Чтение онлайн

Окончательно Ната с Андреем переехали в усадьбу через три недели. К тому моменту и дом был обустроен по-максимуму, подготовлен к зиме и утеплен, и сама Ната разродилась двойней – девочкой и мальчиком. Назвали Виктором и Диной.

Роды начали утром, еще до завтрака. Перепуганный Андрей, за двое суток до этого перевезший Нату в очередной раз к нам в усадьбу, прибежал будить Стивена.

Тот уже был на ногах. Повивальная бабка, лучшая в столице, жила в комнате для слуг на всем готовом для три-четыре.

Вдвоем со Стивеном они полдня принимали роды. Она вытаскивала детей, он убирал болевые симптомы и помогал с амулетами для рожениц.

Мы с Андреем все это время старательно пытались занять себя чем-то полезным. Выходило не очень. И когда Стивен вышел из спальни Наты и объявил, что роды прошли успешно, и Андрей стал дважды папой, у меня с плеч сразу горный массив свалился.

А еще – усилился страх перед родами. Я и раньше, на Земле была не в восторге от необходимости рожать самостоятельно. А ведь там и медицина на уровне, и обезболивающие, и куча перинатальных центров с их оборудованием для выхаживания младенцев. А здесь что? правильно, магия, амулеты, настойки. Очень неравноценная замена.

Стивену я об этом не сказала, конечно. Незачем.

В тот же вечер, покормив детей перед сном, веселая Ната заявила, что с удовольствием родит еще. Мол, не так уж это и страшно оказалось.

И я снова промолчала, не стала рассказывать о тех случаях, когда аристократки победней рожают сами, так сказать в естественных условиях, и чем это все для них заканчивается.

Пробыв в поместье несколько дней, Ната и Андрей вместе с детьми порталом ушли домой, в усадьбу.

– Сумасшедшие, – проворчала я, проводив их. – Там же медвежий угол 23 . В случае чего и помочь будет некому.

– У них есть амулеты и птица-вызов 24 для нас.

Стивен обнял меня, прижал к себе.

– Ты в днях не потерялась?

Я напряглась. Что опять «хорошего» должно было случиться?

– Тебе завтра в столичный дом отправляться, – «обрадовал» меня Стивен. – Очередной месяц прошел.

Я только недовольно выругалась. Появляться в столице у меня не было ни малейшего желания.

Но идти порталом в столицу пришлось. И не только из-за посещения столичного дома. Нужно было закупить еще рулоны тканей, фурнитуру, книги по определенным направлениям, специи, сахар, соль, муку и масло.

Стивен же отправился в лавку кузнеца.

Алек смог найти на одной из ярмарок двух молодых кузнецов, согласившихся жить и работать в моих деревнях. И теперь им надо было обустроить дома.

Сначала зайдя в столичный дом, затем мы прогулялись по лавкам часа три, каждый – с крестьянами-помощниками. И встретились, считай, уже дома, в поместье.

Там нас ждал Алек, с новостями, на этот раз – хорошими.

– Отобедайте с нами, – пригласила я его к столу. – За едой и расскажете.

Довольный такой честью, Алек согласился.

Первое, горячий ароматный суп из речной рыбы, мы съели молча и очень быстро – слишком уж голодными оказались, все трое.

Беседовать начали, когда перешли ко второму. Я ела кашу с мясом и салат из свежих овощей, мужчины налегали на дичь.

– Нашел я мельников для строительства большой мельницы, ваша светлость, – сообщил Алек, в основном обращаясь к Стивену. Сексизм, конечно, здесь был неискореним. Жила бы я одна, Алек общался бы со мной. Ну а так, раз в доме есть мужчина, то и говорить надо с ним. А то что та женщина понимает? – Двоих нашел. По одной мельнице в каждом конце края. Мелкие мельнички решили оставить, не сносить. И они пригодятся. А вот большие, если дадите добро, начнут строить уже дней через семь-десять. Как раз и рабочие для возведения храма здесь появятся. К зиме, думаю, успеют все сделать. Если что, наймем народ на тех же ярмарках.

Стивен покивал, задал ряд наводящих вопросов.

Я слушала молча.

Да, и мельницы, и храм были нужны. Но меня напрягали сроки. Осталось не так много дней до поздней осени, а затем – и зимы. Кто будет урожай собирать, если народ на стройках задействовать?

С другой стороны, Алек не первый день находился на своей должности. И сейчас он говорил спокойно, уверенно. Как будто все уже продумал до мелочей. Так что я пока что не ввязывалась в разговор, а слушала. Внимательно слушала.

Стройка развернулась параллельно и у нас, и у Наты. Андрей последовал примеру Алека, побывал на двух-трех ярмарках, нашел там людей, готовых поселиться в теперь уже его деревнях, и за золото (часть наследства Наты) предложил им работу на территории усадьбы. Он собирался возводить сарай для хранения ненужного имущества и строить невысокий флигель, для той же экономку, которую так хотела найти Ната. Она вошла во вкус, ей понравилось командовать единственной служанкой. И ближе к осени она собиралась расширить штат прислуги. Тем более что справляться сразу с двумя детьми ей было тяжеловато.

Мы встречались в поместье раз в неделю, по выходным, обсуждали то, что успели сделать, и то, что еще предстояло, болтали, отдыхали. Впрочем, отдыхала Ната. Они с Андреем приходили в поместье вместе с детьми и оставляли их под присмотром моих опытных служанок. И Андрей уходил со Стивеном во двор. Мы же с Натой пили чай в гостиной.

За этим времяпрепровождением нас и застали однажды гости.

Семейство герцога Арнольда торн Шартака пожаловало к нам безо всякого предупреждения, так, по-соседски, как и положено в провинции. Этикет здесь соблюдали, только когда было выгодно. Часто ссылались на провинциальные нравы, позволявшие нарушить сразу несколько правил одновременно. При желании, конечно.

Признаться, я не удивлена была приезду герцога с семьей. Правда, ждала их чуть позже, недели этак на три-четыре, когда уже снимут часть урожая, а погреба и ледники будут заполнены, пусть и наполовину дичью и забитой деревенской живностью, теми же свиньями. Ведь хозяева в провинции, как уверял меня когда-то Алек, какое бы высокое положение в обществе они ни занимали, должны самолично следить за сбором урожая, не доверяя это чрезвычайно важное дело нерадивым работникам. Женщинам еще простительно переложить часть забот на управляющего. А вот мужчины обязаны во все вникать сами. И появляться на полях – тоже.