Графиня Грандвелл
Шрифт:
Катрин немного поморщилась от обилия запахов еды и овечьей шерсти, в такой обстановке ей приходилось бывать впервые. В помещении было довольно тепло и женщины поспешно сняли с себя меховые накидки, повесив их на торчащие из стены металлические крюки.
— Приветствую, прелестные девы! — дорогу идущим к станкам дамам преградил огромный мужчина в тонкой льняной серой рубахе и кожаных брюках, он оценивающе взирал на прибывших женщин своим пристальным и диким взором серых глаз, густые русые волосы ниспадали чуть ниже лопаток.
— Вальтер! Не пугай моих гостей, к нам пожаловала графиня Грандвелл по делу! — рявкнула Гудрун в сторону мужчины.
— А с чего им меня пугаться? — молвил тот ехидно, приподняв бровь и его взор задержался на Катрин, мужчина нагло смерил её с ног до головы, словно оценивал. — Хороша незнакомка! Как твоё имя, женщина? — спросил Вальтер хриплым низким голосом, от которого у графини Уотс по коже словно пробежал рой мурашек. Катрин была одета в элегантное синее платье из дорогого сукна, предназначенного для верховой езды, поверх которого был облегающий шерстяной жакет цвета беж.
— Вальтер, раз ты тут, принеси немного воды да бочонок с медовухой, надо гостей потчевать, — спокойно молвила Гудрун, обращаясь к мужчине.
— Неотёсанный мужлан… — процедила смущённая Катрин, прищурив со злостью свои тёмные горящие глаза.
— Богиня Фрейя, — прохрипел здоровенный громила в ответ и ухмыльнулся, обдав Катрин такой вспышкой своего взгляда, что та невольно содрогнулась от доселе неизведанных ощущений, затем Вальтер неторопливо направился к выходу из помещения.
Деми с любопытством разглядывала огромные ткацкие деревянные станки, доставленные из Данелага, наблюдая, как умелые мастерицы весьма ловко с ними управлялись. Сама конструкция являла собой деревянную вертикальную раму чуть больше человеческого роста в высоту и около метра в ширину, на верхней перекладине фиксировались шерстяные нити, что были натянуты до низа с помощью подвешенных каменных гирь. С помощью поперечной перекладины осуществлялся сам процесс переплетения нитей, таким образом изготавливалось полотно. Нити предварительно окрашивались в разные цвета, умелые ткачихи создавали шедевральные полотна с разноцветными симметричными узорами. Также изготавливались и однотонные ткани для пошивки парусов и одежды.
— Эти станки позавчера установили, красота… — восхищённо воскликнула Гудрун, гордо выпрямив спину. — Уж дело пойдёт теперь! Больше толку будет!
— Я уж мало в этом смыслю, но полностью доверяю тебе, Гудрун, — молвила робко Деми. — Я и вышивать не особо люблю, как ты знаешь… А тут всё уж совсем сложно… Моё дело вести учёт да с бумагами возиться, там также забот хватает… Надобно и сумму налога в казну королевства просчитать, а также и жалование рабочим… — графиня картинно закатила глаза и вздохнула, сама ведь изволила этим заниматься.
Гудрун провела весьма интересный экскурс по всем мастерским, подробно рассказывая, что к чему. Окромя вертикальных станков в помещениях были установлены и сукновальные водные мельницы для валяния сукон. По весне, когда придёт пора стричь овец, у стригалей, красильщиков и валяльщиц шерсти работы хватит сполна…
— А тебе лично, Деми, я приготовила подарок! — воскликнула сестра Ульвара с долей фамильярности, явно игнорируя все манеры. — Вот, взгляни-ка! Ручное бёрдо! Его с Данелага привезли специально по моей просьбе! — Гудрун указала пальцем на небольшое приспособление в виде гребня, что лежало в углу на деревянном полу. — Будешь своему мужу пояски ткать, это куда интереснее, нежели вышивание! Да и маленькие коврики можно…
— Господи Иисусе! Что мне с эти делать? — нахмурилась Деми, сложив руки на груди.
— Да тут всё просто, милая моя! Я покажу, что к чему, тебе понравится! А вот и мои работы, я лично ткала пояса на этом самом бёрдышке! — Гудрун достала из небольшого шкафчика несколько длинных тканных изделий, демонстрируя своим гостям.
— Красиво… — озадаченно произнесла Эррол, разглядывая работы Гудрун, не скрывая восхищения. Катрин также приоткрыла рот, ведь такой красоты также ещё не видала, госпожа Гаррад сумела удивить… На широких поясах был выткан цветными нитями замысловатый красивый сложный узор, тут явно налицо мастерство и умение этой удивительной женщины…
— Я дарю вам по одному на выбор, милые девы! Так что соизвольте выбрать, — Гудрун довольно хмыкнула. — А сейчас пожалуйте к нашему скромному столу, немного согреемся медовухой да ячменной похлёбкой, вы уж явно с пути замёрзли и проголодались!
Женщины вальяжно расположились на широких и низких деревянных лавах, устланных тёплыми овечьими шкурами за небольшим уютным столиком возле жаровни. Заботливые селянки разливали по мискам ароматную похлёбку, а большие кружки были наполнены медовухой.
— Я вина привезла с собой красного несколько бочонков, передашь от меня своему брату, — Деми тепло улыбнулась рыжеволосой Гудрун. — Мои сопровождающие воины отдадут…
— Ваши сопровождающие уже обхаживают моих мастериц, от работы отвлекают, — Гудрун хохотнула, хлебнув медовухи из резной деревянной кружки.
— Да на здоровье! — графиня Грандвелл залилась своим звонким смехом с хрипотцой.
Женщины мило беседовали за трапезой, обсуждая рабочие моменты, что по весне грядёт стрижка овец да трудоёмкий процесс обваливания шерсти, также и говорили о жизни да новостях последних. Гудрун лишь печалилась, когда разговор зашёл о Малинде.
— Эта графиня словно заноза в моём теле, хозяйка отвратительная, да мать ужасная… Бедняга Сири аки сиротка, тянется ко мне, ведь от мамаши будто холодом веет… Та лишь шастает целый день по замку да наряды примеряет, нет ей дела до родной дочери! — жаловалась уже хмельная Гудрун, тяжко вздыхая, пригорюнившись.
— Никогда не любила эту змеюку, — процедила со злостью Катрин, которая с аппетитом уплетала похлёбку за обе щеки, явно забыв про свои манеры.
Внезапно скрипнула входная дверь и в помещение мастерской вошёл Вальтер, под его тяжёлой поступью прогибались дубовые напольные доски. Мужчина был в одной льняной рубахе, словно морозы ему нипочём, русые пряди волос его суровое лицо с резкими скулами, а взгляд серых очей казался острее клинка…
— Принёс ещё медовухи да ведро воды, как ты и просила, Гудрун, — молвил мужчина своим хриплым голосом, ставя ношу на пол и не сводя пристального взора с Катрин. Графиня Уотс на мгновенье застыла, завороженно разглядывая этого мужчину, дикая красота которого одновременно притягивала и пугала… На таких лучше издалека взирать…
— Нравлюсь? — бесцеремонно спросил Вальтер, пожирая взором смущённую вдову Уотс. У той зарделся на щеках румянец, опаляя кожу. Такой реакции на мужчин у сдержанной Катрин ещё никогда не наблюдалось.
— Ты опять пугаешь моих гостей, Вальтер? — Гудрун игриво приподняла бровь. — Нажалуюсь брату!
— Да хоть королю жалуйся, мне-то нипочём, — хмыкнул викинг, не сводя пожирающего и наглого взора с Катрин. — Коль что мне к нутру придётся, то от меня не уйдет, — прозвучало неоднозначно.
— Ступай-ка да займись своими делами, — проворчала Гудрун. — У тебя их невпроворот… Не смущай моих гостей!
Мужчина лишь самодовольно хмыкнул, продолжая нагло взирать на Катрин, которая уже была рада провалиться сквозь землю, лишь бы завершилась странная пытка диким взором этого свирепого на вид мужчины, затем он молча направился к выходу на улицу.