Грань: Зависть
Шрифт:
Я уже поворачивался к следующему, когда его буквально снесло влево. Топор попал в голову с такой силой, что тело отбросило на несколько метров. Хрена ш себе! Нужно поставить себе зарок – больше не шутить над Кхаргхом.
– Живой? – услышал трубный голос варвара справа и повернулся.
Здоровяк тащил одного из лучников за волосы, грозя оторвать скальп. Пленник скулил, ныл, стонал и пытался скинуть огромную лапищу грозного воина. Единственное отличие от остальных было в том, что из-под брони выглядывала яркая одежда. Глаза резанул синий цвет, переливающийся в лучах вечернего солнца. Здесь я еще не видел таких рубах.
– Выруби его. – поморщился от противного аккомпанемента.
Кхаргх подтянул живого и его левый кулак накрыл лицо, заставив голову повиснуть. Вокруг глаза пленника тут же набухла огромная гематома. Нет. Точно больше никаких шуток.
Я оглядел поле боя. Ну, ничего себе! Мы неплохо постарались!
– У меня десять. – похвастался здоровяк. – А у тебя?
– Я не считал. – нагло соврал в ответ.
Нужно добить живых. Мало ли кто притворяется.
Глянув вниз, отметил, что наши справились. Как раз сейчас все воины сидели на земле после короткого боя. Вот кто-то поднялся и отправился осматривать погибших. Вроде, Аркин.
– Тащи этого к Сайрин. – сказал спокойно и поднял меч. – Здесь я сам закончу.
Кхаргх кивнул, перехватил пленника за ворот доспеха и начал спуск. Я же повернулся. Эх, жизнь моя жистянка. Ну, задача, сделанная наполовину, выполненной не считается. Меч сверкнул в первый раз, раздался затихающий скулеж. Этот был еще жив.
***
Закончив с лучниками, я начал спускаться. Внизу царила некая суматоха – воины таскали тела нападающих. Я быстро сбежал с холма.
Навстречу мне вышел Рониль, буквально, пышущий от злости. Его лицо застыло, а глаза метали молнии. Я чувствовал исходящую ярость.
Костяшки кулаков заместителя побелели и в следующую секунду правый ударил меня прямо в лицо. Я не стал сопротивляться. Меня просто снесло с ног и бросило на землю. Однако тренер не остановился на этом. Он начал бить ногами.
Я сжался, словно плод в утробе матери, стараясь защитить болевые точки. Удар. Еще удар. Злое пыхтение.
– Тварь! – выпалил Рониль.
Он подхватил меня за доспех на спине и потащил прямо по земле. Я попытался встать, но не смог – не удалось подгрести ноги. А через несколько секунд заместитель буквально бросил мое тело на землю.
– Смотри, сука. – выдавил из себя тренер. – Они погибли из-за тебя.
Я приподнялся на руках и увидел четыре лежащих тела. Нуран – старший второй команды, следом его подчиненные – Шорт и Зенальт. А последний… Я невольно сглотнул. Син.
Когда мы сорвались в атаку на холм, то бросили его одного. Первый удар нападавших он принял без нас. Его смерть полностью на моей совести.
Видимо, вторая команда кинулась на помощь и потому понесла такие потери.
Я бросил взгляд на Рониля, вокруг которого словно стоял красный туман ярости. Понятно, почему он винит меня. После моей команды… а ведь я не имею права раздавать приказы. Рядом был старший воин, а за спиной командир.
– Смотри внимательно какова цена твоих глупых действий. – почти прошипел заместитель и, развернувшись, покинул мое общество.
Наконец я воздел себя на ноги. Черт. Все болит. Тренер – скотина, бил в полную силу. Посмотрев по сторонам, заметил несколько обвиняющих взглядов.
За что? Я сплюнул от досады. Было бы лучше, если бы мы не вырезали лучников? Да, мы бы приняли первый удар на щиты, но тогда нас сверху, навесом, просто засыпали бы снарядами. Максимум – спрятались бы за телегами, и прожили бы чуть дольше.
Непонятно только, что мне делать сейчас?
Похоронить соратников? Нужно узнать, какие здесь традиции, а то можно накосячить. Мало ли. Может тут не закапывают, а сжигают, чтобы душа вознеслась на небо.
– Чего встал? – тяжело пробурчал Горт, толкнув в плечо. – Помогай.
Он протянул лопату, держа в своих руках еще одну. Я бросил взгляд на холм, где недавно мы с варваром бушевали. Там суетились воины, обыскивая поверженных. Что ж. Каждый занимается своим делом.
Инженер уже начал копать, и я присоединился к нему. Мы помучились с ним не меньше пары часов, когда сумерки стали сгущаться. Стоило прибить холмики земли, как я уже собирался устало сесть на землю, чтобы хоть немного передохнуть.
– О, Всеведущий, - внезапно начал Горт, прикрыв глаза и опустив голову. – Эти люди прекратили заполнять свои страницы в Книге Судеб. Благодарим тебя, что присматривал за ними.
После чего мужчина открыл глаза и нарисовал в воздухе круг указательным пальцем правой руки, а потом провел им же полоску сверху вниз, словно разрезал верх кольца. И последнее движение. Он будто толкнул нарисованную фигуру ладонью с растопыренными перстами.
– Ал, - глухо произнес инженер. – Сайрин просила подойти к ней, как закончим.
– Понял.
Пока мы занимались похоронами, кони затащили телеги на вершину, откуда напали безкастные. Вокруг повозок уже установили палатки. В лагере не горели ни костры, ни факелы.
Потому, когда я взобрался на холм, пришлось дать глазам привыкнуть.
Обстучав и убрав лопату, отправился к командирской палатке. Однако народ собрался чуть поодаль. Они полукругом обступили кого-то. На лицах играли всполохи зажжённого костра. Отсюда я заметил Лота, а вот варвара видно не было.
Когда я подошел, то сразу же услышал жалобный скулеж.
– Ну, - раздался голос Рониля, – теперь будешь говорить?
– Я все расскажу! – проорал пленник. – Все!
О! Уже сломали. Быстро.
Я толкнул павлина плечом.
– Где Кхаргх?
– Копает выгребные ямы. – отозвался красавчик, не поворачиваясь.
Поморщившись, собрался идти на помощь товарищу по несчастью, как…
– Да не воруем мы Касты! – отчаянно прокричал «язык». – Это невозможно!
На этих словах я остановился и вернулся. Так-так-так. Видимо, мы взяли того самого «хозяина».
Рассказ поразил меня до глубины души. Безкастные совсем не безкастные. Все очень просто и в то же время сложно. Дело обстоит так.
Когда-то кто-то нашел способ выводить из строя измерители Каст. Там есть какая-то дырочка, если в нее просунуть шило или типа того, то эта странная вещь перестает показывать настоящую Касту, а огоньки рассыпаются, словно ты Ноль.
Так вот, эти хитрецы придумали ритуал. В конце «хозяин» подсовывает дурачку испорченный измеритель и бах! Ты – Ноль. А после принимает клятву и сует в руки уже исправный, со словами: «Я вернул тебе Касту, но, если нарушишь священный обет – снова отниму.»