Чтение онлайн

Сигурдур бок о бок с неутешительно здоровым на вид Полом Арасоном, своим будущем пенисодонором.

Это необходимо, чтобы сначала выкачать из него кровь, а затем с помощью инъекций снова поднять. Вопрос достоинства имеет для мистера Арасона очень, очень большое значение.

Я в очередной раз едва не расхохотался, но вовремя сообразил, что Сигурдур не шутит:

— Нет, серьёзно, стоит пенису остыть, кровь в венах свернётся, и сделать ничего будет уже нельзя. Он станет вот таким.

И продемонстрировал согнутый крючком мизинец.

Мне показалось, что, когда Сигурдур перешёл к заключительным деталям, от предвкушения глаза его подёрнулись поволокой:

— Короче говоря, врачи отчикают у него пенис и принесут мне, а я помещу его в красивый стеклянный шкафчик. Он станет самым ценным экземпляром моей коллекции (Перед тем как книга ушла в печать, я отправил Хьяртарсону электронное письмо, справляясь о здоровье мистера Арасона и втайне надеясь, что за прошедшие несколько месяцев старикашка благополучно отошёл в мир иной. Но Сигурдур ответил, что «мистер Арасон жив, здоров и прекрасно себя чувствует». Терпеть не могу желать кому-либо смерти, но умри Пол за это время, у восьмой главы было бы просто идеальное окончание. Однако — нет, дедушке хочется продолжать жить дальше. Всё-таки есть ещё люди, у кого напрочь отсутствует чувство человечности.).

У Джеффри Дамера, знаменитого «милуокского монстра», был, кстати, очень похожий план: устроить усыпальницу человеческих пенисов. Но Дамер совершил роковую ошибку: не подумал заручиться у своих доноров подписанным в присутствии свидетелей контрактом. Вообще, после того как мистер Арасон подписался под будущим пожертвованием, на подобное отважились ещё трое или четверо мужчин. Один из них, как я заметил, проживает в Балхэме — том же районе Южного Лондона, где живу я. Однако я не готов увидеть в таком совпадении знак, чтобы расстаться с моим «маленьким дружком» в момент кончины.

— А вы? Вы сами хотите, чтобы ваш пенис поместили в музей после вашей смерти? — спросил я Сига.

— Конечно. Я передам его своему музею, — ответил он. — Моя жена знает об этом. И, очень надеюсь, поступит так, как я попрошу. Выполнит мою последнюю волю. Моё последнее желание.

Вот что значит «преданность делу»! Хотя лично у меня такое подозрение, что после кончины Сигурдура его супруга первым же делом устроит (причём совершенно случайно) из коллекции гигантский костёр и примется выплясывать вокруг, хохоча от восторга. А может, я и ошибаюсь. Кто знает?

На обратном пути мистер Хьяртарсон продемонстрировал кое-что из сувениров, предназначенных для продажи посетителям музея. Большинство из них представляли собой пенисы, вырезанные из дерева: например, шампуры для барбекю или скакалки с ручками в форме члена. Были там и абажуры из растянутой кожи с бараньих яичек. Для двери музея Сигурдур лично вырезал ручку в форме пениса, той же формы был его телефон, и даже настенные часы имели форму члена. С некоторой гордостью и хитринкой во взгляде он признался, что использовал собственный пенис в качестве натуры для своих творений. То есть можно считать, что мистер Хьяртарсон стал частью своего музея ещё при жизни.

Перед самым уходом я задержался в дверях, вдруг вспомнив ещё об одном вопросе, который собирался задать:

— Скажите, а повлияло ли то, что вы держите музей пенисов, на ваше отношение к собственному члену?

Сигурдур на мгновение задумался, а затем посмотрел мне прямо в глаза:

— Да. Мне кажется, я стал ещё больше им гордиться.

И, улыбнувшись, пожал мне руку. Я покинул музей и,

пройдя сквозь вагиноподобную арку, вновь оказался на улицах Рейкьявика, который больше не казался мне зловещим и угрожающим.

После аудиенции с современным Энки я чувствовал себя словно заново родившимся и полностью обновлённым. Мои мысли будто выкупали в одном из исландских гейзеров, и теперь они были чистыми и свежими. Мне не терпелось как можно скорее вернуться к своим исследованиям. Мистер Хьяртарсон словно увидел, что я вот-вот выбьюсь из сил, не дотянув до финишной черты, запрыгнул мне на спину и погнал вперёд, хорошенько охаживая по заднице бычьим «пиззлем». В метафорическом, естественно, смысле, несмотря на все мои былые опасения.

Да воздастся же хвала пенисам мистера Хьяртарсона.

Всем без исключения!

ПРОГОН-6

Я задал мужчинам вопрос:

СТРАДАЛИ ЛИ ВЫ КОГДА-ЛИБО ЗАБОЛЕВАНИЯМИ, ПЕРЕДАЮЩИМИСЯ ПОЛОВЫМ ПУТЁМ (ЗППП)?

Да: 804 (16,34 %) Нет: 4117 (83,66 %) Всего ответов: 4921

На удивление, всего 16 % мужчин признаются, что страдали тем или иным ЗППП. Суровая реальность, однако, заключается в том, что большая часть остальных респондентов, скорее всего, также заражены, но даже не подозревают об этом.

Как правило, многие ЗППП сопровождаются неприятными симптомами, такими как болезненное жжение, гнойные выделения, сыпь или нарыв. Однако бывает и так, что человек, нося в себе многие из этих заболеваний, не знает о них ничего. К примеру, хламидиоз, являющийся на сегодняшний день самым распространённым из ЗППП, зачастую протекает без всяких симптомов. (50 % заражённых мужчин не чувствуют никаких признаков болезни; точно так же, как и 70 % женщин, у которых заболевание хламидиозом проходит совершенно асимптоматически.) Без соответствующего лечения такое заболевание может приводить к внематочной беременности, выкидышам и бесплодию у женщин.

Лично мне кажется дикостью, что даже в наш просвещённый век, венерические болезни по-прежнему считаются позорными с точки зрения общественной морали. Отсюда и весьма типичная для мужчин реакция:

• Я подцепил гонорею. Из-за этого я чувствовал себя грязным и запятнанным.

• Лобковые вши. Ощущение грязи и вульгарности.

Типичны и случаи, когда мужчины стараются переложить вину на человека, от которого заразились:

• Герпес. Я бесился, что переспал с этой грязной дыркой!