Чтение онлайн

Однако все это ни в малейшей степени не принижает значение гражданской войны в Америке для мирового военного искусства. Она была первым крупномасштабным военным конфликтом, в ходе которого произошел переход от старых форм военного искусства к новым, а грядущая окопная война предстала во всем своем отвратительном величии. [437]

С 1815 по 1861 год, т. е. с конца англо-американской и до начала гражданской войны основной задачей флота США была защита морской торговли своей страны. Флот охранял американских граждан и собственность Соединенных Штатов в нейтральных водах и иностранных портах, боролся с пиратством и доставлял к месту назначения американских дипломатов. С 30-х годов к этим вышеперечисленным функциям добавилась еще и миссия по борьбе с африканской работорговлей. Однако гражданская война поставила перед флотом новые задачи, ранее совершенно ему не знакомые. Военно-морские силы Союза были вынуждены теперь заниматься блокадой побережья, поддерживать сухопутные операции армии (главным образом на реке Миссисипи) и организовывать десантные высадки. Конфедераты, которым удалось создать липа некое подобие флота, использовали его для защиты своего побережья, прорыва неприятельской блокады и коммерческого рейдерства. Далеко не все из этих непростых задач оказались по зубам военно-морским силам Севера и Юга, и, как следствие, флот играл в этой войне не самую главную роль. Тем не менее его влияние на ход боевых действий несомненно, и без хотя бы краткого очерка истории создания флотов и некоторых военно-морских операций обойтись нельзя. [442]

С 1815 по 1861 год ВМФ США оставался сравнительно небольшой организацией. Американские политики того времени придерживались так называемой концепции изоляционизма, т. е. невмешательства Америки в европейские дела, и боялись, что большие военно-морские силы могут вовлечь Соединенные Штаты в какую-нибудь авантюру. Лишь во время кризисов флот и корпус морской пехоты временно наращивали свои силы, но, как только опасность исчезала, они снова подвергались сокращению. Впрочем, хотя и медленный, но неуклонный рост численности личного состава ВМС наблюдался даже в относительно благополучный период американской истории. Так, если в 1820 году общее количество американских военных моряков не превышало 4 тысяч человек, то к 1857 году оно составило уже 8,5 тысяч (т. е. половину от личного состава сухопутной армии).

Численность личного состава корпуса морской пехоты была пропорциональна численности личного состава флота. В 1825 году в ВМС США была принята так называемая шкала Бенбриджа, согласно которой на каждое морское орудие, стоявшее на вооружении флота, должен был приходиться один морской пехотинец. В 1834 году морская пехота прошла через реорганизацию и к 1 январи 1861 года насчитывала в своих рядах 63 офицера и 1829 солдат.

Начало гражданской войны потребовало резкого увеличения численности всех вооруженных сил, включая и флот. Процесс этот проходил не без сложностей, но все же к [443] 1865 году количество военнослужащих ВМС США достигло 6789 офицеров и 51537 моряков. Конфедерация, у которой не хватало людских ресурсов даже для армии, разумеется, не могла похвастаться столь значительными военно-морскими силами. Их точная численность неизвестна, но, по всей вероятности, она никогда не превышала 5 тысяч человек.

Что касается морской пехоты, то у южан ее практически не было. Точно известно, что в этом роде войск служили 46 офицеров-конфедератов, а количество их подчиненных редко превышало 600 человек. Федералы, напротив, уже в 1861 году довели количество морских пехотинцев до 93 офицеров и 3074 солдат, а в 1862 году эти показатели составили 87 и 3775 соответственно.

Однако если в мирное время флот США с большим трудом набирал в свои ряды моряков и офицеров, то в строительстве и спуске на воду новых кораблей он достиг несколько больших успехов. Первая серьезная программа военно-морского строительства была принята в 1816 году, но реализовать ее целиком не удалось. К ноябрю 1823 года ВМФ США состоял всего из линейного корабля, 40-пушечного и 36-пушечного фрегатов, 12 шлюпов, имевших по 30 и менее пушек, и 15 небольших судов. 10 кораблей находились в процессе постройки.

Некоторое оживление в наращивание военно-морских сил внесло распространение паровых двигателей. В 1836 году был заложен первый паровой военный корабль для американских ВМФ, а в 1839 году Конгресс утвердил план по постройке еще трех военных пароходов. В начале 40-х тогдашний военно-морской секретарь Абель П. Апшур разработал программу расширения флота за счет спуска на воду пароходов и железных кораблей, а также утвердил «систему коэффициента», согласно которой ВМС США должны были составлять не менее половины от числа кораблей ведущей морской державы мира. Благодаря этой концепции и активности Апшура, а также его преемников американский флот стал увеличивать свои силы, и к 1860 году в строй вошли 38 новых военных пароходов.

Росту численности боевых кораблей американского флота способствовали и другие факторы. Так, в 1846 году по [444] договору с независимой республикой Техас весь техасский флот был передан в распоряжение командования американских ВМС. Впрочем, Мексиканская война, последовавшая вскоре за этим договором, не потребовала активного участия флота и оказала незначительное влияние на его численность.

Более существенным фактором был «манифест судьбы», ставший очень популярным в 50-х годах (согласно его концепции «от моря до сияющего моря», на американском континенте должна была господствовать одна нация). Он вызвал общественный интерес к усилению военно-морского флота, на что немедленно отреагировало всегда чуткое к общественным настроениям американское правительство. В 1853 году список кораблей ВМС США включал 10 линкоров (3 в строю, 3 в состоянии готовности и 4 в процессе постройки), 13 50-пушечных парусных фрегатов (в большинстве в небоеспособном состоянии), 6 паровых фрегатов, 24 парусных шлюпа и брига, 1 шхуну. Однако за последующие 6 лет, предшествовавшие гражданской войне, флот был обеспечен 18 относительно современными винтовыми кораблями. Заслуга в этом почти целиком принадлежала государственным чиновникам — выходцам с Юга. По иронии судьбы позже новые корабли были использованы для блокады и активных операций против Конфедерации.

К апрелю 1861 года, когда прозвучали первые выстрелы гражданской войны, ВМФ Союза состоял примерно из 90 кораблей, 42 из которых находились в строю. Разумеется, этого количества было недостаточно для ведения полномасштабных боевых действий, и секретарь военно-морского флота США Гедеон Уиллес развил бешеную активность по наращиванию сил северян на море. Только за первые полгода гражданской войны на воду было спущено 100 боевых кораблей, а к декабрю 1864 года ВМФ США насчитывал уже 671 корабль. (113 винтовых и 52 колесных пароходов, 71 броненосец, 323 не боевых парохода и 112 парусных судов разных типов), вооруженных в общей сложности 4610 орудиями.

Конфедераты с их ограниченными ресурсами не могли соревноваться с Севером в военно-морской гонке, да они и [445] не пытались этого делать. Впрочем, необходимость создания военно-морских сил была осознана на Юге почти сразу. По мере того, как различные штаты выходили из состава Союза и провозглашали свою независимость, каждый из них предпринимал усилия по организации собственного флота. В результате в самом начале войны практически каждый штат имел некое подобие ВМС — зачастую без кораблей и команд, но с соответствующим штатом чиновников и офицеров.

Днем рождения собственно конфедеративного флота стало 20 июня 1861 года, когда правительство Конфедерации переехало в Ричмонд. Именно тогда на должность военно-морского секретаря был назначен энергичный и компетентный Стивен Меллори. Остальные вакансии ВМС Юга вскоре также заполнились: шефом бюро рангов и команд стал коммодор Самюэль Беррон, главой артиллерийского и гидрографического департамента был назначен коммодор Джордж Минор, шефом бюро провианта и экипировки — Джон де Бри, главой бюро медицины и хирургии — хирург Споттсвуд, а главным клерком — Эдвард М. Тидболл.

С самого начала своего существования военно-морской департамент Конфедерации действовал энергично и профессионально. Меллори обозначил три основные задачи флота южан в предстоящей войне с Севером: оборона гаваней, фортов и заливов; срыв военно-морских операций федералов в территориальных водах Юга и нападение на коммерческие суда северян. Что касается морской блокады, которую уже начали устанавливать федеральные эскадры, то военно-морской секретарь Юга был мало ею обеспокоен и считал, что на нее не стоит тратить времени и сил. Будучи человеком талантливым и работоспособным, Меллори понимал, что ресурсы Юга и без того ограничены — не хватало материалов, квалифицированных судостроителей, судоверфей и промышленных предприятий — и что даже то немногое, чем располагала Конфедерация, будет использовано армией.