Чтение онлайн

Нужно всего лишь немного отдохнуть и побыть в тишине, чтобы почтить память еще одного умершего товарища и брата.

Кол углубился на добрых пятнадцать сантиметров в неблагодарную почву, а значит, что его не вырвет ближайшей пылевой бурей. Как те, которые они вбивали сразу после крушения.

Тогда они потеряли многих.

Но еще больше погибли годы спустя.

Солдат устало поднял голову, чтобы посмотреть на дела своих рук.

Полуметровая насыпь из камней разных размеров и массы, укрывала то, что было для него некогда самым дорогим на этом бесплодном куске камня. Совсем скоро буря скрепит эти камни, засыпав меж ними песок, превратит в монолит, как это уже было сотни, тысячи раз…

Нет, десятки тысяч.

Сутки, может быть неделя, и этот холм из камней превратится в небольшой курган. Последнее пристанище для его брата и командира. Номер и имя дорогого друга были выбиты им на куске металла, части внутренней обшивки, теперь ставшей надгробной табличкой.

«Командир СС-1010, Фокс».

Так гласила надпись, которую он выбил на куске металла. Краска или гравировка сотрутся со временем, а вот выдавленные буквы и цифры продержатся достаточно долго.

Наверное.

Солдат тешил себя тем, что когда-нибудь сюда кто-нибудь все же прибудет. И произойдет это раньше, чем песок сотрет дерево и истончит до атомов металл надгробной таблички.

— Прощай, старый друг, — хрипло произнес солдат, опираясь на длинный корпус DC-15А. Поднявшись, он посмотрел вдаль на каньон, усеянный тысячами таких же небольших курганов. У большинства из них уже не было ни табличек, ни столбиков, на которых они крепились. — Я сделал все, что мог…

Старый вокабулятор шлема даже испугал его на мгновение — слишком уж хриплым показался собственный голос. Похоже, что даже хваленая техника начинает сдавать.

Что ж, не он один скоро отслужит свой полный срок. Техника, как и клоны, тоже выходит из строя.

Голос его уже не был так же силен и бодр, как это было во времена его молодости. Теперь это голос старика, слабого и доживающего свой век. Старика, который хоронил почти всех своих братьев.

Старика, которого некому будет похоронить.

Используя старую винтовку вместо костыля, усталый солдат побрел в сторону своего дома.

Идти было недалеко — его пристанище находилось тут же, в этом огромном кратере-каньоне, где рухнул их корабль много лет назад. Сколько уже прошло? Десять? Двадцать? Нет, почти тридцать лет.

Или почти сорок?

Он уже не помнил.

Нужно посчитать отметки в главном коридоре, где Фокс вел учет проведенных здесь дней. И братьев, которые погибли за все это время. Сейчас же, когда он остался совершенно один, солдат мог назвать точное количество всех своих братьев, членов команды, пилотов, техников и даже служебных животных, которые погибли здесь. А помощь так и не пришла.

Все умерли, а помощи все нет.

Солдат устало брел по каменистой почве, старательно обходя крупные и мелкие камешки, попадающиеся ему на пути. Здоровье уже не то, что в прошлом, он убедился в этом лет десять назад, когда поскользнулся на мелких камешках, упал и сломал бедро. Заживало слишком долго. Фокс еще тогда смеялся, говорил, что старость пришла.

Пришла…

А помощь — нет.

По пути к дому его взгляд коснулся еще одной группы насыпей. Менее масштабной, но в то же время, важной лично для него. Это кладбище сделал он и несколько солдат, время от времени помогавших в работе.

Кладбище служебных животных.

Клон подошел к крайней левой могиле в первой ряду. Здесь уже не было ни столбика, ни таблички. Но он знал, то находится под этим курганом.

— Вот я и остался один, Гриззер, — тихо произнес он, с грустью и тоской посмотрев на могилу своего верного массиффа.

Массифф.

Прекрасный боевой зверь, прирученный и образцово дрессированный. Бронированная шкура и неплохой для твари интеллект позволили этой породе неразумных прочно закрепить за собой славу прекрасных сторожевых существ. Корусантская Гвардия же использовала их в полицейских целях. Выследить кого-то по запаху, загнать благодаря своей скорости и защищенности, взять след, обезоружить, не убивая…

Что только Гриззер и он не пережили на своем веку. С той лишь разницей, что кораблекрушение он пережил, а верный массифф — нет.

Первая утрата.

Но далеко не последняя за годы заточения тут.

Солдат до хромал до массивного и некогда грациозного звездолета, что никогда больше не поднимется в космос. Звездный разрушитель типа «Венатор», гроза и гордость Великой Армии Республики.

Прекрасный корабль на службе Империи.

С громким и повергающим в трепет названием: «Возмездие».

Разбившийся звездный разрушитель типа «Венатор» «Возмездие».

Фокс как-то рассказывал им историю этого корабля. Его экипаж и командир верой и правдой служили Республике, но после провозглашения Нового Порядка, они превратились в пиратов. Забавно… Говорят, что женщины обычно стремятся к созданию уюта и домашнего тепла, а эта… Как же ее звали? Зиндж? Нет, Зиндж это тот парень, который ее прикончил. А как же звали ту дурную бабу, командира корабля, вставшего на путь пиратства? Фокс знал, а вот он уже не помнит.

Почему ему кажется, что это был Зиндж?

Похоже, память совсем его подводит.

Солдат перешагнул зазубренные края дыры развороченного борта и не спеша развернулся, чтобы опустить кусок металла, который выполнял роль двери. Пусть планета мертва, но Фокс распорядился сделать это. Все пригодные для жизни отсеки должны быть герметичны. Они сделали это еще в первый год после катастрофы, так как до конца не знали с чем столкнулись.

Большинство братьев считали, будто за ними вскоре прилетят, спасут… Но Фокс парень не промах. Он бы не стал командиром ударных отрядов, если бы не умел думать наперед. Забавно… Обычно те, кто невзирая на опасность и звания первыми бросаются в бой, долго не живут.

Потому что не отличаются мозгами.

Но Фокс отличался.

Солдат преодолел длинный путь от внешнего отсека до рубки, которая давно уже перестала исполнять свое назначение. Оборудование повреждено, попытки его восстановить дважды приводили к катастрофе…

Зато какой оттуда открывается вид…

На безнадежность, скалы, песок и смерть…

Солдат поднялся по шахте турболифта, ставшей уже наклонной, а потому легко преодолеваемой даже без кабины, на самый верх надстройки. Бронедвери давно уже застыли в положении «открыто». И даже при большом желании сам бы он их никогда не сдвинул.