Гранд-адмирал. Том четвертый
Шрифт:
Пока он не был никому нужен, Акрей продолжал самообразование.
Имперские справочники, которыми он брезговал в учебке, оказались (за неимением альтернатив) весьма интересным чтивом.
С разборами сражений и кампаний, техническими описаниями тех или иных типов кораблей Имперского Звездного Флота.
Так, мало-помалу, капитан Добраму убивал время, безразличный ко всему и обласканный безразличием окружающих.
Но сегодня все изменилось.
Пока он мысленно представлял себе размещение кораблей «Эскадры Смерти» в Битве при Хоте, металлическая дверь камеры самопроизвольно открылась.
Добраму, бросив один только взгляд на того, кто вошел, мгновенно сорвался с койки, выпрямившись по стойке «смирно».
— Господин Солусар, — спокойно поприветствовал он члена Элиты Темной Стороны.
Кэм Солусар.
— Капитан Добраму, — на лице мужчины, облаченного в простую, больше похожую на обывательскую, одежду, прорезалась легкая улыбка. — Тюремщики поговаривают, что вы не утратили бодрости духа и не предавались унынию, пока велась ваша проверка.
— Я занимался делом, — ответил Акрей. — Вы сказали, что Императору необходимы талантливые командиры. Делал все, что от меня зависит, — он указал на лежащую рядом деку с чипами, — чтобы соответствовать тому, что вы сказали мне от имени Императора.
Тем самым он обозначил свои обоснованные сомнения — в самом ли дели Солусар, разговаривая с ним в прошлом, продвигал мнение и замысел Императора, а не свои собственные.
Член Элиты Темной Стороны лишь пожал плечами.
— Идемте, — приказал он, направляясь прочь из камеры. — Скоро сами все поймете.
Повторять дважды было не нужно.
Акрей, подхватив форменную куртку, и быстро приведя себя в порядок уже в коридоре, безоговорочно следовал за Солусаром по коридорам звездного разрушителя, который последнее время был его тюрьмой.
Встреченные люди — солдаты и офицеры, специалисты и штурмовики — не обращали на него ровно никакого внимания.
Словно мужчина был для них пустым местом.
Впрочем, так оно могло бы и быть.
Он не знал этих людей и не имел к ним ровным счетом никакого отношения.
Как и они к нему.
Добравшись до главного ангара, Солусар и Добраму перебрались на борт шаттла, который тут же, как понял капитан по дрожанию палубы, покинул разрушитель.
Куда именно летел корабль, сложно понять — иллюминаторы оказались заблокированы, да и Акрея в конце концов определили в крохотную каюту, больше похожую на место содержания важных пленников.
Тесная коморка с небольшой кроватью.
Спустя полчаса после того, как он поднялся на борт корабля, его снова выпустили.
И он вновь оказался в ангаре…
Но на этот раз — в поистине огромном.
Да, он был выполнен как увеличенная версия стандартной полетной палубы «Имперского», но в разы более крупная и масштабная.
Что навевало на мысль, что его доставили на звездолет новейшей планировки.
Или ж это что-то из боевых кораблей класса «супер», которые считались практически полностью уничтоженными Альянсом повстанцев.
Уже здесь Акрей наблюдал за тем, как его сопровождает уже не только лишь один Солусар, но отделение штурмовиков.
Последовали долгие переходы по еще более длинным коридорам.
Акрей молчал уже целый час, прежде чем не выдержал и поинтересовался:
— Что это за звездолет?
— Стандартный, — равнодушно ответил Солусар. — Класс «супер», огневая мощь и характеристики практически как у «Палача». Но более элегантный, нежели чем наследие вейдеровского флагмана.
Перебрав в голове варианты, Акрей нашел нужный…
Если догадка верна, то он наверняка уже находится в Глубоком Ядре, где сосредоточены силы Императора Палпатина.
И раз этот гигант тоже здесь, то понятно, почему лишь один корабль этого типа был обнаружен и уничтожен повстанцами.
Стальные были отведены в Глубокое Ядро и все это время служили Императору!
Больше вопросов он задавать не решился, справедливо рассудив, что если его не прикончили сразу, то, быть может, счастливая звезда решила сделать ему подарок, которого он заслуживает?
Их долговременно путешествие привело обоих мужчин и их эскорт (а для Акрея — еще и конвой) ко входу на мостик корабля.
Сквозь распахнутые бронестворки до капитана Добраму доносился характерный треск и вспышки света, которые могли быть вызваны исключительно лишь зарядами электричества.
Похоже что на мостике корабля проводили ремонтные работы без отключения кабелей питания высокого напряжения…
А потом он услышал крик.
Животный, гортанный, свидетельствующий о безудержных страданиях и боли, терзаемой живого человека.
Мужчина, слегка замедлив шаг, бросил взгляд на шагающего рядом Солусара.
Но на лице последнего не отразилось ровным счетом ничего — представитель Элиты Темной Стороны продолжал шагать ко входу на мостик с видом будто ничего не происходит.
Наконец они оказались внутри.
Добраму видел перед собой огромный мостик звездного корабля, членов его экипажа, сидящих с затравленными и полными ужаса глазами на своих боевых постах.
Их взгляды были прикованы к центральной платформе, на которой в разрядах электричества конвульсионно билось тело седовласого мужчины в имперской униформе.
А перед ним, в черных одеждах, с непомерно высоким стоящим воротником, с прилежно уложенными назад золотисто-рыжими волосами стоял тот, от чьего вида внутри Акрея ожил благоговейный трепет восхищения человека, отдавшего жизнь служению идеалам, символом которых являлся конкретно этот человек.
Возрожденный в теле клона Император Палпатин.
Он был значительно моложе той его версии, которую запомнил по головидео Акрей.