Чтение онлайн

Только так он успеет.

Только так получится.

Чем выше скорость, тем меньше вопросов к последствиям удара.

Сдвоенный ионный двигатель и пущенный вразнос реактор рванут так, что мало никому не покажется.

Возможно сработает принцип снижающейся интерференции.

Возможно волна погасит волну.

Криг направил свою машину прямиком к цели.

— «Серый-Лидер», вам запрещается!

— На перехватчиках бы не помешал автопилот, — вздохнул Криг, удерживая рукояти управления машиной чуть подрагивающими от нервного напряжения руками.

Да, было бы неплохо зафиксировать курс и вылезти через люк.

Жаль тогда ничего не получится — машина не долетит до цели.

Стало как-то даже спокойно на душе.

Он был имперским пилотом.

Он стал доминионским пилотом.

И четко знал, что член Пилотского корпуса что в одном, что в другом проявлении должен сделать все мыслимое и немыслимое, чтобы защитить товарищей и спасти операцию.

Одинокий TIE-перехватчик, разогнавшийся до скоростей, неприлично больших даже при использовании ДСУДа, огненной свечой, в которой перегрелись даже сдвоенные ионные двигатели, по инерции вписался в огромный цилиндрический дульный срез плазменной пушки «Агрессора».

Сиренево-фиолетовый плазменный цветок, набравший необходимый для запуска размер, так и не получил ускорение.

Одинокий TIE-перехватчик разворотил все контрольное оборудование, необходимое для стрельбы из главного калибра.

Он лопнул, подобно перезревшему плоду, мгновенно испарив переднюю часть разрушителя.

Двумя секундами позже в двух единицах от пылающего звездолета появился «Скимитар-01».

— Вот же ж дерьмо… — только и смог вымолвить Алекс. — Он протаранил излучатель и буферный накопитель!?

Изуродованный звездный разрушитель начал оживать.

Очевидно противник, поняв, что его план с ударом исподтишка не сработал, решил использовать турболазеры и систему самоликвидации.

Но не сегодня.

— Да, — отрывисто произнес Томакс, корректируя курс машины. — Сколько осталось под брюхом?

— Шесть, командир.

— Готовь все.

— У нас еще две цели, кроме этого…

— Я. Сказал. Готовь. Все!

Ладони до боли сжимали рукоятки управления.

Но сейчас не место эмоциям.

Результат.

Важен только он.

— Понял, — ответил Алекс. — Готово, командир.

— На боевом, — произнес Брен. — Захожу. Кто отрабатывал по нему?

— Смотрю полетный лист…

«Скимитар-01» пикировал из верхнего эшелона в нижний.

В тот, в котором находился «Агрессор».

Для наземных и для космических боев пространственная ориентация различная, но факт остается фактом — так уж повелось, что стремительное приближение «сверху вниз» у пилотов звездных кораблей тоже называлось пикированием.

— Торпеды вышли, — произнес Томакс, отворачивая в сторону.

Бортовой компьютер рассчитал траекторию отхода.

— Рывок.

«Скимитар-01» уже через секунду оказался за двадцать единиц от разрывающегося на куски вражеского разрушителя.

Все шесть протонных торпед попали в цели.

Серия детонаций пронеслась от кормы до носа и вывернула «Агрессор» ворохом обломков и металлолома.

Насколько мелких, разрозненных и не способных даже отдаленно напоминать что-то, похожее на боевой корабль.

— КДП-«Химеры» это «Ятаган-Лидер», — сообщил Томакс. — Бомболюк пуст, запрашиваю посадку для ротации.

— Разрешено, «Ятаган-Лидер». Как и всегда — первая ячейка.

— Принято, — Томакс переключился на связь с борт-механиком. — Ты выяснил что я просил?

— Да, — зная нрав своего командира, голос Алекса не звучал оптимистично. — Пятый экипаж.

Томакс посмотрел на контрольную панель.

Напротив отметки «Скимитара-05» горел зеленый огонек.

Значит он жив.

На сканерах этой отметки не было.

Значит бомбардировщик находится на ротации.

— Идем к «Химере», — сказал Томакс, включая ДСУД.

Через секунду они были уже под прямоугольным створом главного ангара флагмана.

Машина «подымалась», подхваченная притягивающим лучом, который поместил ее в положенную для командира авиакрыла и его эскадрильи первую стартовую ячейку.

Комэск повернул голову, увидев вдоль стойки закрепленным еще один «Скимитар».

Как раз на пятой стартовой позиции.

И две фигуры в черных комбинезонах, стоящие на мостике, пока техник с помощью дроидов и манипуляторов крепил деактивированные протонные торпеды в бомболюки.

Едва «Скимитар-01» зафиксировался в крепежных манипуляторах, Томакс рванул на себя рукоять экстренного открывания фонаря.

Натренированное тело само собой оказалось на помосте.

Сорванный с головы шлем упал на кресло.

Если техник, который должен был снарядить их бомбовый отсек и удивился поведению командира крыла, то уж точно не подал виду.

— Брен, твой гиперпривод! — следом открылась кабина Алекса, который смотрел в спину своему командиру, быстрым шагом, практически бегом двигающемся по помостку к паре пилотов пятого бомбардировщика. — Командир, твою мать! Он этого не стоит!

Различить пилота и бортмеханика, одетых абсолютно одинаково, в черные пилотские комбинезоны, можно лишь по нашивке на правом рукаве.

— Ты атаковал «Агрессор»-цель-девятнадцать, — без малейших предисловий произнес Томакс, обращаясь к пилоту.

Где-то за спиной слышался грохот ботинок бегущего по металлическому мостику Алекса.

— Да, сэр, я, — неуверенно произнес пилот.

Именно это блеяние, которого даже вокодер не смог скрыть, все расставило по своим местам.

— Снять шлем! — рявкнул Томакс.

Пилот подчинился.

Перед ним стоял не его клон — это он понял практически сразу.

Обычный мужчина средних лет.

— Где Брен-05? — спросил комэск, обращаясь к борт-механику их экипажа.

— Нас подбили на второй цели, — быстро произнес тот. — Его госпитализировали… «Агрессор»-цель-девятнадцать — это наша третья цель.

Дальше можно не пояснять.

На кораблях Доминиона всегда есть не только запчасти к машинам авиакрыла, но и небольшой процент «лишних» пилотов и техников, которые могут заменить раненных членов экипажей малых летательных аппаратов, при условии, что машину можно привести «в чувство».