Чтение онлайн

"Дело в том что... Это трудновато объяснить".

"Попробуй".

"Это не похоже на... кстати, а как насчёт тебя и мамы? Почему вы были вместе? У вас почти ничего общего не было".

"У нас была ты. И если честно, в постели всё тоже было недурно. Когда мы до неё добирались. А что насчёт вас двоих? Что у вас?"

Солнце вновь разогрело щеку Тины.

"Я правда не хочу с тобой это обсуждать, пап".

"Вижу. А с кем бы ты хотела это обсудить? С деревом?", он чуть-чуть повернул голову к ней, это было всё, на что он был способен. "Всё ещё ходишь туда?"

"Да".

"Хорошо". Он тяжело выдохнул носом, посидел молча несколько секунд, и затем сказал: "Знаешь, солнышко. Я просто не хочу, чтобы тебя использовали".

Тина оглядела ступни ног сквозь разрезы в сандалиях. Пальцы были искривлёнными, даже ступни её - уродливы.

"Меня не используют. Мне нужен кто-то рядом. Этому не помочь".

"Дорогая. Ты заслуживаешь лучшего".

Путь назад через город они проделали в тишине. На прощание отец сказал "Передай привет от меня Бизнесменчику". Она сказала, что передаст, и солгала.

В понедельник она снова заступила на работу. Первое, что сказал Роберт после обмена стандартными любезностями, было "... и нет, его здесь не было".

Она знала, о чём он, но всё равно спросила: "Кого?"

Роберт улыбнулся. "Иранского шаха, конечно, кого ж ещё".

"А, вот ты о чём. Да. Хорошо".

"Я проверил у остальных. На случай, если он прошёл не в мою смену".

"Это не важно".

"Да, разумеется". "Я сказал им сообщить мне, если он пройдёт, но, стало быть, тебе не интересно?"

Тину это начинало раздражать.

"Я ошиблась один раз", сказала она, грозя указательным пальцем перед лицом Роберта. "Всего один раз. И я даже не думаю, что ошиблась. Поэтому мне интересно, чем он занимается. Что в этом такого?"

Роберт поднял руки и сделал шаг назад.

"Ок, ок. Я думал, мы пришли к мнению, что дело было в этом, как его... инкубаторе".

Тина покачала головой. "Дело не в нём".

"А в чём тогда?"

"Я не знаю", ответила она. "Не знаю".

Тепло лета иссякло, сезон отпусков завершился. Паромы стали ходить реже, а домик, слава богу, стоял пустым. Когда Тина выдала идею больше не сдавать его в будущем, Роланду это не понравилось. Она не настаивала.

За лето соседний дом был продан паре средних лет из Стокгольма с двумя детьми. Женщина, беременная "финальным Чарли", как она его называла, без конца забегала в гости. Без сомнения, она думала, загородом люди только этим и занимаются.

Женщину звали Элизабет, и Тине она нравилась, но она только и говорила о том, что беременна. Ей было сорок два, она была слегка помешана на идее стать матерью вновь, и Тина находила иногда утомительным её слушать.

Она была непрочь завести ребёнка сама, но, поскольку она не могла совершить необходимые для этого действия, этому не суждено было сбыться.

Она завидовала Элизабет, но ей нравился особый запах, окружавший беременную женщину. Тайный запах, наполненный ожиданием.

Тине тоже было сорок два, и с чисто теоретической точки зрения она могла бы поговорить с Роландом об ЭКО, но отношения между ними были не такими. Совсем не такими.

Поэтому она сидела и вдыхала аромат Элизабет, мечтая о том, чем никогда не сможет стать.

Погода была необычно тёплой этим летом, да и осень тоже не спешила.

В середине сентября он объявился вновь.

Ощущение было такое же сильное, как и в прошлый раз. Столь мощным, что вокруг него была аура, сверкающий неоновый знак со словами "ПРЯЧЕТ ЧТО-ТО".

Ей даже не потребовалось ничего говорить. Он подошёл прямо к стойке, поднял свой чемодан и сцепил руки за спиной.

"Снова здравствуйте", сказал он.

Тина попыталась вести себя обычным образом: "Простите, мы знакомы?"

"Нет", ответил мужчина. "Но мы встречались".

Он махнул рукой на чемодан, приглашая. Тина не смогла не улыбнуться. Он махнула рукой в ответ, указывая ему открыть чемодан.

Он считает всё это игрой, подумала она. Но в этот раз выиграю я.

"Как провели лето", спросил он, пока она осматривала чемодан. Она покачала головой. Он был вправе считать это игрой, а она могла думать о нём раз от раза, но когда пришло время, они стояли по разную сторону таможенной стойки. Он пытался провести что-то запрещённое, и она заставила себя думать: Наркотики... наркотики, которые продадут тринадцатилетним детям. Мужчина перед ней был из плохих парней, и она собиралась раскусить его.

Содержание чемодана было практически таким же, разве что романы Манкелля были заменены Оке Эдвардсоном. Она взяла инкубатор и заглянула внутрь. Пусто. Она постучала по дну, чтобы убедиться, что в нём нет скрытых мест. Мужчина следил за её движениями с удивлением и интересом.

"Ладно", сказала она, после того как убедилась, что в чемодане нет ничего, что смог бы обнаружить человеческий глаз. "Я уверена, что вы прячете что-то, и в этот раз настаиваю на полном досмотре. Прошу сюда, пожалуйста".

Мужчина не двинулся. "Так вы помните, значит".

"Есть смутные воспоминания, да".

Он протянул руку и сказал: "Воре".

"Простите?"

"Воре. Так меня зовут. А вас?"

Тина встретилась с ним взглядом. Его глаза были посажены столь глубоко, что свет флуоресцентных ламп с потолка едва ли достигал их, и они были похожи на наполненные блеклым отражением чёрные горные озёра. Большинство людей наверняка испугались бы такого взгляда. Но не Тина.

"Тина", сказала она. "Сюда, пожалуйста".

Поскольку досмотр имел интимный характер, Тина в нём не участвовала. Паромов в это время не ожидалось, и пока Рональд проводил внешний досмотр, она бродила по залу держа пари сама с собой, делая ставки на то, что может быть найдено.

Какие-нибудь таблетки: два к одному. Героин: четыре к одному. Амфетамины: восемь к одному. Что-нибудь связанное со шпионажем: десять к одному.

Но чем дольше она думала, тем больше ставила на шпионаж. Мужчина не походил на типичного наркокурьера.