Чтение онлайн

— У кого есть вопросы к Наташе?

— Разрешите!

— Пожалуйста.

— В начале своего доклада Наташа говорила о значении слова стиль, но ничего не сказала о его происхождении.

— Слово стиль происходит от названия острой палочки, употреблявшейся в Древней Греции и в Риме для письма на вощеных дощечках. Эта палочка была заострена с одного конца. Ею писали, царапая по воску. С другой стороны она имела форму лопаточки, которой стирали написанное. Этим объясняется ставшее пословицей выражение римского писателя Горация: «Saspe stilum vertas» — «Чаще поворачивай стиль», то есть зачеркивай и правь написанное. Вот дословное выражение Горация: «Если ты намерен писать достойное прочтения, чаще и не раз поворачивай стиль...»

— Еще вопросы?

— Можно?

— Прошу вас.

— Я хотел бы знать, каково соотношение грамматики и стилистики?

— Могу ответить вам словами Белинского, — сказала Наташа, доставая какую-то карточку. «В искусстве говорить, особенно в искусстве писать, — отмечал он, — есть своя техническая сторона, изучение которой очень важно...» Стилистика должна «составить собой дополнительную, окончательную часть грамматики, высший синтаксис, то, что в старинных латинских грамматиках называлось: «Sintaxsis ornata» и « Sintaxsis figurata». Отсюда мы можем сделать вывод, что стилистика не противопоставляется грамматике, а рассматривается как закономерное ее продолжение, как высшая ступень овладения устной и письменной речью.

— Есть еще вопросы к Наташе?... Вопросов нет. Кто хотел бы высказаться по докладу?

— Можно мне сделать одно замечание?

— Прошу вас, Иван Яковлевич!

— Я с большим удовольствием выслушал доклад Наташи. Ею проделана серьезная вдумчивая работа. И мне приятно отметить это на столь многолюдном и представительном собрании, но она кровно обидела меня.

— Что вы, Иван Яковлевич, — вспыхнула Наташа. — Я люблю вас!

— Любовь любовью, а дело делом. Призывая присутствующих заниматься стилистикой художественной речи и внимательно читать лучшие произведения дореволюционной и советской литературы, вы исключили меня из их числа.

— Да, но я...

— Никаких но. Заниматься изучением законов речи и читать художественные произведения должен каждый культурный человек, независимо от возраста и образования. Прекрасно об этом сказал Антон Павлович Чехов: «Я думаю, что если бы мне прожить еще 40 лет и все эти сорок лет читать, читать и читать и учиться писать талантливо, т. е. коротко, то через 40 лет я выстрелил бы во всех вас из такой пушки, что задрожали бы небеса».

— Простите меня, Иван Яковлевич.

— Как думаете, друзья, — шутливо обратился к нам Иван Яковлевич, — простить Наташу?

— Простить, простить!

— Инцидент исчерпан.

— Есть еще замечания?.. Нет. Переходим к следующему докладу. Его сделает ученик 10-го класса Владимир Соколов. Тема доклада: «Выразительность художественной речи».

— Наташа Бельская в кратком и содержательном сообщении раскрыла значение слова стиль и понятие художественности, связанное с представлением о красоте и совершенстве словесной формы и внутреннего содержания литературного произведения. Мне же предстоит ответить на вопрос о том, как возникает и формируется одна из самых удивительных особенностей художественной речи — выразительность. Я не буду останавливаться на том, что писатели и поэты, как утверждал Белинский, мыслят образами, что литературное произведение — это сплав художественных образов и образных речевых средств. Об этом нам не раз говорили на уроках русского языка и литературы. Я постараюсь раскрыть перед вами принцип метафоризации, лежащий в основе выразительности художественной речи, и таким образом ответить на поставленный вопрос. В связи с этим придется воскресить в памяти то, что мы с вами знаем о метафоре, которая, как известно, не называет явление, а главным образом характеризует его. В результате чего усиливаются преимущественно качественные признаки предмета. Вы помните, конечно, что в смысловой структуре метафоры лежит элемент сравнения. Однако метафора существенным образом отличается от сравнения. В ней не названы, как это бывает в сравнении, сравниваемое и объект сравнения. Например, когда няня обращается к Татьяне со словами: «О пташка ранняя моя!», она не сравнивает Татьяну с пташкой, а лишь характеризует ее с помощью этого уподобления. Такие качественно-оценочные значения наблюдаются не только у отдельных слов, но и у целых выражений. К примеру, фразеологическое выражение красная девица, употребленное по адресу застенчивого юноши, приобретает новое метафорическое значение. Вот почему представляется очень важным и интересным рассмотреть (хотя бы в общих чертах) лексику родного языка с точки зрения того, какие слова чаще всего подвергаются метафоризации.

Прежде всего и чаще всего метафоризации подвергаются слова, обладающие многозначностью и смысловой многогранностью. Слова же терминологического характера, которые отличаются точностью и определенностью смысла, являются плохим материалом для образования метафор. К этим словам непосредственно примыкает лексика, имеющая конкретно-предметное значение (стул, стол, диван, карандаш, стакан, лампа и т. п.).

Если заняться наблюдениями и проследить, какие слова легко метафоризуются, то можно выделить несколько тематических групп. К первой из них принадлежат названия животных (медведь, собака, лиса, заяц, волк, лев и др.), рыб (карась, щука, акула, кит и др.), насекомых (комар, пчела, муравей, стрекоза и др.), пресмыкающихся (змея, уж, крокодил и др.).

Характеристика положительных качеств выражается преимущественно с помощью названий птиц (орел, сокол, лебедь, голубка). Отрицательная характеристика передается в основном благодаря метафоризации названий животных (осел, баран, лиса, крыса, кот). Причем степень переносных значений слов различна. Так, например, слово осел, употребленное в переносном значении для названия глупого, упрямого человека, выступает у Г. Р. Державина синонимом к слову дурак:

В «Недоросле» Д. И. Фонвизина ярко выступает переносно-фигуральное значение слова крыса: «Ну давай доску, гарнизонная крыса! Задавай, что писать», — обращается Митрофан к Цифиркину.

Интересно, что названия ценных минералов и ископаемых: рубин, алмаз, бриллиант, золото, серебро, железо, сталь, чугун — редко употребляют метафорически. Чаще всего от них образуются прилагательные, дающие качественные характеристики: железная воля, стальные мускулы, золотое сердце, чугунный лоб, серебряная седина.

Любопытно, что далеко не все названия одежды употребляются метафорически. Если, например, слово колпак используется для обозначения чудаковатого человека, слово шляпа — недалекого, а слово рубаха — простоватого человека, то слова пальто, пиджак, брюки, жилет метафорически вообще не употребляются. С другой стороны, названия различных материй (бархат, шелк, ситец, атлас), легко метафоризируются:

Свободно метафоризируются названия деревьев, цветов и фруктов (дуб, береза, осина, роза, фиалка, ландыш, яблочко, вишня) и, наоборот, названия овощей: брюква, тыква, горох, картофель — из-за своего прозаического назначения остаются обычно вне поэтического употребления.

С глубокой древности в систему метафорических значений вовлечены слова, обозначающие времена года и различные явления природы: весна, осень, зима, лето, гром, молния, гроза, буря, солнце, звезды, месяц, заря, закат: