Чтение онлайн

Идея оставить Самсонова в живых возникла в голове у Ветрова не просто так. Сергей хотел это осуществить для того, чтобы в дальнейшем столь ценный свидетель давал показания против Андрея Ивановича в суде, если, конечно, дело дойдёт до такого расклада. Самсонов многое бы мог рассказать о том, кого и когда заказывал Шляпник: имена, фамилии, адреса, мотивы каждого из преступлений, а также записи телефонных разговоров, которые предусмотрительно делались самим киллером.

Но при этом Сергей Александрович был готов дать возможность наёмному убийце спокойно уехать из страны в обмен на добровольное «сотрудничество со следствием». В принципе какая разница, давать показания непосредственно в суде или удалённо, по видеосвязи? Да, при этом наверняка на него самого будет возбуждено уголовное дело по факту дачи признательных показаний, но зато он будет находиться на свободе и жить припеваючи где-нибудь на экзотических островах в Тихом океане.

Самсонов даст показания и тем самым облегчит работу гособвинителей и судей по юридическому обоснованию заключения Андрея Ивановича в тюрьму на длительный срок. Да и Самсонову на душе станет существенно легче, когда он признается и, может быть, даже раскается за то, что совершил. Это же прекрасно, когда такой преступник признаёт свои преступления, а значит, готов исправиться и стать полноценным членом общества. Практически любой человек может исправиться, даже если он совершал заказные убийства. Понятно, что речь не идёт про преступников, совершивших особо тяжкие преступления, таких, как маньяки, каннибалы, педофилы, террористы и люди, разжигающие ненависть и убийства на расовой, религиозной и национальной почвах.

Но для начала Иннокентий должен был согласиться с тем фактом, что он уже не может оказывать сопротивление Ветрову. И только после этого можно начинать разговор о сотрудничестве, на которое, кстати, Самсонов мог и не согласиться. Хотя, скорее всего, он с удовольствием пойдёт на такой шаг, чтобы отомстить Андрею Ивановичу сполна за то предательство, которое он совершил по отношению к нему, пытаясь подло убить, причём два раза. И плюс ко всему, киллер наверняка хотел бы свободно выехать из страны.

– Чёрт тебя бери! Да сдаюсь я, сдаюсь. Пусти руку только! – истошно провопил Иннокентий, выкручиваясь от боли в руке.

– Ладно… – проговорил Сергей и отошёл от лежащего Самсонова, держа при этом оружие наготове на всякий случай. – А я смотрю, ты сделал мудрый выбор.

– Да иди ты со своим выбором! – прикрикнул на него Иннокентий, продолжая кряхтеть от боли.

– Слушай, ну грубить-то не надо…

– Кто ты?

– Я Сергей. А ты – Иннокентий. Верно?

– Верно… Что ж, приятно познакомиться. – протянул левую руку Самсонов.

– Аналогично. Чёрт, тебя было тяжело одолеть.

– Ну, я же не заставлял тебя это делать. Кстати, кто тебя послал?

– А ты как думаешь? – риторически спросил Ветров.

– Я так и понял, что ты был прислан Андреем Ивановичем. Эта тварь давно меня пытается убить. Урод! Он предал меня! – вспыльчиво проговорил Иннокентий, осторожно поднимаясь с четверенек на колени.

– Помочь? – поспешил Сергей предложить ему собственную помощь.

– Спасибо, но не надо. Я в состоянии справиться сам. – вставая с колен, решительно ответил Самсонов. – Я что-то не помню тебя, ты с недавнего времени работаешь на него?

– Да, я у него в команде буквально полтора месяца нахожусь. Но я должен тебя огорчить, я не работаю именно на него.

– А на кого тогда?! – искренне изумился Иннокентий столь странному и загадочному ответу.

– В первую очередь на себя. А во вторую – на закон и справедливость… Я являюсь законспирированным сотрудником полиции.

– Ах, вот оно что. Чёрт возьми, мне эта мысль не приходила в голову. Но я, честно признаюсь, не ожидал такого поворота. Это ж какой уровень конспирации должен быть, чтобы тщательно скрывать данный факт! Всё-таки удивительно… – серьёзно задумался Самсонов.

– Ну спасибо за столь комплементарную оценку. Ладно, оставим эту тему в покое… Так что, считай, тебе повезло, иначе бы я тебя просто убил! Будь я простым бандитом.

– Что верно, то уж верно. Блин, я не ожидал, что когда-либо встречу равного себе соперника… Чёрт, но кто ты такой? – изумлённо и нахмурившись спросил Иннокентий у своего таинственного собеседника.

– Я подполковник полиции, Сергей Александрович. Фамилию я называть пока не буду в целях безопасности. Сам, думаю, понимаешь. – намекнул Сергей на то, что у него могут возникнуть проблемы, если будет названа фамилия. А кто знает, что придёт в голову Самсонову.

– Ладно, без вопросов. – развёл руками в стороны Самсонов.

– Ну, насчёт тебя я не питал иллюзий. Я знаю, что ты киллер-профессионал. Я понимал, что справиться с тобой достаточно сложно.

– Откуда? Хотя я уже догадался. От Андрея Иваныча, как это водится. – ответил киллер на собственный вопрос.

– Абсолютно точно! Он мне рассказал основную информацию о тебе. Честно сказать, тогда я о твоём существовании услышал впервые в жизни, хотя… – задумался подполковник Ветров, вспоминая, что всё-таки ещё до этого всего он сталкивался с «бизнесменом Иннокентием Яковлевичем».

– Что хотя? – не понял этого дополнения Самсонов. – Ты знал обо мне ещё раньше?

– Да. Ты убил членов редакционной, как бы это сказать, коллегии, наверное. Также подозреваю, что ты убил и администратора Озёрского.

– Хм, интересно получается. Ты тот самый коп, который приезжал в редакцию? – проницательно заметил Иннокентий.

– Значит, у тебя прекрасная память. – рассмеялся Ветров. – Да, это был именно я.

– То есть эта сволочь всё-таки рассказала обо мне! Знал бы я тогда, что именно ты приезжал туда, то я бы точно тебя грохнул… Вот зуб даю!

– Но, к общему счастью, этого не случилось… Администратор сдержал своё обещание и не назвал меня по имени… Ну хоть что-то. Это, конечно, его не спасло. Лишь собственная глупость погубила его.

– Хе-хе, согласен. Если б он молчал, то, глядишь, и жив бы остался. Да и мне бы не пришлось лишний раз марать руки…

– Зачем ты вообще назвал ему собственное имя?

– Думаешь, здесь что-то другое? Такая же глупость. Я поступил очень глупо, когда отправился на убийство Плетнёва со своим настоящим паспортом в кармане. Ведь попросили бы меня предъявить паспорт, пришлось бы называть то имя, которое указано в паспорте. Я уж потом понял, какой же я всё-таки дурак! Вот и ответ, почему я поступил именно так.

– Понятно. Всё ясно с тобой.

– Так что, неужели будешь меня арестовывать? – поинтересовался Иннокентий.

– Странный ты человек. В одной фразе спрашиваешь, буду ли я арестовывать тебя, и в то же время добавляешь к своему вопросу слово «неужели». Это вообще как?

– Боже, ты будешь ещё цепляться к каждому моему слову? Серьёзно? Я добавил «неужели», потому что понимаю, что мои ценные показания будут весьма полезны вам, сотрудникам органов. А раз так, то тогда я ничего говорить не буду, если меня сразу арестуют. Я вроде понятно разъяснил?