Чтение онлайн

— Если фирма работает успешно, топ-менеджер ставит это в заслугу своим талантам и трудолюбию. А как только у компании начинаются проблемы, виновным, естественно, оказывается руководство: хозяин или совет директоров. Признаться, я сам владелец небольшой фирмы в графстве Уэльс и мой топ-менеджер Мэри не упускает случая ткнуть меня носом в документы, как школьника…

Простите, вы американка? А я, как вы уже поняли, англичанин. Подданный Ее Величества. Находился по делам целый месяц в Штатах и решил вначале погреться у теплого моря, а уж потом возвращаться на наши туманные острова. Да, разрешите наконец представиться: Джон Бриттен, предприниматель. Фурнитура для мебели и все в таком роде. Работаю в своем офисе по десять часов, а когда дождусь двухнедельного отпуска, то и не знаю, по правде говоря, что с ним делать. Не представляю себе, как буду валяться целыми днями на пляже, сидеть в тавернах и болтаться по сувенирным лавочкам. Не привык бездельничать. Хотя умом понимаю, что отдохнуть надо, ведь потом целый год работать. Да и Грецию неплохо бы посмотреть. Признаться, давненько там не был. А на Крите — вообще ни разу. Правда, боюсь заскучать в незнакомом месте. Придется, наверное, на экскурсии ездить, чтобы время скоротать. Может быть, составите мне компанию хоть разок? Кстати, кто вы по профессии?

— Воспитатель в детском саду, — буркнула Элизабет. И, заметив недоуменный взгляд соседа, добавила: — Муж спонсировал мою поездку в Грецию. Посчитал, что на этот курортный остров лететь безопаснее, чем в какой-нибудь крупный европейский центр, где в наше время могут объявиться террористы. В прошлый раз я была в Лондоне, там как раз гремели взрывы, так он чуть с ума не сошел. А в греческой провинции пока все тихо. По-моему, я заслужила отпуск. Да, работа с детьми, знаете ли, не сахар. Нервы ни к черту. Вот выбрала отель «Фортуна». Просто название понравилось. Я вообще часто в жизни уповаю на фортуну.

— Прекрасно, я тоже! И заказал себе номер в этом же отеле, — обрадовался незнакомец. — Будем соседями. Вообще-то я думаю, что на этом маленьком острове — все соседи… Появится желание, заходите, поболтаем. Я, кстати, в Греции ни разу не был.

Ну и дела! — подумала Элизабет с неудовольствием. Не хватало рассказы о проблемах его фирмы на пляже выслушивать. Хотя, если честно, выглядит он неплохо, высокий, без живота… Правда, глаза хоть и красивые, колючие какие-то… Ой, опять я к мужчинам придираюсь. Надо быть добрее, а то так одинокой и помру… Стоп! Немедленно начинаю искать в нем хорошее. Ура, нашла! Он ноутбук после взлета не включил, не то что вон тот пузатый персонаж справа. И не принялся напиваться в самолете подобно другим мужчинам, апельсиновый сок заказал. Лишь поворчал, что теперь на рейсах «Дельта эрлайнс» курить нельзя, а очень хочется. Правда, какой-то он нервный, без конца пощелкивает зажигалкой. Впрочем, все предприниматели, как и топ-менеджеры, невротики. Это мне, помнится, Грабовски рассказывал…

Но тут самолет пошел на снижение, попутчик неожиданно замолчал, и Элизабет вдруг задремала. Без всяких темных очков, берушей и пледов, что выдают пассажирам дальних рейсов. Просто провалилась в сон, как порой проваливалась дома на своей любимой широкой кровати после тяжелого дня.

Необычно синий цвет моря, которое Элизабет не отрываясь разглядывала из окна автобуса, заставил ее забыть про недавнего попутчика. Вдоль дороги цвели рододендроны самых разнообразных цветов: розовые, белые, алые. На деревьях красовались, как новогодние игрушки, апельсины и лимоны, в палисадниках бушевали розы, а на окнах домов и на крылечках стояли горшки с геранью. В крошечных ресторанчиках у дороги сидели улыбающиеся люди, повсюду играла греческая музыка. Внезапно Лиз подумала: именно так должен выглядеть рай. Да, Крит — лучшее место для свадебного путешествия… Свадебного? М-да… Ну… буду считать, что это лучшее место для разводного путешествия, пошутила про себя Лиз. Однако не развеселилась, скорее наоборот…

Элизабет внезапно прислушалась к себе. Со вчерашнего вечера ее не покидало какое-то необъяснимое беспокойство, вернее смутное предчувствие, хотя никаких объективных причин для него не было. Долетела отлично, погода на острове прекрасная. Что еще надо для отпуска? Даже с детьми по мобильному телефону успела связаться. Оказалось, у них уже вечер и вся троица, включая абрикосового Сэма, устроилась с попкорном у телевизора. И все же тревога не отпускала ее.

Неужели опять? — со страхом подумала Элизабет. Она слишком хорошо знала этот нервный озноб, эти противные мурашки, бегущие по коже. Они всегда появлялись, когда должно было случиться что-нибудь серьезное. И страшное. Как тогда, много лет назад…

Лиз еще училась в университете. В тот раз на Рождество она не смогла поехать на каникулы в штат Юту с ребятами из группы. И здорово расстроилась. Именно в тот момент, когда они обсуждали поездку — она еще не знала, что не сможет поехать, — у нее и побежали по коже эти противные мурашки. Элизабет очень хотелось покататься вместе с друзьями на горных лыжах. Но родители ее не пустили, и она, кусая губы от злости и досады, осталась дома. А трое ее друзей погибли под лавиной.

До того случая веселая хохотушка Лиз не верила ни в предсказания, ни в гороскопы, ни в приметы. Да и в Бога она верила скорее по семейной традиции. Потому, что так было принято в их кругу. Она была обычной белой протестанткой англо-саксонского происхождения и принадлежала к элите Америки. В стране, где, словно в плавильном котле, смешались нации и религии, те, чьи предки приехали из Старого Света, всегда были на особом счету. Как ее родные, соседи и друзья, Лиз по воскресеньям заглядывала в церковь, чтобы попросить у Бога пятерки на экзамене, новое платье или чтобы симпатичный мальчик из студенческой группы обратил на нее внимание. Так было с детства. А после случая в горах Лиз впервые всерьез задумалась. Может быть, кто-то и впрямь ведет ее по жизни? Но потом в суете будничных дел все эти странные мысли как-то отошли на второй план.

Ей пришлось вернуться всерьез к подобным размышлениям не очень скоро, лет через десять… Тогда противные мурашки появились у нее на коже теплым летним вечером. Она занервничала, ни с того ни с сего разревелась, поссорилась с Майком без особой причины и не поехала с ним в гости. А ночью муж позвонил из больницы. Оказалось, он попал в аварию, но родился в рубашке: отделался небольшими ушибами. Лишь спустя месяц Майк рассказал Лиз, что выжил только случайно. К счастью, удар другой машины пришелся не на водительское место, а как раз туда, где должна была сидеть она, Элизабет Кэнди… С тех пор Лиз крепко-накрепко поверила, что возле ее правого плеча действительно дежурит добрый ангел-хранитель и посылает ей предупреждающие сигналы.

Только бы не перепутать их с обычным предменструальным психозом, а то, глядишь, повсюду будут чудиться опасности, усмехнулась она своим страхам, когда туристический автобус вез ее в отель. Она поёжилась и накинула легкую кофточку. Наверное, это кондиционер в автобусе работает в полную силу, сообразила Элизабет, улыбнулась своим детским страхам и впервые по-настоящему почувствовала, что она в отпуске.

Стоя опять у клетки с разболтавшимся Джорджем, Лиз вдруг вновь почувствовала, как противно засосало под ложечкой, а по телу поползли мерзкие мурашки.

Она вздрогнула и огляделась, но никаких особых причин для беспокойства не обнаружила. Разве что… хозяина отеля, Георгиу Максимопулоса.

Странный тип! Невысокий, коренастый, в темных очках, с массивной золотой цепью на шее, ну просто вышел из итальянского сериала про сицилийскую мафию. Всегда одет с иголочки, все видит, все замечает, да и обслуга его явно побаивается. Этот монстр чуть что наверняка выгонит любого наемного работника в два счета и ни с какими обстоятельствами не посчитается. В этом он похож как две капли воды на генерального директора их компании Кэвина Смита. Тот — такой же харизматичный диктатор. Все-таки странно: как много общего у начальников любого масштаба! Даже на разных континентах. Наверняка даже в Австралии найдется какой-нибудь свой Максимопулос, нагоняющий страху на подчиненных.

Утром Лиз случайно стала свидетельницей такой сцены: хозяин отчитывал садовника из-за нескольких завядших и не срезанных роз, а рабочий, который в это время чистил бассейн, так разволновался, что чуть не свалился в воду от усердия… Элизабет, наблюдая за этой сценой, поневоле улыбнулась, и хозяин отеля послал ей в ответ свою самую лучезарную улыбку.

Георгиу любил вот так, встав с рассветом, не спеша прогуливаться с чашкой кофе в руке по своим владениям и не только давать наставления штату обслуги, но и общаться с ранними пташками из числа одиноких туристок. Он понимал, что деловые дамочки приезжают сюда отдохнуть не только от работы, но и от надоевших будней, от быта, который изматывает семейных женщин даже в самых благополучных странах, от ворчливых и невнимательных мужей. Значит, надо любой замухрышке дать почувствовать, что она королева. И леди порекомендует его отель своим подругам, а возможно, и сама приедет сюда будущим летом. Ведь в сказку хочется возвращаться снова и снова.

Сейчас Максимопулус улыбаясь подошел к Элизабет, по-прежнему стоявшей у клетки с попугаем.

— Как приятно, что мой отель украшают не только розы, но и очаровательные женщины, — приветствовал он Элизабет изящным комплиментом.

Да, у них в Америке мужчины так цветисто не разговаривают. Наверное, солнце располагает местных мачо быть такими учтивыми…

Лиз пришлось поневоле вступить в разговор. Мистер Максимопулос на хорошем английском рассказал, что он этнический грек, прибыл на Крит из Южной Африки и решил открыть здесь, на острове, туристический бизнес. Правда, его отель работает всего полгода, но концы с концами свести можно, даже заработать за сезон небольшую прибыль, если хозяйничать с умом и на всем экономить, кроме туристов, разумеется…