Чтение онлайн

— Мне тоже интересно, — сказала я.

Оставшийся путь до дома Фиалок я задавалась вопросом, не хочет ли Рэйвен вернуться и изменить прошлое, где попросил меня выйти за него замуж. Только он не смог вернуться достаточно далеко. Выйдя из кареты на каменный мостик перед домом Фиалок, я подумала, а достаточно ли далеко ушли мы назад, чтобы изменить будущее.

Дядя Тедди встретил нас у двери с разбитым цветочным горшком, полным фиалок, скандируя стихотворение.

Уайтхорн и Эльфвуд

Колокол бьёт.

Беспутные девы

Воротятся вновь!

— Он тренировался всё утро, — сказала мисс Харриет, снисходительно глядя на брата. — Положи разбитый горшок на пол, Тедди, и подари девушкам цветы, которые ты для них собрал.

Тедди достал два букета из глубоких карманов помятого пиджака, так и не опуская разбитый цветочный горшок на пол.

— Спасибо, дядя Тедди, — сказала я, вдохнув сладкий аромат фиалок. — Мы счастливы, что нашли дорогу назад.

Я вспомнила, что сам дядя Тедди заблудился в Блитвудском лесу, когда был маленьким и что после этого прежним он так и не стал. По общему мнению Ордена, он потерял рассудок, но когда Рэйвен поселился в доме Фиалок, он обнаружил, что Тедди много знает о часах своего отца, которые оказались полезными для Ордена — и это улучшило душевное состояние Тедди. Когда мы вошли в фойе, выложенное лавандовой и жёлтой плиткой, все часы в доме зазвонили в унисон. Хотя каждые из них играли свой мотив, мелодии в сочетании создавали гармоничное звучание, которое заставляло меня чувствовать себя в безопасности и не зря. Таддеуш Шарп старший разработал их именно для этой цели.

Когда мы вошли в оранжерею, из кухни вышла молодая женщина в жёлтом платье, неся поднос с пирожными и бутербродами. Мне потребовалась секунда, чтобы узнать Этту Блум. Она превратилась из напуганной маленькой девочки, которую я впервые увидела на заводе «Трайангл», в Блитвудскую девушку.

— Этта! — вскрикнула я. — Я и не знала, что ты здесь. Я думала, все птенцы уехали на летние каникулы.

— Да, — сказала Этта, поставив поднос и обняв меня, — но мисс Хэтти и мисс Эмми спросили, не хочу ли я провести лето здесь с Рут.

Пока она говорила из кухни вышла её сестра, смеясь над словами Рэйвена. Она поприветствовала меня улыбкой, но в то же время кинула обаятельный взгляд в сторону Рэйвена. Я была почти уверена, что она влюблена в Рэйвена, и я могла себе представить, что в тот год, когда мы с Хелен пропали, она, возможно, лелеяла мысли утешить его после моей потери. Но потом она с энтузиазмом обняла меня, и я почувствовала вину за то, что заподозрила её в желании, чтобы я исчезла.

И всё же Рэйвен смотрел на меня неловко, но это могло быть потому, что его родители сидели на плетёном диване, затенённом огромным фикусом. На нём был элегантный костюм в тонкую полоску, волосы аккуратно зачёсаны назад, на пуговице жилета блестел золотой брелок для часов. Рэйвен больше походил на преуспевающего молодого часовщика, чем на Дарклинга, но два существа, вставшие с плетёного дивана, никогда не сойдут за людей.

— Ты помнишь моих родителей, — сказал он, натянув неловкую улыбку. — Мерлинус и Рен.

Я кивнула, подняв глаза на высокого седовласого мужчину и женщину, вставших по обе стороны от Рэйвена.

— Мы с Мерлинусом счастливы, что ты вернулась из Волшебной страны, — официально произнесла Рен, как будто мы не виделись только вчера.

У меня было ощущение, что она произносит речь за Мерлинуса.

— Мы бы никогда не вернулись без Рэйвена, — сказала я.

— Нет, не вернулись бы, — сказал Мерлинус, без улыбки. — Ни один другой Дарклинг не осмелился бы так долго держать врата открытыми. Это строго запрещено.

— И ужасно опасно, — сказала Рен, глядя укоризненным взглядом на Рэйвена. — Он мог погибнуть.

— Я… я никогда не хотела этого для него… — я нервно запнулась.

Неудивительно, что Рэйвен было так неуютно. Он нарушил закон Дарклингов и рисковал своей жизнью ради меня. Его родители, должно быть, ненавидели меня.

— Он чертовски храбрый парень, — сказал мистер Беллоуз, ввязавшись в разговор и похлопав Рэйвена по спине.

— Да, — сказала Дейм Бекуит, встав между мной и мистером Беллоузом, взгляд её больших серых глаз был обращен на старейшин Дарклингов. — Мы в большом долгу перед вашей расой — за храбрый поступок Рэйвена и за вашу защиту от сумрачных ворон в этом году.

— Мы подписали соглашение с вашим Орденом, — сказал Мерлинус, кланяясь Дейм Бекуит. — В наших общих интересах бороться с тенями. Но мы должны найти способ делать это без нарушения наших законов…

— Что хорошего в наших законах, если мы все умрём? — повысил голос Рэйвен. — Держу пари, что Друд не подчиняется никаким законам.

— Если мы будем поступать опрометчиво, мы сыграем ему на руку! — взревел Мерлинус.

— Именно поэтому мы сегодня здесь, чтобы всё спланировать, — сказала мисс Шарп, втиснувшись между Дейм Бекуит и Мерлинусом. — Но сначала тётушки приготовили нам чудесный чай.

Она указала на чайный столик, заставленный тарелками с бутербродами, булочками, хлебом с маслом и пирожными. Мисс Харриет сидела на высоком стуле, а над чашкой с фиолетовым рисунком стоял чайник. Пухленькая мисс Эммалайн сидела рядом с ней, намазывая взбитые сливки и джем на булочку. Этта и Рут бегали туда-сюда из кухни, принося ещё подносы с выпечкой. Аромат чая и масла поднимался со стола, как предвестник мира и вежливости.

— Разве мы не можем все вместе сесть и обсудить это?

Мерлинус начал говорить, но Рен накрыла ладонью его руку, и лицо мужчины смягчилось.

— Мой сын сказал мне, что эта грядущая война унесёт жизни стольких людей, что всех Дарклингов в мире будет недостаточно, чтобы спасти их души. Он сказал мне, что даже сама Волшебная страна погибнет на этой волне. Он, и правда, нарушил наши законы, чтобы вернуть этих девочек, но если таким образом мы сможем предотвратить это ужасное будущее, тогда я не буду тратить впустую то, что мы узнали. Для меня будет честью сесть за ваш стол, — он низко поклонился Эммалайн и Харриет, и я увидела, как Рен с облегчением переглянулась с Рэйвеном.

— Хорошо, — сказала мисс Эммалайн, держа в руках тарелку. — Я знала, что вы так и скажете. Не хотите булочку?

— Один или два кусочка?

— Попробуйте бисквит.

— Это улун?

Первые двадцать минут мы вообще не говорили о мировых делах. Нас было шестнадцать человек, и все мы столпились вокруг чайного столика и двух свободных стульев. Я спросила мисс Эммалайн, не отодвинуть ли мне стулья, чтобы дать нам больше места, но она наклонила голову в сторону и сказала:

— Их поезд задержался в Покипси, но они должны были прибыть как раз… — она склонила голову в другую сторону и подняла палец. — Сейчас, — сказала она, когда в дверь позвонили.