Граф и Фейри. Том 2
Шрифт:
– Ты совсем не осознаёшь своего очарования.
– Я прекрасно осознаю, какая я. Всю мою жизнь меня называют сумасшедшей.
– Твои глаза могут видеть величественный мир. Твой слух может различать голоса, сливающиеся с дуновением ветра. Любой, кто узнал бы это, испугался бы. А знаешь почему? Потому что они боялись бы, что девушка, к которой они имеют чувства, способна видеть то, что они тщательно скрывают в себе, даже самые неприглядные их стороны.
*Пансион – устаревшее название небольшой гостиницы с полным содержанием проживающих.
Он быстро и уверенно может придумать всё что угодно, любую ложь.
Она не хотела, чтобы его слова поколебали её, так что ответила:
– Тогда почему ты не прекратишь изворачиваться, обманывая меня? Я знаю, что в тот день, когда мисс Дорис исчезла, ты пригласил её прокатиться в своей карете.
– Хм-м, и кто же рассказал тебе об этом?
Но Эдгар ничуть не был удивлён. Вместо этого он понизил свой голос до шёпота, как если бы говорил ей сладкие, тягучие слова.
– В тот день ты ездил в гавань. После того, как ты остановил свой экипаж у доков, что ты делал? И другое, ты пригласил мисс Дорис в свою карету после того, как она разделилась со своей горничной на базарной площади, но после этого её нигде не видели. Если посмотреть на это с такой стороны, то ты самый подозрительный подозреваемый.
– Ты ясновидящая?
– Ты приехал домой с маленьким фейри на крыше кареты. Я встретила его и выслушала. Он сказал, что оказался в незнакомом районе для людей высшего класса и, так как вокруг было столько всего интересного, заблудился в твоём доме, не зная, как вернуться.
Нико был тем, кто рассказал ей об этом, но девушка позволила себя опустить эту деталь.
Против такого у графа не было аргументов, так что он всего лишь пожал плечами и выпрямился.
– Даже если бы я нанял молчаливых слуг, не смог бы заводить интрижки, женись я на тебе.
– Я никогда не выйду замуж за человека, который заводит интрижки.
С противоположного сиденья раздалось слабое фуканье.
– Рэйвен, ты посмеялся, не так ли?
– Я бы никогда.
Девушка недоверчиво посмотрела на Рэйвена. В то же время она и представить не могла, что может услышать его смех, ведь он никогда не выказывал и следа эмоций. Однако Рэйвен спокойно опроверг обвинение Эдгара с кротким выражением, так что она не могла представить, какое лицо у него было, когда он смеялся.
Возможно, он смеялся без выражения.
– Лидия, я действительно пригласил мисс Дорис в свою карету, но я всего лишь подвёз её и высадил перед её домом. Я говорю тебе правду. Наша встреча была совпадением. Так что я был удивлён, когда услышал, что она исчезла. Фейри не видел, как она пропала?
– Нет, к несчастью. Возможно, он спал в тот момент.
– ...Что за бесполезный фейри. В любом случае, я не лгу. Пожалуйста, верь мне.
Как она может верить тому, кто с самого начала был большим лжецом?
– Тогда, что заставило тебя решиться помочь кому-то?
– Ты не можешь винить меня за мой интерес. После того, как я высадил её у дома и она вот так исчезла... Естественно, подозрение падает на меня. Поэтому я должен узнать правду.
Его ложь звучала убедительнее, чем истина. Он был тем, кто смог превратить свой обман, состоявший в том, что он – граф, в реальность, так что Лидия не была способна распознать, являются ли его слова правдой или нет.
– Есть ещё что-то, что ты от меня скрываешь?
– Нет.
– Ты опять пытаешься одурачить меня?
– Зачем мне делать это теперь?
Он был тем, кто мог обмануть тебя, говоря ложь с безупречно серьёзным взглядом. И всё же ей хотелось бы знать, почему её желание верить ему говорило в ней сильнее, чем её сомнение в нём.
В скором времени экипаж достиг Креморн Гарденс, которые утопали в искусных украшениях и звуках живой музыки.
Выйдя из экипажа и миновав грандиозные кованые ворота, они оказались на открытой площади с множеством выставок и торговых лотков. Убежище развлечений номер один в Лондоне было местом, заполненном сотнями людей, чего Лидия никогда не видела прежде. Куда бы она не повернулась, повсюду были люди, люди, люди. Ей было интересно, и откуда они все взялись.
Когда они проходили мимо цирка, из которого доносились звуки китайского оркестра, она увидела Пьеро, всем своими видом показывающего, что готов начать номер, в котором он собирался пройти по канату, висящему высоко в небе над большим тротуаром, где они шли.
Всё это было ново для неё, и она отвлеклась от тяжёлых мыслей, с интересом глядя по сторонам, но быстро напомнила себе, что она здесь не для того, чтобы развлекаться, и сосредоточилась на деле.
– Куда бы ты хотела пойти? Я думаю, было бы интересно посмотреть на слоновью акробатику.
– Что? А что по поводу яйца фейри?
– Это может немного подождать. Раз уж мы здесь, надо насладиться этим.
Он потянул её за собой, независимо от её желания.
– Подожди, Эдгар, яйцо фейри правда продают здесь? Если это ложь, тогда я иду домой. Я не намерена проводить свой драгоценный выходной, потакая твоим желаниям.
–Как сурово. Тогда ладно. Но, как только мы покончим с делами, ты разделишь со мной часть своего времени. Так как это твой выходной, я хотел бы, чтобы ты побыла со мной не из-за чувства долга.
Лидия спрашивала себя, неужели он так хотел держать её при глазах, что решил использовать эту работу в выходной.
«Эх, я действительно не могу понять, о чём думает Эдгар», – удручённо подумала девушка.
– Если забыть о чувстве долга, тогда, думаю, у меня нет причин оставаться в твоей компании.
– Почему? Я думал, ты сможешь получить удовольствие.
– Если ты хотел насладиться этим, почему не пригласил другую леди? Мы оба знаем, что есть бесконечное количество девушек, которые будут для тебя лёгкой добычей. Вместо девушки с кислой миной – то есть меня – ты бы предпочёл женщину, которая была бы более чем рада сопровождать тебя.
– Мне действительно не нравиться твой кислый вид. Я предпочитаю твою улыбку.
– Как я уже говорила, прекрати дразнить меня.
– Сейчас, Лидия, ты смотришь на вещи слишком негативно, словно я враг для тебя, или ты единственная, кто знает мою тайну. Неужели это неестественно, что я хорошего мнения о тебе и хочу провести с тобой время? Если бы я не пригласил тебя, у нас не было бы шанса узнать друг друга, всё это было моими настоящими искренними чувствами. Не так давно мы впервые встретились, и я не на публику говорю, что ты единственная для меня, так что я хочу узнать тебя лучше, и я хочу, чтобы ты узнала меня, и поэтому-то я и пригласил тебя сюда.