Грани верности
Шрифт:
– Давайте мы просто спокойно поговорим, хорошо?
– Клаус взглянул на меня, я кивнула, затем на Джейсона, он закатил глаза, но тоже кивнул.
– Мэй, никто из нас не пытается убить тебя. То, что ты сделала, ужасно, но… кто из нас не ошибался? Расскажи, что случилось, и, может быть, мы сможем помочь тебе.
Я смотрела на грустную мордашку целительницы, и меня затошнило от нее. Судя по лицу Джоан, она тоже не очень хотела слушать оправдания Мэй, но убеждение Клауса подействовало на нее. Дин выпустил меня из своих объятий и взял за руку.
– М-мне с детства твердили, что мой дар целительства сильнее, чем у остальных, - заикаясь, заговорила Мэй.
– Я раньше закончила школу, поступила в Академию, и с пятнадцати лет помогала в лазарете... Мне говорили, что таких сильных целителей сложно найти во всем мире... Я и подумать не могла, что темные тоже знают обо мне... Когда Коул Харт пришел к нам домой...
На этих словах она едва сдержала слезы и закусила губу.
– Год назад, когда мы с отрядом попали в ловушку, я очнулся где-то в подвале с огромной дырой в животе, - внезапно вступил Джейсон, задрав форму и показав огромный шрам на животе.
– Как я узнал позже, все они погибли.
Я помнила тот страшный день... прибежала в Штаб к Абрамсу, чтобы рассказать о Клаусе и найти Дина, а там ужасный кипиш, и мимо меня пронесли несколько трупов. Но Джея не нашли даже среди убитых.
– Сначала я не сообразил, с кем имею дело... но я нужен был им живым, к мертвому в голову не залезешь...
– выдохнул Милтон, а я, кажется, впервые за два года видела его таким искренним.
– Мэй уже была в их рабстве. Она вылечила меня, но не проронила ни слова, я даже не очень запомнил, как она выглядит. Соулривер тогда здорово покопался в моей голове, но меня отправили обратно. Я не представлял такой опасности, как Леди. У меня же нет барьера.
На этих словах он хмыкнул, а на губах отразилась усталая ухмылка.
– И они окончательно промыли тебе мозги?
– не сдавалась я.
– Ты все им рассказывал?
– Конечно же, нет!
– сморщился он, словно ему была противна даже мысль об этом.
– Я ничего им не говорил, они уже тогда знали, что мы с тобой не в ладах, и даже не заставляли следить за тобой...
– Но ты поддался на Тьму, да?
– Если Тьма и до тебя добралась, то что уж говорить обо мне?
– на этих слова Джейсон взглянул на меня без привычной злобы, а, скорее, с пониманием.
– Коул Харт умеет убеждать. Но я ему не мешал, он решил, что я сам рано или поздно окончательно сдамся...
– Им нужен был кто-то неприметный, на кого не подумают, что он следит за Леди, - выдохнул Дин и вопросительно посмотрел на Мэй, а она испуганно кивнула.
– Они почти жили у нас дома, я боялась возвращаться туда даже на однолуние… И все, что я делала сначала, это всего лишь лечила темных от ран...
– в этот момент она неожиданно напомнила мне Анну, казалось такой же хрупкой и беззащитной.
– Но их просьбы становились настойчивее. Пока я выполняю их желания, то и моим родителям ничего не угрожает. А потом они узнали, что в этом году мой курс будет учиться с вашим, и я должна была напроситься в пару к Леди.
– Не слишком ли сложно?
– спросила я, слегка смягчившись.
– Ты же могла убить меня в лазарете несколько раз.
На этом слове я осеклась, взглянула на Дина, затем на Клауса и Джоан, и снова на Мэй. Возможно, все-таки, она не врет и оказалась еще одной жертвой темных...
– Я и не хотела тебя убивать. Зачем мне это? Но что будет, если они узнают, что именно я лечила тебя после клуба, - она выдохнула.
– Леди, прости меня, они контролировали каждый мой шаг...
– Милтон, но ты-то, ты знал?
– в отчаянии Клаус махнул рукой в сторону друга.
– Да... он знал... но, пожалуйста, он тут ни при чем... я умоляла его не влезать в это... и не говорила, что слежу за Леди... Если бы темные выведали, что я проболталась…
Наступила тишина. Наверное, сейчас каждый обдумывал, как бы он поступил на ее месте? Я сделала глубокий вдох и посмотрела на Дина, но вдруг мне показалось, что за нами кто-то следит. Я оглянулась по сторонам, но никого не заметила. Померещилось? Наверное, нам лучше бы поторопиться.
– Кого ты лечила?
– Клаус единственный, кто не оставлял попыток разобраться во всем этом.
– Последний раз Коула Харта, у него была рана в животе, - дрожащим голосом произнесла она.
– Много кого... я редко запомнила их имена. Чаще всего лечила ожоги некоего Брендана. Это давалось мне тяжелее всего.
Я буквально застыла на месте, парни даже переменились в лице, а вот Джоан и Мэй ничего не понимали.
– Ты не говорила, что лечила Брендана, - почти испуганно спросил Джей.
– Я только сегодня узнала, как его зовут. Они отвезли меня за город к какой-то женщине. Как же ее звали... как цветок.
– Магнолия?!
– с ужасом вспомнила о несчастной гадалке и ее сыновьях.
Глава 24-2
– Да... она была ранена...
– Она еще жива? Кто-то пытался убить ее?
– я готова была немедленно рвануть к дому Хоуков.
– Мне нельзя было задавать вопросы... я просто лечила. Но случайно услышала, как она называла его Брендан...
– Ничего не понимаю. Там же круглосуточно дежурит стража. Как они могли его не заметить?
– я почти схватилась за голову.
– Да кто такой этот Брендан?!
– не выдержала подруга и переводила взгляд с меня на Клауса, а затем на Джея.
– Соулривер?..
Берч лишь кивнул Джоан, а Мэй побледнела еще сильнее.
– Нет-нет, это же был не этот монстр, который погубил полгорода? Пожалуйста, скажите, что это неправда...
– Во сколько это произошло?!
– я не верила своим ушам, если мы упустим его сейчас, погибнут не просто невинные люди, мы потеряем единственную ниточку, за которую цеплялись все это время.
– Рано утром… А потом мне сказали, что если я хочу лучшей участи для своих родителей, то мне нужно сегодня привести Леди в тот бар.
– Именно сегодня?
– с подозрением спросил Клаус, а затем взглянул на меня.
– Что-то происходит... И Леди им может помешать, - хмурясь, сделал вывод Дин.
– Нужно вернуться в центр.
– Они что-нибудь еще говорили? А Магнолия?
– не унималась я, не желая вникать в жуткие рассуждения Рида и Берча.
– Нет…
– Лучше сейчас отправиться в Штаб, рассказать про Хоуков и родителей Мэй, - внезапно серьезно произнес Джей, а целительница вздрогнула.
– Они помогут вытащить их из лап темных, тебя никто там не обидит.