Чтение онлайн

Восставшие часто сходили с ума или превращались в одержимых кровью животных. Система воспитания, созданная психологами Тайной службы и Селестой, отчасти сняла проблему, но со временем возникла новая — нежить уставала от своего существования. Ей требовалось испытывать яркие эмоции, чтобы банально оставаться активной. Вампирам, изначально перерожденным чьими-то птенцами, приходилось легче, они сразу привыкали мыслить категориями вечности.

— Вы совершенно правы, мессена. Сколь приятно, когда возвышенные помыслы моего повелителя совпадают со словами его многомудрой союзницы!

Госпожа внутренне позабавилась. Лейтенант прекрасно говорил на высочайшем наречии, но он не принадлежал к древнейшим родам и потому не разбирался в некоторых нюансах. «Возвышенными» называли истинных жрецов, слуг Бездны и Благого мира, переживших прикосновение покровителей. Сын Моря к ним совершенно точно не относился.

Кроме того — с каких пор они в союзе?

Спорили, торговались, обсуждали общие интересы они ещё долго. Скажи ей кто год назад, что у вампиров появятся совместные дела с высшей властью страны, и Селеста рассмеялась бы от нелепости предположения. Сейчас, когда лейтенант уходил под утро, они не решили и половины вопросов. Правда, пищи для размышлений разговор предоставил более, чем достаточно. Например, Сэ обмолвился, что Лаш не намерен покидать столицу и записан на аудиенцию к Сыну Моря, желая обсудить участившиеся набеги степняков.

Кочевники действительно в последнее время нападают чаще, и будут нападать, пока у них не закончится передел власти. Герцог под благовидным предлогом собирался обсудить нечто иное. Селеста надеялась, он взвесил её предложение насчет Семиречья и теперь намерен прощупать почву, оценив реакцию правителя.

Недостатки Гардомана напрямую проистекали из его достоинств. Старик всегда был упрям, жесток, несгибаем, новшества недолюбливал, правильным считал только одно мнение — своё. В то же время, он никогда не принимал решений, не рассмотрев ситуацию со всех сторон, а его ум вкупе с природной осторожностью позволяли выбирать из всех возможных вариантов наилучший.

Сломать устоявшиеся убеждения банкира могли единицы.

– У нас нет гарантий, что проект пути на восток действительно существует, — объясняла «горному старцу» Селеста по зеркальной связи. — Все доказательства исключительно косвенные. В то же время, их много. Если мы не ошиблись и нам удастся с самого начала войти в число основных фигурантов, то мы получим не просто деньги — мы получим влияние. Не говоря уже о выходе на государства дальних регионов.

– Я бы предпочел сосредоточиться на Бирате.

– Мы не можем начать экспансию в Княжество, не закрепившись в промежуточных точках, — повторила известный обоим тезис Госпожа. — В последнее время наметились успехи, Кальдеран лично занимается этим направлением. Но ждать ещё долго. Впрочем, пока не определится вектор развития событий в Талее, мы в любом случае ничего не будем делать.

– Слабо верится в дружелюбие Сына Моря, — заворчал старик. — Короли часто предавали нас, и я не только про Талею говорю.

– Этот выглядит поумнее своих предшественников. К тому же у него сейчас много других забот.

– Что не мешает ему выкачивать из нас деньги.

– Обмен денег на спокойствие меня устраивает. Впрочем, вывод капиталов в Ланаку продолжится. Я уже сообщила Латаму, чтобы он не торопился возвращаться и наводил связи в местном дворянстве — нам понадобиться благожелательное отношение верхушки и одной короткой акции по уничтожению чудовищ для формирования стабильного мнения недостаточно.

– Госпожа, я полностью согласен и давно говорил, что Ланаку надо прибирать к рукам! — полыхнул эмоциями Гардоман. — Только в этой стране, похоже, чтобы добиться стабильности, нам придется взять власть и править самим. У них же раз в пару поколений случается очередная война по какому-то дурацкому поводу, после чего нам приходится восстанавливать утраченные позиции заново! Сколько мы потеряли двадцать лет назад? Общин — три, погибших слуг из людей сосчитать невозможно, про конфискованные земли и предприятия вовсе молчу.

Высказавшись, старейшина замолк. Он не очень хорошо говорил посредством зеркал, ему вообще плохо давались любые приёмы, связанные с колдовством. Можно было бы сказать, что Гардомана не интересует развитие как вампира и он сосредоточен на зарабатывании денег, если бы не одно исключение. Старикан под настроение создавал уникальные артефакты. Его изделия не имели ничего общего с творениями магов, функционировали по каким-то своим правилам, зато поражали нестандартными возможностями. Они, безусловно, не превосходили сделанные мастерами-артефакторами вещи — просто другая школа, другие достоинства и недостатки.

– Пока что признаков очередной их национальной забавы не видно. Потом… Посмотрим. Если удастся ослабить наиболее светлые секты, наше положение и в Талее, и в Синеве само собой укрепится. Пространства для маневра будет больше.

– Проклятое «если», — она могла бы поклясться, что слышит кряхтенье. — Госпожа, я понимаю, ты надеешься доказать королю, что с нами выгоднее дружить. Но люди нерациональны! Он может просто не захотеть.

– Не стану спорить. Но выбор у нас невелик, не так ли? — риторически вопросила Селеста. Не дождавшись ответа, она продолжила: — Давай обсудим конкретику. Продажей «Перепелки» занимается Римнар, у тебя есть для него особые инструкции?

– Мы с ним уже всё обсудили.

– Прекрасно. Что говорят банкиры по поводу похода в Семиречье?

– Осторожничают, хотя в целом идея им нравится. Основные вопросы вертятся вокруг скидок на пошлины в Ласкарисе. Госпожа, если герцог даст хорошие скидки, нам выгоднее никого со стороны не звать и финансировать проект самим. От него хоть что-то слышно?

– Завтра Лаш на аудиенции у Сына Моря, думаю, как раз по поводу моего предложения. Однозначного ответа король ему не даст, но хотя бы первую реакцию узнаем.

– Ничего не меняется и мы всё ещё ждём, понятно, — снова заворчал Гардоман. — Тогда переходим к Архипелагу. Тамошние контрабандисты приносят неплохой доход, твой Грахор хорошо развернулся. Там что-нибудь изменится? Нам не придётся схемы менять из-за Кальдерана или ещё чего?

– Не в ближайшее время. Он сам с тобой свяжется.

– Хорошо, буду ждать. Тогда вот ещё что…

Закончив разговор с Селестой, старый восставший неподвижно просидел в кресле минут десять, приходя в себя. Головная боль отпускала постепенно. Хастин советовал больше заниматься и оказался прав — раньше последствия общения через зеркало проходили дольше. Сегодня Гардоман, можно сказать, легко отделался. С Селестой или магами говорить по зеркалу удобно, они и связь сами поддерживают, и образы присылают четкие. Не даётся ему менталистика, а жаль, жаль.