Готамерон. Часть I
Шрифт:
— Ну и ну, Грог, — в своей обыкновенной манере, медленно и с интонацией выговорил воин. — С утра красоток обжимаешь. Молодец!
Грог молчал, продолжая держать Елену в объятиях, позволив той положить голову себе на плечо.
— До меня дошел слух, что ты скоро отчаливаешь, — продолжал наемник, жестом подзывая хозяйку таверны. — Удачи! Да осветит Нисмасс твой путь.
— Я не видел тебя сегодня в поле, — глядя на мошну, отозвался Грог. — Ты знаешь правило. В ходках на монстров и бандитов участвуют все.
— Знаю, — лениво зевнул тот, и ухватился за сапог. — Я бы вам помог, да вот беда — подвернул ногу, слезая с койки. Веришь ли, едва могу ходить.
— А бегать? — с угрозой вставил Бод.
Завидев здоровяка, наемник оскалился шире, словно ждал этой встречи все утро.
— Доброе утро, Бод! Вот так сюрприз, и ты здесь. Как всегда не разглядел тебя за спиной товарища. Опять в прятки играешь?
— Утро доброе, Дисанта… Дистена… — намеренно путаясь в словах, произнес Бод. — Уф, что за имя. Дистеназа, кажется?
Обкуренный юнец прекрасно знал, что бывший капрал королевской армии не выносит, когда кто-то неправильно выговаривает его идиотское имя. Выпад удался, и Дистенза стал недовольно барабанить пальцами по столу.
— И все же? Не надоело прятаться… от меня?
— Я же тут. Всегда к твоим услугам, — отразил парень, и для верности приподнялся с места. — Хочешь, выйдем и поговорим? Говорят, за часовней трава мягче.
— Нет уж, Бод. Не уверен, что там у тебя на уме, но заранее предупреждаю, что я предпочитаю это делать с женщинами.
Последний выпад Дистензы оказался точнее. Боковым зрением Грог заметил, как задрожали губы парня. Бод, как всегда, слишком быстро сдался. Здоровяк уже собирался выйти из-за стола, но Грог вовремя ткнул его кулаком в бок.
— Сделай одолжение, — сквозь зубы прошептал парень, наблюдая, как наемник хлещет из бутылки принесенное хозяйкой вино, — возьми вместо Брика этого петуха и используй, как тебе вздумается. Лучше в качестве наживки для бульвирмов.
— В этот раз болотные черви останутся без ужина. Дистенза первый кандидат на мое место.
Елена подняла голову и негодующе посмотрела на ухмыляющегося капрала.
— Ну и где справедливость?
— Тогда ты просто обязан вернуться! — настоял Бод. — Эту змею парни нескоро прирежут. Он из проклятой брони вылезает реже, чем мурена из моря. Наверное, думает, что это сделает его гамеланцем.
— Может и не придется рисковать, — ободрил друзей Грог, — если я придумаю план лучше. Выход ведь есть всегда.
— Бывает, приходится выбирать из двух зол, — напомнил Бод и ухмыльнулся. — До моего рождения, когда на мамину ферму нападали бандиты, она частенько так говаривала, перед тем как раздвинуть ноги.
— Так выбери меньшее зло, — от всего сердца пожелала Елена. — Клянусь, если ты не вернешься через неделю, я заберу из конюшни лучшего скакуна и последую за тобой.
— Не глупи! — всерьез забеспокоился он. — Может, отцу на тебя и плевать, но мать этого точно не переживет. Она хорошая женщина.
— Я уже не ребенок и сама за себя решаю. Через шесть дней я на севере. Так и знай! Пусть это будет для тебя дополнительным стимулом.
Грог закрыл глаза. Ржавая заноза глубоко забралась ему под кожу. Плохого в этом ничего не было. Они с пользой проводили время по ночам, вот только он сам не испытывал к хозяйской дочери тех чувств, коими та была одержима.
— Тебе нужно как следует подготовиться. Возьми факелы, еду, стрелы…
— Эй! — Грог дотронулся указательным пальцем до узкой линии ее губ, заставив умолкнуть. — Уж я как-нибудь сам разберусь, принцесса. Ты сегодня слишком резвая. Книжек про рыцарей начиталась?
— Я кроме собственного имени сроду ничего не читала, — ответила Елена и, чмокнув его в щеку, встала со скамьи. — До встречи, и помни наш уговор. Ты меня знаешь.
С этими словами дочь землевладельца гордо удалилась, игнорируя цокающего языком Дистензу.
— Надеюсь, ты все продумал?
— Все.
— У нас будет время отметить твою прибавку к жалованию? Когда ты уходишь?
— Сейчас же, — к удивлению приятеля ответил он, и быстро поднялся с места. — Займу еще один день.
— Куда так торопишься? — пробормотал Бод, поглядывая на бывшего капрала, уплетавшего яичницу с тыквенными оладьями. — Умереть всегда успеешь.
— Нет уж. Пойду, поищу Брика и Скифа.
— Эти двое в амбаре, — раздался ровный голос со стороны. — Поспеши, если хочешь их застать. Парни собираются тайком улизнуть в «Каменную мачту». Представляю, как они обрадуются. Вместо шлюх пообжимаются с мертвяками.
Дистенза, как оказалось, все это время внимательно их слушал. Развернувшись вполоборота в скрипящих доспехах, капрал отдал ему честь, не выпуская из пальцев вилку.
— А ты, я смотрю, все не нарадуешься? — произнес Грог, скрестив руки на груди.
— Напротив. Жаль, что все так закончилось, — на этот раз всерьез отозвался Дистенза. — Я хотел лично снарядить тебя в последний путь, но теперь за меня это сделает нежить. Все оказалось слишком просто.
— Еще не поздно все усложнить и исполнить твое желание. Я попрошу Боруса наточить меч…
Грог вышел из-за стола, держа в руках амуницию, и застыл в дверях таверны на пороге света и тьмы. Дезертир кашлянул и схватился за бутылку, попутно бросив взгляд по сторонам. Убедившись, что их никто не слышит, он шепотом прохрипел:
— Я же сказал, что подвернул ногу.
3-й месяц весны, 10 день, Правник — II
***
Скиф и Брик оказались не в восторге от идеи. Дистенза все верно подметил, шлюхи и мертвецы несовместимы. Оба долго отпирались, придумывая разные отговорки. Даже фраза «приказ барона» не сразу на них подействовала. Дав им время на сборы, Грог вернулся в «Дырявый кошель», который к тому времени впору было называть «Бурлящим котлом». Третьего спутника он приметил на кухне. Им стал бывший обитатель пустыни, смуглый кочевник по имени Ренан. На фермах его считали дикарем, как, впрочем, и всех алмеров. Будучи здоровенным малым, шести с половиной футов ростом, Ренан презирал клинковое оружие. Мечи и топоры были слишком тяжелы и неудобны для него, поэтому воин наловчился обращаться с копьем, которое в его руках напоминало мачту. Он складывал его из двух копий поменьше, получая вездесущее боевое орудие с обоюдоострыми наконечниками. Утром в поле долговязый алмер умудрился насадить на такой шест сразу трех землегрызов. Это был один из лучших воинов барона. Сегодня он по обыкновению получил двойное жалование и собирался махнуть в город. Грог с радостью взял его с собой, теша себя мерзкой мыслью, что гибель Ренана, как и его собственная, станет двойным ударом по обороне домена и, несомненно, разозлит Орвальда.
Ближе к обеду, нагруженные оружием и припасами, они покинули двор. Доспехи решили не брать, отдав на хранение в арсенал. Лишние фунты железа в жару и холод могли носить только фанатики гамеланцы и недоумок Дистенза; им же хватало собственной одежды и плотных походных плащей, свернутых за спиной. Путь был неблизким, через горы и ущелья. Даже легкие кожаные доспехи на таком марше могли стать серьезной обузой.
До старого торгового пути они шли вдоль полей по северному краю долины. Давно уже не дорога, эта заросшая травой мощеная тропа начиналась в лощине у постоялого двора Гриффина и бежала среди зарослей, сквозь светлые лиственные леса, мимо горной реки, забираясь все выше и выше на каменистые кручи до старого подвесного моста, за которым стелился дикий край. Срезав путь через лес у фермы Годвина, они поднялись по землистому склону на дорогу восточнее охотничьего лагеря. Там, глядя на остроконечные хижины, Грог подумал о том, что неплохо было бы взять с собой Гримбальда, но потом отказался от этой затеи. Конечно, следопыт вроде него — залог безопасности в любом походе. Вот только пользы от лука в бою с нежитью никакой, да и старик Кэрк поднял бы несусветный шум.