Чтение онлайн

Она отдалённо напоминала Майю. И я только на мгновенье представил, что не выжег на разуме девушки печать... что всё пошло по-другому, и у неё родился сын... а меня -- нет рядом... Его бы ждала судьба ещё хуже, чем Райнора. Поймав мой взгляд, выражение которого я даже не хочу представлять, полукровка вымученно улыбнулся.

Райну ещё не было восемнадцати и по человеческим законам он не являлся совершеннолетним. Отказ от родительских прав и передачу опекунства оформили за полчаса времени и пару звонков по нужным номерам. Когда она в открытую потребовала денег за "этого ублюдка, которого пришлось кормить и содержать столько лет", меня перекосило, а папу рывком бросило в первую стадию трансформации.

Вытолкав полукровку из кухни, где подписывали бумаги, я потребовал, чтобы он побыстрее собирался. Лишь бы не слышал всего этого.

Райнор унёс с собой только тощую спортивную сумку. Я немного помогал со сборами, был в его комнате. Про ободранные, древние обои и прогнившую мебель, по которой уже лет тридцать помойка плачет, промолчу. Содержимое шкафа вообще ввело в траур. Я отговорил тёмного брать с собой эти... бомжарские обноски, невеликое количество которых он держал в шкафу. Хорошего и качественного, видимо, здесь он не держал совсем. Зато что-то оставлял в подсобке СТО. Раньше я внимания не обратил, а теперь вспомнил, что и мотоцикл у него не такой, как у остальных. Хорошо затюнингованный, любовно отделанный, но собранный своими руками из разных запчастей, с древней развалюхой в основе. Так что, уходя из дома, который перестал быть домом, тёмный оставил там практически всё своё не самое желанное прошлое.

Когда мы уже уходили, женщина решила проявить свои материнские чувства. Сунула в руки сына кое-что из того, что он решил не брать и немного визгливо сказала:

– - Куртку надень! На улице не лето.

– - Не нужно мне от тебя больше ничего!
– - Райнор неожиданно зло оттолкнул её руки с протянутой вещью.
– - И грёбаных подарочков... с барского плеча твоих поклонников... мне тоже не нужно!

Её лицо исказилось от злобы, она набрала в грудь воздух, чтобы снова наорать на "неблагодарную тварь", но не успела. Я заступил ей путь.

– - Не стоит, -- обронил отец, оттеснивший Райна себе за спину.

Она помолчала и резко выдохнула, не сказав ни слова.

Папа дал ей денег. Достаточно, для компенсации. А чтобы она не раскатывала губу на большее -- поговорил. Тихо и спокойно. Когда за нами захлопнулась дверь, женщина, кажется, запищала полузадушено от запоздало накатившего ужаса и облегчения, что мы убрались миром. Не поручусь, я не прислушивался.

Мне сложно воспринимать её как женщину, тем более как леди. Так, особа женского пола. Самка человеческого вида.

– - Теперь всё будет хорошо, -- пообещал тёмному мой папа, ободряюще сжав ладонью его плечо.

Райн поднял на нас потерянный, пустой, тоскливый взгляд. Обречённо кивнул. Через минуту распрямил плечи и более уверенно зашагал вперёд. Даже извинился за то, что нам всё это пришлось увидеть. На что мы с папой ответили нецензурно, послав его с такими извинениями в далёкие и светлые края.

В тот же день оформили ему банковскую карту, пока что на старую фамилию и настойчиво попросили не стесняться в необходимых тратах. Но при этом не делать необдуманного. И пусть не расслабляется, потому что это не халява, а в счёт будущих заслуг перед империей, это раз, и вообще, наставник обязан обеспечивать своего подопечного -- это два. Судя по виду тёмного в тот момент -- мать не раз упрекала его в том, что вынуждена тратить на "этого ублюдка" свои деньги, и он ей теперь за это должен до конца своих дней. И, видимо, свою зарплату в СТО он ей тоже отдавал регулярно.

– - С ним ещё работать и работать, -- вздохнул отец, пока Райн не слышал.
– - Психика в хлам изломана...

– - Справимся, -- ответил я.
– - У нас нет другого варианта.

Вечером, когда мы ужинали, разобравшись со всеми делами и выбрав новому жильцу комнату на верхнем этаже, Райн отодвинул недоеденный десерт и тихо спросил, не поднимая глаз:

– - Вы теперь меня не отпустите, да?

– - Пока не повзрослеешь, -- ответил я, переглянувшись с отцом.
– - А там уйдёшь, если сам захочешь. Рыцарям даже императоры свою волю диктуют лишь при большой на то необходимости.

Конечно же, мы не афишировали своё истинное положение и настоящую нашу фамилию этот птенец не слышал.

– - Мы лишь поможем тебе обрести опору, Райн, -- добавил отец.
– - Не клетку, не поводок с ошейником. Только опору под ногами и достаточно сил, чтобы идти. Или взлететь.

Тёмный внимательно взглянул сначала на меня, потом на моего отца, и старательно уткнулся в недоеденный десерт. Мы с папой только едва заметно кивнули друг другу. Даже странно, что его достаточно гадкий характер сейчас не проявляется совершенно. Я точно знаю, что Дизель и остальные несколько раз серьёзно и подолгу разговаривали с ним, убеждали, просили. Но чтобы уличный злой волчонок взял и разом доверился чужим рукам... волчонок должен быть тёмных кровей, а руки принадлежать Владыке.

Когда я доел пятое жутко вкусное пирожное и отвалился от стола, прицеливаясь к шестому, но не в силах ещё и его в себя запихнуть, папа предложил:

– - Может, переночуешь сегодня дома? А завтра я тебя отвезу обратно.

– - Не-е, -- протянул я, с грустью отказываясь как от папиного предложения, так и от недоеденной вкусности.
– - Мне завтра на отработку в "девятку" с мастером идти. Ты же понимаешь, что я должен дверь заранее заклинить? Чтобы её неделю вскрыть не могли.

Папа коротко рассмеялся и весело спросил:

– - А со мной пойдёшь?

– - С тобой пойду!
– - тут же оживился я.

– - Вот завтра заодно проверю уровень подготовки мастера, -- сказал отец.
– - А теперь марш к себе и спать!

– - Хорошо, -- пожал плечами я.
– - Только ты сам звонишь Шону с Ваном и объясняешь, что тебе лениво отвезти меня в академию. Не забудь сказать Маньякам.

– - И этот тёмный -- мой сын!
– - картинно поднял руки к небу мой папа.

– - И этот тёмный -- мой отец!
– - не менее картинно закатил глаза я.

– - Я скажу, что ты устал, -- решил папа, доставая из кармана сотовый.

Ой, я знаю, что он сейчас наплетёт про моё хилое здоровье и непомерную учебную нагрузку. Но мне лениво с ним спорить. Поэтому я пополз к себе в комнату, посоветовав Райну тоже делать ноги, пока папе не взбрело в голову показать ему "пятый Ад", например, для развлечения.

– - Перевязку сделать не забудь!
– - бросил мне в след папа.

– - Угу, -- кивнул я, подумав про себя "завтра".

До дивана бы доползти.

...Кошмар оборвался коротким, задавленным криком. Вцепившись в подушку, я лежал на полу и пытался отдышаться.

Маленький мальчик на руках, уткнувшийся в мою залитую кровью рубашку. И его тихий шёпот, прежде чем он перестал дышать: "Я немножечко посплю, пап... Так устал..." Бешенным стуком пульса в висках билась только одна мысль...

Лучше бы я умер.

Ещё мгновенье назад я держал в руках не пропоротую когтями подушку. Я, давно седой и взрослый, обнимал своего умершего кроху-сына. А второй рукой -- маленькую дочку...