Чтение онлайн

Для первых лет канцлерства Бисмарка характерно преобладание либеральных методов и средств осуществления государственной власти. В это время не только снимается множество феодальных преград для развития предпринимательства и торговли, но и создается общеимперская партийная система. Создаются различные политические партии, объединяющие все слои общества: национально — либеральная и прогрессивная, социал — демократическая партия (СДРГХ) и т. д. Особое место в политической системе занимает разношерстная Католическая партия (Центра). Резко настроенная против Пруссии, она преследует партикуляристские цели. В 1875 году в результате объединения в Готе СДРП и Всегерманского рабочего союза (эзенахцев и лассальянцев) формируется реформистская Социалистическая единая партия Германии (СЕПГ), которая по мере достижения своей организационной и политической зрелости становится во главе международного рабочего движения. Социал — демократы избираются в рейхстаг, их представительство со временем все больше растет. Социалистическая идеология становится господствующей среди рабочего класса, расширяется круг социалистических партийных изданий и пр.

Бисмарк, который, как известно, неодобрительно относился к политическим партиям и придерживался «принципа великодержавности императора», должен был мириться как с неизбежным злом и с рейхстагом, и с всеобщим избирательным правом, и с активностью в нем политических партий. Он как бы перешагивал через самого себя, идя на союз с либеральной буржуазией, чтобы завершить дело объединения страны, ставшее главной исторической задачей «революции сверху».

Ситуация меняется в середине 1878 года. В этот период экономические трудности, рост влияния социалистов заставляют перейти Отто фон Бисмарка от политики «культкамфа» к политике «твердой руки». Он порывает с либералами. Правительство Бисмарка выдвигает проекты кардинальной финансово — экономической реформы, к усилению правительственного вмешательства не только в экономику, но и в другие сферы общественной и политической жизни Германии, к пресечению с помощью законодательства деятельности социалистов. Все, кто выступал против нового курса Бисмарка, объявлялись противниками «новой» Германии, сторонниками «безумных идей» социал — демократов, «ведущих народ к бунту, крови и насилию».

В 1878 году после ряда покушений на жизнь императора Вильгельма Бисмарк провел через рейхстаг «исключительный закон» «против общественно опасных стремлений социал — демократов», против социалистов, запрещавший деятельность социал — демократических организаций. Закон запрещал все организации, «имеющие целью посредством социал — демократических, социалистических и коммунистических стремлений свергнуть существующий государственный и общественный строй». Запрещались также собрания и печатные издания, пропагандирующие «подобные стремления», сбор средств с этой целью и пр. Полиции и местным властям по их усмотрению предоставлялось право запрещать собрания и распространение политической литературы, объявлять «малое осадное положение» и высылать лиц, «опасных для общественной безопасности», из мест их «вредной деятельности». На основании этого закона закрылось много газет и обществ, часто далеких от социализма. СЕПГ фактически была распущена, но ее фракция в рейхстаге оставалась действующей.

Бисмарк очень много сделал для Германии. Именно поэтому памятники ему стоят во всех крупных городах Германии, его именем названы сотни улиц и площадей. Его называли Железным канцлером. Его называли и Reichsmacher, что в переводе на русский — «Создатель рейха» или «Создатель империи». Немецкий историк Брандес писал: «Бисмарк — счастье для Германии, хоть он и не благодетель человечества. Для немцев он то же, что для близорукого — пара превосходных, необыкновенно сильных очков: счастье для больного, что он их находит, но большое несчастье, что они ему нужны».

Опыт Ататюрка и Бисмарка показывает, что сочетание тактики выжидания с тактикой блицкрига значительно увеличивает шансы на проведение культурной революции и уменьшает опасность и вероятность того, что у противников культурной революции будет достаточно сил или возможностей для мобилизации сторонников преобразований. Исключение из политической борьбы оппозиционных групп, могущих помешать проведению культурных преобразований, является главной задачей при проведении культурной революции.

На втором этапе культурной революции происходит разрушение культуры, того культурного и общественного пласта, на котором держится «старое» государство. То есть после того, как культреволюционерам удастся сформировать систему сильных и эффективных политических институтов, создать сравнительно однородное общество, никто не сможет помешать им в проведении религиозных, культурных и правовых преобразований. Когда претерпевают крах культурные пласты «старого» общества (традиции, обычаи, религия), тогда открывается путь для дальнейших изменений в обществе. Проще говоря, экономический рост требует культурных преобразований, которые, в свою очередь, требуют создания сильной власти, опирающейся на поддержку общества.

Задача состоит в том, чтобы не только разрушить культуру, образование, этические и нравственные цели, представления и идеи, но и в том, чтобы создать новые идеи, культуру, ценности. Подобно тому, как большевики на развалинах царской России сразу после октября 1917 года приступили к культурной революции. Были проведены реформы в области образования, культуры, церковь была отделена от государства, школа от церкви. Только с 1918 по 1922 год и только по суду было расстреляно 2691 церковнослужителей, 1962 монаха, 3447 монахинь и послушниц. В этот период были приняты декларации об отмене сословий, национальных и вероисповедальных ограничений и т. д.

Ататюрк проводил свою культурную революцию примерно в это же время, что и Ленин. Так же, как и большевики, после того как был заложен политический и культурный фундамент нового общества, Кемаль обратился к религии и культурным преобразованиям. Поддержку этим реформам должны были оказать представители новой и ориентировавшейся на Европу интеллектуальной турецкой элиты.

Преобразования, начатые Ататюрком, затронули несколько фундаментальных основ государства: традиционную культуру, образование, религию, семейные ценности.

На первом этапе потенциальными противниками культурной революции представлялись религиозная знать и малообразованные крестьяне. Чтобы провести желаемые социальные и культурные реформы, необходимо было обеспечить пассивность и относительное безразличие последних. Поэтому Кемаль тщательно отделил эту фазу своих реформ от каких — либо преобразований в направлении экономического развития и изменений, которые могли бы спровоцировать рост политической нестабильности и активности оппозиции.

Итак, в январе 1924 года Кемаль приступил к культурным реформам и двумя месяцами позже убедил Национальное собрание упразднить халифат и религиозные министерства, отправить в изгнание всех членов Османского дома, закрыть отдельные религиозные школы и училища, объединить тем самым народное образование и упразднить особые религиозные суды, действовавшие по мусульманским законам. Чтобы обрести замену мусульманского права, была назначена комиссия для выработки нового кодекса, и в начале 1926 года Собрание одобрило рекомендацию комиссии адаптировать к местным условиям швейцарский гражданский кодекс. Были также введены новые кодексы коммерческого, морского и уголовного права, новые процедуры гражданского и уголовного судопроизводства и новая судебная система. 61926 году был обнародован и новый гражданский кодекс, который отменял нормы мусульманского права. Взамен церковного был установлен гражданский брак.

Мустафа Кемаль видел в халифате связь с прошлым и исламом. Поэтому вслед за ликвидацией султаната он уничтожил халифат. Члены османской династии были высланы за пределы страны. Кемалисты открыто выступили против исламской ортодоксии, расчищая путь для превращения страны в светское государство. Почва для преобразований была подготовлена распространением передовых для Турции философских и социальных идей Европы, и все более широким нарушением религиозных обрядов и запретов. Офицеры турецкой армии считали делом чести пить коньяк и закусывать его ветчиной, что выглядело страшным грехом в глазах ревнителей мусульманства.