Чтение онлайн

Ещё несколько шагов... ветки с голубовато-зелеными листьями разошлись в стороны под моими руками... я шагнула в просвет и увидела...

...как Тэймин обнимает Таллу Ней и медленно гладит по длинным серебристым волосам.

Поглощённые своими эмоциями, они меня даже не заметили. Осторожно, но решительно я принялась закрывать свое ментальное поле щитами, пока не почувствовала, что забаррикадировалась наглухо. Ведь в сущности ничего предосудительного Тэймин не делал, лишь успокаивал расстроенную чем-то девушку, и мне не хотелось из-за своей дурацкой ревности и психологических триггеров выставлять себя дурной истеричкой перед телепатами.

Но сердце отказывалось внимать доводам разума и логики, а издерганная нервная система отчаянно буксовала на выплеске негативного адреналина.

Наверное, я слишком отрывисто вздохнула, глядя на длинные красивые пальцы Тэймина, которые скользили по сверкающему серебру чужих женских локонов... потому что он вдруг резко повернул голову и окаменел при виде меня, стоящей неподвижно и безмолвно в зарослях густого кустарника, с немым вопросом в глазах.

Ментальная стена с его стороны исчезла мгновенно, испарилась без следа, словно ее и не было. Я почувствовала лёгкие прощупывающие касания мощного разума, тщетно пытавшегося прочитать мои мысли, но отлично распознавшего всё, что я испытывала при виде парочки напротив.

Тэймин переменился в лице и отстранил Таллу Ней. Она прижала ко рту руку, глядя на меня широко распахнутыми прекрасными глазами, и я осознала, что впервые вижу ее в таком эмоционально растрепанном состоянии, взволнованную и смутившуюся. Это вызывало смешанные чувства и повергало в ещё большую растерянность.

– Гайя, нет... – с болью в голосе прошептал Тэймин, когда я сделала шаг назад. – Не закрывайся от меня. Я всё объясню!

На ресницах Таллы Ней всё ещё блестели капли слёз. Словно прозрачная утренняя роса на листве. Она была такая красивая... и подходила Тэймину гораздо лучше, чем человеческая полукровка с врождённым комплексом неполноценности.

– Всё в порядке, – с трудом выдавила я, не глядя больше ни на кого. – У вас важный разговор. Не буду вам мешать.

– Гайя, подожди. Нам нужно поговорить, прямо сейчас. Ты напрасно так серьезно всё воспринимаешь.

Я выставила руки вперёд в непроизвольном защитном жесте, останавливая дернувшегося ко мне мужа, и возразила:

– Нет, не сейчас. Пожалуйста... Мне нужно побыть одной, – после чего торопливо пошла прочь.

Больше всего сейчас хотелось залезть под горячий душ и согреться, потому что холод преследовал меня по всем уровням – на физическом из-за утренней прохлады, на энергетическом из-за ментальных щитов и на душевном из-за увиденного и неоднозначно воспринятого. Никогда прежде я не думала и даже не подозревала, что эмоции способны настолько тотально затмить процесс нормального мышления. С этим надо было что-то делать, и срочно.

Сбившееся дыхание Тэймина от моих слов было слышно даже на расстоянии.

– Даю тебе час, Гайя! – крикнул он мне вслед. – И найду, где бы ты не спряталась. Обещаю!

Звучало это почти угрожающе.

До своих покоев я так и не добралась. На первом этаже в проёме между фойе и большой красной гостиной топтался огромный центаврит Хрык с видом угрюмой растерянности. Как если бы он случайно наступил на ценного хозяйского щенка и теперь не знал, как поступить – умолчать об этом или пытаться его реанимировать.

Я по-прежнему держала ментальную оборону, чтобы не слышать Тэймина в нашем общем состоянии душевного разлада, поэтому прочесть Хрыка не могла. И тогда просто спросила:

– Что случилось?

Он исподлобья глянул на меня и буркнул:

– Я это... вышел на бережок глянуть поближе на местную штуковину с запасами воды... как там вы ее называете...

– Океан?

– Ну. Типа того. А там прямо из воды напротив дома вылез голый мужик и потребовал, чтобы я проводил его к госпоже Чудо-Юдо.

– Наверное, это был кто-то из плывчи, – равнодушно предположила я, мечтая поскорее отвязаться от центаврита.

– Плывчи? – Хрык коротко мотнул головой. – Не... он сказал, его зовут Грай. Я спросил, не тот ли Грай, что намылился в личные рабы к моей Стерве. А он решил в ответ пощекотать мой нос своим слабым кулаком. Ну я и... врезал ему, коли он разговору драку предпочитает.

Беседа неожиданно приобрела интересный оборот. А главное – смогла отвлечь меня от собственных комплексов и навязчивых мыслей об устрашающей силе обаяния плачущей Таллы Ней.

– И где он теперь?

– Где упал, там и лежит, – пожал плечами центаврит.

Я закатила глаза.

– Ладно, веди меня к нему.

По дороге к пляжу вызвала Дуно с парой его братьев – мало ли что. Из-за неприятной истории с экстремистской группировкой плывчи непосредственная близость океана провоцировала лишнюю нервозность, а мне и без того было из-за чего переживать.

Грай действительно обнаружился на отмели – непривычно тихий, неподвижный... и голый. Атлетически мощная фигура расслабленно лежала на песке, словно этот бунтарь в кои-то веки решил забыть обо всех проблемах и просто поваляться на берегу. И лишь широкий упрямый лоб казался деформированным из-за стремительно набухающей шишки, опровергая общее впечатление.

Бегло осмотрев его, я недовольно сказала:

– Хрык, не бей его больше. Даже если он нарывается. Ты ведь значительно сильнее его и знаешь это.

– Я не думал,что он такой хлипкий, – с детской непосредственностью объяснил центаврит. – И что теперь?

– Теперь у него сотрясение мозга. Дуно, Бурд, отнесите его в лазарет. Только осторожно!

Кроме спящей ясенирской псевдожурналистки, в домашнем лазарете никого не было. С неприятным удивлением я обнаружила на шее Таны Зу рабский ошейник, которого прежде не было. Дуно, внимательно наблюдавший за мной, тут же сообщил:

– Это не совсем рабский ошейник, госпожа. То есть функции те же, но без трансляции в тигарденскую базу рабовладельцев. Используют при транспортировке заключённых и буйных психов... Его надел посол Делл. Он считает, что эта женщина опасна для вас без возможности хотя бы ее физического контроля.

– Опасна? Да она ранена и едва передвигается!

– Посол обеспокоен вашей безопасностью, госпожа, – не согласился Дуно. – И мы тоже.

– Кстати, где он сейчас?

– Вместе с господином Фьоллом отправился в дом средней госпожи Танн, матери младшей госпожи Мары Танн... то есть теперь уже старшей госпожи Танн, матери средней госпожи. Они не получили ответа на сообщение о ее возвращении. И по коммуникатору не смогли до нее дозвониться.

Грай заворочался на своей койке, затем коротко простонал. Я поспешила к нему и вовремя удержала от попытки сесть.

– Тише, тише... после сотрясения мозга лучше полежать.

При звуке моего голоса он резко открыл глаза. Белки покраснели и казались воспаленными от проступивших на них кровеносных жилок.

– Госпожа Гайя... вы здесь...

– С этим не поспоришь, – я криво улыбнулась его жадному взгляду и спросила: – Зачем ты сбежал? Тебе же вроде бы необходимо находиться среди космозонгов, а не плывчи. Ради своей... миссии.