которые понимают гораздо больше меня — слишком большая ответственность, и безопаснее для всех, если я буду четко следовать Костиным указаниям.

На подходе к тиру мы снова сталкиваемся с Марсом.

— Стой, — на бегу хватаю его за рукав. — Откуда ты взялся?

Он не успел бы добраться сюда из особняка, разве что и правда изобрел телепорт.

Уголок его рта шало ползет вверх от такого вопроса: все-таки сейчас не лучшее время для светских бесед.

— Я следил за офисом Голубева, — объясняет он. — Между прочим, это я узнал, что Елисеев выезжает сюда, — чтобы не стоять на месте, мы продолжаем путь. — Мы с Димой похимичили над вентиляцией на днях, на всякий пожарный, и я пустил в здание сонный газ. Дима через свои подключения к их системам заблокировал все выходы, — становится все интереснее и интереснее.

— Значит, Голубев не приедет? — как камень с души. С ним и знатная часть людей Демьянова, а сам Демьянов ничего из себя не представляет без бойцов.

— И Елисеев об этом не знает, — кивает Марс. — Есть и плохая новость: Чалов будет. Я не ставил им глушилку, собирался в ночь на послезавтра, чтобы ничего заранее не заподозрили.

Чалов — это плохо, это очень плохо, но шансы у нас все-таки есть. Из всех, кого мы старательно устраняли с дороги последние месяцы, остался только он да Маликов, но Маликов вряд ли сейчас помчится к нам, потому что с борьбе с Ником ему, должно быть, не до этого.

Странноватая Алиса, хорошо знакомая мне дежурная нашего тира, уже взмокла, выдавая оружие.

— Патронов, — сходу не просит — приказывает — Костя, хлопая ладонью по стойке.

Девушка не слышит, в таком шуме и я еле различаю, что он сказал, но дожидаться некогда. Вместе с остальными мыслями, скачущими в черепной коробке, галопом проносятся расчеты.

С момента Димасовского звонка прошло чуть меньше получаса. Марс сообщил ему еще минут за десять до того, нас бы не стали держать в неведении дольше. Непонятно, откуда выдвинулся Елисеев, но и из его офиса, и из московского дома сюда добраться можно минут за сорок — сорок пять с учетом объезда пробок в этом районе. Сейчас половина восьмого, и скорее всего, все начнется в ближайшие минуты. После восьми сюда соваться глупо, многие уже уходят домой, остаемся обычно только мы, программисты, диспетчера и координаторы — те работают и в ночные смены. Помимо обычной охраны есть и отряд бойцов, который тоже дежурит по ночам — на непредвиденные случаи.

— Подсади, — пихаю парня в бок, но, не успевает он обернуться, как я уже сама перемахиваю через стойку дежурного.

Елисееву, конечно, нет смысла нападать на почти пустое здание — зачем? В рабочее время здесь ненамного больше тех, кто способен оказать сопротивление, и если бы он хотел что-то выкрасть, например, то собрался бы совсем ночью. Нет, он решил разделаться с нами раз и навсегда, и в этом случае чем больше смертей он запишет на свой счет, тем вернее.

Можно было бы просто массово покинуть офис, чтобы противника встретила пустота, но это ничего не решит: Елисеев достанет нас и в особняке, и в любой точке мира, это лишь вопрос времени, и чем оттягивать неизбежное, лучше как следует подготовиться в эти последние минуты.

Пыхтя от напряжения, я взгромождаю на стойку ящик с патронами. В углу есть и второй, и я, чувствуя, что вот-вот надорвусь от тяжести, тащу его по полу. Можно было бы не поднимать его вовсе, открыть дверцу стойки изнутри и выставить рядом на полу, но бесполезно — затопчут.

— Давай помогу, — сбоку вырисовывается Марс, подхватывает ящик легко, как пушинку, и помещает его к первому.

Распихивая по карманам запасные магазины с полок, внезапно оказавшуюся в общем свалке гранату и черт знает, что еще, я запоздало замечаю, что вокруг стало до невозможного тихо.

— Разбиваемся по по десять, — слышу спокойный голос Кости, — по пять человек, — он поправляет сам себя, прикинув общее и явно неутешительное количество бойцов, — у кого нет при себе оружия — в очередь.

Паника ушла, и стоило голосам стихнуть, как выяснилось, что людей у нас совсем мало, и числом Елисеев значительно нас превзойдет, но сдаваться рано. Глядя на них, я чувствую только собранность и хладнокровность, каких будто бы не было еще пару минут назад: вот что значит руководящая сила. В этот же момент меня озаряет идея, и я, снова напомнив себе, кем на самом деле являюсь, выхожу вперед: довольно отсиживаться в тени Жилинского. Дождавшись, пока пушки и патроны получат все, командую:

— Расходимся по зданию, — указываю на план, висящий на стене. — По две пятерки в разные концы нижних этажей, — на первые четыре хватит. — Скрыться в кабинетах и сидеть тише воды, ниже травы, пока не начнется.

Елисеев думал напасть на нас неожиданно, но вот они мы — здесь, и мы осведомлены и будем готовы. Он же не знает, что мы знаем, а значит, это мы, а не он, возьмем внезапностью.

— А первый этаж? — спрашивает Костя, развернувшись ко мне. — Попытались бы остановить их в холле.