Чтение онлайн

— Г-г-гранд-адмирал Т-т-т…

— Траун, — смилостивился Верховный Главнокомандующий Доминиона. — Все верно, господин системный губернатор. Это я.

Пожилого мужчину, казалось, хватил удар.

Глаза на выкате, рот открыт, даже по голограмме видно, что ему не хватает воздуха, в вены на лице проступают так, что вот-вот вырвутся за пределы кожи.

— А теперь слушайте меня, — так же спокойно продолжал Траун. — Вы и ваши подручные схватили и передали в Новую Республику дипломатов Доминиона. Тех, кто принес на вашу планету предложение процветания и мирного существования. Подобная подлость каралась всегда и во все времена. Жестко, порой даже жестоко. И ваша бравада с требованием убраться из системы, запугивание флотом Новой Республики… — Траун замолчал, словно подбирал слова. Но это невозможно — гранд-адмиралу всегда есть что сказать. — Ничто из этого не сработает, как ни пытайтесь. Ваша дальняя связь выведена стенаксами из строя, а резервные передатчики, если они и есть, не помогут — мы глушим дальнюю связь. Более того, через какое-то время вам сообщат, что вы не в состоянии связаться с Ардой-I и Ардой-III, как и получить данные с их метеорологических спутников. Не тешьте себя надеждой, что это какие-то аномалии или механические поломки влияют на системы ближней связи. Мы глушим передачи между планетами. Впрочем, это не мешает нам транслировать разговор с вами, системный губернатор. И сейчас, все разумные, кто пережил налет стенаксов, имеют возможность услышать мое последнее слово. Система Арда присоединится к Доминиону, хотите вы того или нет. Все, кто будут чинить нам препятствия в этом, будут либо убиты наземными частями, либо захвачены, а затем депортированы на один из миров, где проведут остаток своей жизни в положении, чуть лучшем, чем таковое есть у рабов в галактике. Орбиты миров будут контролироваться нашими силами и покинуть планеты по собственному желанию вы не сможете. Поколение за поколением арданцы будут жить на планетах, которые постигнет изоляция от всего общества Доминиона и галактики. Никаких шансов убраться с планеты. Никаких технологий. Никакой помощи в восстановлении разрушенного. И никакого спасения тех, кто был захвачен и вывезен стенаксами с планет этой звездной системы. Ваши миры ждет полное забвение. Одно, два поколения — и вы скатитесь к первобытным общинам, одичаете и в принципе перестанете относиться к категории «разумные». Любая попытка освободить вас, будет стоить Новой Республике кораблей и экипажей. Пару раз они может и попробуют это сделать, но потом бросят от безысходности. Даю слово, что все будет именно так.

Траун замолчал, смотря прямо в глаза едва дышащего системного губернатора. Без улыбки, без торжества на лице, без презрения.

Холодная невозмутимая маска вместо мимики.

Траун, какой он есть.

— Но всего этого можно избежать, системный губернатор, — сказал гранд-адмирал. — Вы и ваши люди схватили наших дипломатов, подвергли их побоям и пыткам, а затем, огласив на всю систему, что так нужно для всеобщего блага, отдали в Новую Республику, где наших разумных осудили военным трибуналом и готовили к казни. В обмен вы получили от Борска Фей’лиа защитные системы, которые установили на Арде-II. Ни на одном другом мире вы этого не сделали, впрочем не помогло и здесь. Умные разумные уже поняли, что помощь от Новой Республики будет именно такой. Когда стенаксов разбили в первый раз, Новая Республика лишь озаботилась выставлением на орбите их родного мира средств наблюдения, а не решила вопрос кардинально. Такова их суть — никто не сделает решающего удара. И никто не будет спасать ваших пленников. Так что, как правитель правителю я предлагаю вам выбор. Либо изоляция и деградация, либо вы выдаете мне все данные о способах связи с Новой Республикой, координаты маршрутов, которые вы использовали для перемещения между Гордианским Пределом и Новой Республикой, предоставите мне всю интересующую меня информацию, передадите все склады вооружения, включая личное, все запасы техники, а так же тех, кто был вовлечен в эту позорную акцию по пленению и пыткам наших дипломатов. Мои агенты уже получили имена и фамилии прямиком из штаба Республиканской Разведки, так что мне достаточно сказать слово и сто сорок человек на Арде-II, пятьдесят три на Арде-I, дюжина на Арде-III будут схвачены и предстанут перед доминионским правосудием. Включая вас. У них и их родственников будут конфискованы все предметы имущества, роскоши, накопления, а сами они до конца своих дней, за исключением детей, будут направлены на работу в шахты. Дети и подростки этих семей будут воспитаны в кадетских училищах Доминиона и станут на защиту нашего государства. Сделайте это сами — и тогда система Арда не будет обложена максимальными налогами и квотами на призыв разумных в ряды Сил Планетарной Безопасности. Откажетесь — я сделаю это сам. Последствия вы уже услышали, системный губернатор. Попытаетесь скрыть хоть кого-то замешанного в этом постыдном поступке — и тогда не будет никакого спасения тем, кого стенаксы схватили в плен и сейчас вывозят из Гордианского Предела. Мы наблюдаем за ними с помощью наших отслеживающих маячков. Но так же они могут стать и бомбами, которые в одночасье уничтожат больше миллиона стенаксов-солдат. И когда дойдет очередь до завоевания родины стенаксов, моим солдатами будет меньше работы, ведь имеющий боевой опыт противник погибнет.

— Вы хотите обменять жизни моих подчиненных на жизнь мирного населения, — охнул системный губернатор. — Вы чудовище, гранд-адмирал! Цифры, которые вы назвали… Вы хотите, чтобы я выдал вам всех членов правительства и руководства военного контингента системы!

— «Каждое действие имеет последствия», губернатор, — пожал плечами гранд-адмирал Траун. — Именно так вам сказали наши диломаты, перед тем, как вы их схватили и начали пытать. Действия вы уже совершили. Настало время последствий. Примите решение, губернатор. Или за вас его примут другие.

— Вы просто пользуетесь ситуацией, чтобы поставить нас в неудобное положение!

— Я делаю то, что делает любой разумный правитель и военачальник, когда его гражданам и должностным лицам угрожает опасность, — резко бросил Траун. — Я собираю флот и иду мстить. Нахожусь на острие атаки, в то время как вы и ваши прихлебатели отсиживаетесь в бункерах, пока ваших сограждан хватали прямо на улицах городов стенаксы. Заметьте, социологи, которые наблюдали за стенаксами после Резни, предупреждали, что они не успокоятся. И ваша хваленая Новая Республика не сделала ничего, чтобы предотвратить этого. Судьба миллионов арданцев сейчас находится в ваших руках, губернатор. Если я и моим коммандос схватят виновников — сделки не бывать, Арда вымрет. Сделаете это без моей помощи — тогда я освобожу всех угнанных стенаксами жителей, верну их домой, введу Арду в состав Доминиона, восстановлю разрушенное и не допущу этого впредь. Точно так, как ни на одной пяди космического пространства доминиона сейчас не идет война, так же будет и в Арде. Если мне не придется выковыривать вас из ваших бункеров самостоятельно. Вопрос лишь в том, как вы поступите. Как мужчина, офицер Великой Армии Республики и достойный признать свои неудачи правитель, или как трус и тряпка. Выбор за вами. Даю один час на принятие решения. Затем его примут за вас.

Траун отключил голопроектор.

— В этом и был план? — сухо поинтересовался Пеллеон.

— Транслировать переговоры по всей системе, чтобы показать каждому жителю каждой планеты системы Арда то, что их губернатор в тяжелейшей ситуации бахвалится своими союзниками, которые не помогли и не помогут, а так же оказывается повинен в самосуде и возможном деградационном вымирании остатков человеческой расы на трех планетах? — уточнил Траун. — Да, отчасти план в этом.

— Выходит, есть еще что-то?

— Всегда есть «еще что-то», капитан, — доверительно произнес гранд-адмирал, погладив уснувшую йсаламири. — Например сотни тысяч отчаянных и доведенных до суеверного страха угрозой медленной гибели по причине глупости нескольких десятков не самых умных человек.

— Оставшиеся жители.

— Именно, капитан. Еще час назад они не видели альтернативы и знали, что рано или поздно погибнут. Думаю, они понимали, что истребители на орбите это не блажь, а охрана планет до следующего этапа вторжения. И системный губернатор ничего не в состоянии сделать. А Новая Республика, как они теперь понимают, и подавно. Выхода всего два.

— И забвение колонистам в этих мирах не нужно.

— Разумеется.

— Значит, они пойдут на штурм бункеров? — уточнил командир звездного суперразрушителя.

— Это значит, что они уже начали штурмы, — доверительно произнес гранд-адмирал, постучав пальцем по экрану своей деки. — Наши коммандос уже давно наблюдают за норами этих людей.

— Штурмовики сделали бы это быстрее и лучше, — подметил капитан Пеллеон. — Вооруженные гражданские — отнюдь не та армия, что должна штурмовать бункеры.

— Изучайте искусство, капитан, — посоветовал Траун. — Чередуйте исследование частей картин, скульптур и произведений с общим взглядом на них. Тогда будете видеть всю картину целиком.

Пеллеон раздумывал несколько секунд.

— Народный гнев покажет вам тех, кто готов присоединиться к Доминиону. А их лидеры станут вашими новыми доверенными лицами на планетах системы. Этот самосуд закроет им дорогу вообще в какое-либо демократическое общество. А, учитывая, что правительство здесь проимперское, то и в Осколки тоже, — сообразил Пеллеон. — Единственное место, где они смогут найти себе безопасную гавань, это Доминион. Восстание — это тот мост, который они сожгли и уже не смогут вернуться!

— И ради своей безопасности будут делать все, чтобы Доминион их никогда не бросил, — спокойно добавил гранд-адмирал. — Вы быстро учитесь, капитан Пеллеон. Но и это еще не весь план…

Да ладно!? Да сколько можно?! Только-только потешишь себя мыслью о том, что разгадал замысел Трауна, как оказывается, что он тебя просчитал, а замысел раскрыт не полностью.

Впервые за месяцы его жизни клону вице-адмирала Пеллеона захотелось напиться до невменяемого состояния.

Отчасти он даже начал понимать маниакальную одержимость Трауном со стороны генерала Бела Иблиса…

Каменистая безжизненная почва с неохотой принимала в себя заостренный виброклинком кол с табличкой.

Но он не сдавался.

Раз за разом он наносил удары самодельным молотом по плотному дереву, чтобы вбить его хотя бы на десяток стандартных сантиметров в почву, более походящую на камень.

Здесь ничего не росло. На многие-многие мили вокруг, лишь камень, песок и смерть.

И скалы.

И каньоны.

Солдат нанес еще один удар, и кол, пройдя пару сантиметров сквозь слой песка, вонзился в неподатливую почву.

Хороший знак.

Солдат нанес еще один удар и кол едва заметно углубился. Еще один, еще, еще…

Остановился он лишь в тот момент, когда понял, что у него совершенно нет сил продолжать. Обессиленный он опустился на зад, сложив руки на коленях и устало наклонил голову вперед.

Так он и сидел, не обращая внимания на поднимающийся ветер и мелкие крупицы песка, бьющие по некогда белоснежным доспехам. Плевать на все это. Он слишком часто видел начало пыльной бури, чтобы стремглав бросать все и бежать в убежище.