Чтение онлайн

— Считаете ли вы себя достойной второго шанса? — неожиданно спросил Траун, смотря ей прямо в глаза.

Девушка почувствовала, как воздух вокруг нее стал будто бы наэлектризованным.

Хотелось кричать, что она заслуживает второго шанса, что не знала всех последствий, что виноваты те, кто содержат в тайне личности доноров и подробности о клонировании…

А потом поняла, что все идет ровно так, как должно быть в идеально отрегулированном механизме. Шестеренке в двигателе незачем знать с какой скоростью вращается приводной ремень.

Каждый элемент делает ровно то, что должен, для чего его создали и поставили на свое место. Когда каждая шестеренка начнет думать о работе других механизмов, считать что сможет сделать работу соседа лучше — механизм развалится.

Она — та самая шестеренка.

— Нет, сэр, — тихо произнесла она, посмотрев на пол. — Не заслуживаю.

— Почему? — в голосе Трауна послышалось какое-то мрачное удовлетворение вперемешку с интересом.

— Второй шанс уже был, — сказала она. — В сражении за Камино. И в начале этого сражения. Я потеряла самообладание. И мое решение возглавить атаку на корабль — это инстинктивное желание доказать самой себе, что я нахожусь на своем месте. Что могу командовать, что на мостике я не потому, что больше некому, а потому что что-то умею, знаю…

— Что-то вы в самом деле умеете, командор, — кивнул гранд-адмирал. — Как минимум — осознавать глубину своих просчетов. Немногие могут. Практически никто — до подобного рода бесед.

Девушка рассеянно кивнула.

— Вы правы в одном, командор, — продолжал Траун. — Второй шанс у вас уже был. Вы утратили самообладание в начале этого сражения. Но вернули его. Самостоятельно. Без внушения.

— Нет, сэр, — заявила молодая женщина. — Я вспомнила слова капитана Прил, лейтенанта Фал-Кона… И взяла себя в руки. Воодушевилась и… Просчиталась. Непростительно с моей стороны.

— Рад, что вы это понимаете, — сказал Траун. — Но ваше наказание это не облегчит. Лейтенант Фал-Кона!

Девушка сжалась, готовясь к тому, что сейчас в ее голову влетит бластерный болт. Или вибронож ударит ее между ребрами, разрезая сердце…

— Да, сэр? — раздался голос командира ОРРД.

— Доставьте командора на «Спасатель», — от этих слов глаза девушки раскрылись от удивления. — С текущего момента ОРРД дислоцирована на указанном тяжелом крейсере. «Спасатель» будет направлен на патрулирование отдаленных территорий в качестве средства усиления местных Сил Обороны до отдельного распоряжения.

— Да, сэр, — ответ лейтенанту явно не понравился. — Сэр, разрешите вопрос?

— Разрешаю.

— Вы ведь обещали мне, что ракетные десантники будут восстановлены! Что это сражение как испытание…

— В чем вопрос, лейтенант?

— Если я буду на задворках Доминиона, то кто будет обучать новых ракетных десантников?

— Интересный вопрос, — хмыкнул Траун. — Задумывались ли вы о нем, когда писали поручительство за командора Хьюррик?

Глаза девушки едва не вывалились из орбит, а при повороте головы в сторону ракетного десантника она услышала ржавый скрип откуда-то изнутри своей головы. Кажется, шестеренки стоит смазать…

— Нет, сэр, — признался ракетный десантник.

— Вы отзываете свое поручительство? В таком случае командора ждет более суровое наказание, а вы и ваши люди будете направлены в тренировочный лагерь для развертывания новых подразделений по специальности, — объяснил гранд-адмирал любезным тоном.

— Нет, сэр, — хрипло выдал лейтенант. — Не отзываю.

— Почему же?

— Ракетные десантники ни одного союзника не бросили в беде, — сказал лейтенант. — И пока я жив, ни я, ни мои люди от этого правила не отступим.

— Хорошо сказано, — одобрил Траун. — Командор, лейтенант — вы свободны. Детали будущего задания вам сообщит непосредственный командир соединения. Кру-у-угом! Шагом марш!

Оба военных — флотский и штурмовой командир, сцепив пальцы в кулак, молча повернулись через левое плечо и чеканя шаг направились к выходу с мостика.

Больше всего Каю пугало то, что лейтенант Фал-Кона, человек знающий как убить гуманоида тысячей разных способов, молча смотрел прямо перед собой. Словно ее уже нет рядом с ней.

Ллатс Уорд имел человеческое происхождение.

В прошлом он был мандалорианским наемником, который, как и семьдесят четыре других мандалорца, прошли отбор Джанго Фетта для вхождения в состав «Куэ’валь Дар» для обучения клонов Великой Армии Республики.

Этот человек посвятил свою жизнь тому, чтобы познать войну во всех ее ипостасях. Не было ни одной кампании известных мандалорских полководцев, Манд’алоров прошлого, чьи бы деяния он не мог припомнить, пересказать и проанализировать в своих лекциях. Он использовал свою память для того, чтобы передать опыт прошлого будущим клонам.

— А вот солдатом он был препаршивейшим, — изрек Грегор, со стоном приложив руку к ране на правом боку.

Ллатс Уорд.

Он носил зеленую броню поверх серого комбинезона с желтыми наколенниками и наплечниками и большим черепом мифозавра, нарисованным поперек груди.

Чего не отнять у покойника, так это того, что в прошлом, лет сорок назад, он был хорошим оратором. А вот в сражении Ллатс Уорд не смог противиться командиру отряда «Фокстрот».

И пусть самого подразделения уже фактически не существовало — лишь сам капитан и был в живых — но имелось обещание гранд-адмирала. Подразделения клонов-коммандос, что перешли на сторону Доминиона, будут восстановлены. Вне зависимости от того, сколько человек в них осталось.

Выдернув из визора мандалорца свой боевой нож, Грегор едва слышно простонал, почувствовав, как встроенный в броню медпак вогнал в него порцию препаратов.

Сразу прояснилось в глазах. Ушел шум из головы, и даже рана болеть перестала.

— Говорит капитан Грегор, — командир отряда «Фокстрот» расстегнул кирасу и принялся наносить биопену на место ранения. — Ллатс Уорд ликвидирован. Он остался прикрывать отход отряда «Омега». С ними был парень в мандалорской броне и со световым мечом в руках. Думаю, понимаете, что он, кха-кха, не на нашей стороне. Возможно, что есть и другие. Просто хочу, чтобы вы это знали.

Штаб скорее всего знал об этом, но правила требовали сообщить всю имеющуюся информацию.

Учитывая, что с ранением в печень особо долго не живут… Хороший солдат сделает все, чтобы предупредить своих соратников.